Не опоздай...
Шрифт:
– У меня с собой нет документов, сэр, я же говорил Вам…
Стражи порядка радостно переглянулись.
– Тогда придется проехать в участок! – подытожил Симпсон, вытаскивая из кармана наручники.
– Сэр, пожалуйста, мои документы в гостинице… пойдемте, я покажу Вам.
– Не порядок. Ты должен носить их в кармане! – заявил Симпсон. – А раз нет – руки за спину и в машину!
– Сэр, прошу прошения, но я могу послать кого-нибудь в гостиницу, и Вам сейчас принесут его паспорт, – попытался помочь Эркюль, делая шаг вперед.
– Молчать! Занимайтесь своим делом, Бовэ,
Симпсон выжидающе снова брякнул наручниками и посмотрел на Иньяцио. Юноша вздохнул и повернулся к нему спиной, позволяя защелкнуть браслеты у себя на запястьях. В зале послышался возмущенный шепот, но никто не решался вступиться. Иньяцио почувствовал толчок между лопаток и двинулся к выходу со скованными за спиной руками. Проходя мимо настенных часов, он бросил взгляд на циферблат: двадцать пятьдесят. До конца его «увольнительной» оставалось десять минут.
====== XXVIII. Казнь состоится в любую погоду (часть первая) ======
Они ехали довольно долго, полицейский участок располагался за пределами поселка, километрах в пяти от него. Иньяцио сидел на заднем сидении машины и безучастно смотрел в окно на мелькающие перед глазами деревья, руки, скованные наручниками за спиной, немного затекли, сидеть было не удобно. Полицейские расположились впереди и весело шутили между собой. По дороге они пару раз останавливались и выходили из машины. На юношу пока не обращали внимания.
Наконец, они подъехали к пункту назначения. Машина остановилась. Перед Иньяцио открыли дверцу.
– Выходи!
Молодой человек с трудом выбрался наружу и огляделся. Здание было относительно новым, решеток на окнах он не заметил, и не понятно было, где у них камеры предварительного заключения. Его снова толкнули в спину и он пошел следом за Адлером, Симпсон замыкал цепочку. В дверях они столкнулись с еще одной парочкой стражей порядка и весело поприветствовали друг друга.
– Адлер, вы сегодня с уловом?
– Ну да… не зря скатались…
– Кликнешь нас, когда начнете веселиться?
– Посмотрим.
Дежурный в холле поднял голову от стола и внимательно оглядел «улов» с головы до ног.
– Вроде не пьяный… куда его?
– Этого я забираю, Рон, регистрировать не надо.
– Да? Ну ладно…
Ну вот, еще и регистрировать его нигде не собираются! Значит, точно отпустят не скоро. Если вообще отпустят… Они пошли дальше по коридору, завернули за угол и остановились перед одной из дверей без таблички. Роберт Адлер резко распахнул ее и заглянул внутрь.
– Ты здесь?
– Дурацкий вопрос, Бобби… у меня сегодня ночное дежурство, – раздался из глубины мужской голос.
– Не называй меня «Бобби», придурок! А у меня для тебя подарочек!
– Да? – оживился его невидимый собеседник. – Она блондинка или брюнетка?
– Хм! Брюнетка… с усами! – с этими словами лейтенант Адлер снова толкнул Иньяцио в спину, и тому пришлось войти в помещение.
Грузный небритый мужик явно моложе сорока вышел из-за стола и с недоумением взглянул на свой «подарочек».
– Ну и?.. Кто это?
– А ты приглядись получше, Шон! Помнится, этот парень тебе кое-что
должен… – хитро протянул Адлер, подмигнув приятелю.Шон пригляделся. Его лицо, наконец, медленно расплылось в похотливой улыбке.
– Мммм… лейтенант, с меня коньяк! Это же тот самый засранец…
– Ну да!
– Одолжишь мне его? За что ты его сцапал?
– Личность не установлена… Да забирай насовсем, он мне не нужен! – уже выходя, Роберт Адлер обернулся и напомнил: – С тебя коньяк!
Дверь закрылась. Они остались одни. Ставни на окне были закрыты на специальную защелку. В коридоре полно полицейских. Ловушка захлопнулась. Эркюль Бовэ в очередной раз настойчиво постучал в стеклянную дверь гостиницы. Часы показывали половину десятого вечера, но обычно даже ночью в холле оставался дежурный. Наконец, входная дверь распахнулась, и он увидел на пороге молодую женщину в костюме горничной.
– Добрый вечер, мсье!
– Добрый вечер…
– …. Марика.
– Да, да… Марика… Мне необходимо срочно переговорить с мсье Лоренцо, Вашим управляющим. Сегодня ведь его рабочая смена?
– Совершенно верно, мсье, входите, пожалуйста!
Он вошел.
– Позовите его, Марика, как можно скорее.
– Сожалею, мсье, управляющий сейчас у мадам врача на перевязке… у него ведь огнестрельное ранение… и перелом ребер… Но если Вы можете подождать полчаса….
– Полчаса? Нет, к великому сожалению, у меня слишком мало времени… если я чиркну для Лоренцо пару строк, Вы передадите ему записку?
– Конечно, мсье! Вот ручка и бумага.
«Уважаемый мсье Лоренцо! Иньяцио увезли патрульные в полицейский участок для «установления личности» сегодня без десяти девять вечера. Мы с Вами оба понимаем, чем это может обернуться для мальчика. Одним из представителей закона был известный Вам лейтенант Роберт Адлер. Прошу Вас срочно принять меры, так как у меня нет на это полномочий. Так же очень прошу проинформировать меня, когда мальчик окажется в безопасности. Эркюль Бовэ.» Мужчина сложил листок бумаги и протянул Марике.
– Прошу Вас вручить мсье Лоренцо эту записку лично в руки. Это очень важно, понимаете? И как можно быстрее!
– Хорошо, мсье, не волнуйтесь, я все сделаю…
Когда он ушел, горничная отправилась к кабинету мадам Натэллы, но он оказался заперт, пока проходили медицинские процедуры. Женщина подумала немного, вернулась к лестнице и стала подниматься наверх. В этот момент входная дверь открылась, и второй управляющий вошел внутрь, пересек холл и вбежал по ступенькам. Поравнявшись с горничной, он вдруг заметил у нее в руках свернутый листок бумаги.
– Что это у Вас, Марика? Почта?
– А, мсье Франсуа, добрый вечер. Да, это записка для мсье Лоренцо, но он пока на перевязке.
– Для мсье Лоренцо? Кто передал?
– Мужчина, такой солидный, с бородой… кажется он знаком с Иньяцио…
– Солидный мужчина с бородой, знаком с Иньяцио… – задумчиво пробормотал Франсуа, соображая, – Мсье Бовэ? Трактирщик?
– К сожалению, я не знаю, кто он, мсье, – пожала плечами горничная.
– А Иньяцио у себя?
– Нет, мсье, кажется, он ушел утром, и я весь день его не видела.