Не опоздай...
Шрифт:
– Вероятно. Я не знаю…
– Но она уже уехала, рано утром. Мадемуазель останавливалась здесь всего на одну ночь.
– Вот как? Жаль. А… а Вам случайно не известно, давно ли она знакома с Иньяцио?
Лоренцо посмотрел на нее внимательно и понимающе кивнул.
– Известно. Но Вы напрасно беспокоитесь. Она его заказывала... по-моему, всего один раз... пару месяцев назад. А он подумал, что это Вы вернулись.
– ???
– Угу.
– И…
– О подробностях их общения Вы можете спросить у него самого. Но Вы же не станете этого делать?
– Не стану.
–
Анна не смогла скрыть улыбку.
– Да, я знаю… Ну хорошо, спасибо, мсье Лоренцо. А в Вашей жизни произошли какие-то изменения?
– Ничего кардинального, все стабильно, благодарю Вас.
– Стабильность – это хорошо…
Она все же обернулась и уточнила:
– Как Вы сказали, ее зовут?
– Мадемуазель Лучано?.. Алессия.
– И часто он возил ее в Казино?
– В Казино? – искренне удивился управляющий. – Мадемуазель Лучано никогда не заказывала поездки в Казино у нас. Она вообще ничего не заказывала вчера.
– А… хорошо, спасибо.
– К Вашим услугам, мадемуазель. Мадемуазель Анна!
– ?
– Вы зря беспокоитесь. Правда.
Они посмотрели друг другу в глаза, она кивнула и ушла.
====== LXXXII. Свидание при свечах или за что ломают нос. ======
– Мсье Бовэ! Эркюль!
Трактирщик обернулся и радостно помахал ей смычком и скрипкой:
– Анна! Я здесь!
Пока она пробиралась к сцене, мужчина расчистил для нее высокий удобный стул, согнав с него даже кошку, и театральным жестом пригласил присесть, но девушка покачала головой.
– Я на минуту, мсье Бовэ… Эрнест говорил, что оставил для меня какую-то папку с документами… она мне нужна.
– Документы? Ах, да, в самом деле… но я ждал Вас утром, а сейчас эта папка уже в гостинице.
– В гостинице?
– Да, я передал ее сегодня вместе с моим посыльным… Такая оранжевая папка, с пряжкой из желтого металла. Точно!.. Что такое? Не надо было этого делать?
– Да, мсье, теперь мне придется возвращаться за ней туда…
Толстяк немного комично вскинул брови и демонстративно надулся, прекрасно понимая, что слегка перестарался с инициативой.
– Э… хотите круассан? С корицей, Сара только что вынула их из духовки! А?
– Нет, спасибо… в другой раз, – отказалась Анна и направилась к выходу.
На улице похолодало, и почти совсем стемнело, да и с фонарями что-то вдруг случилось – горели почему-то не все… Подойдя к «Жиневре», девушка заметила, что и там сильно недостает освещения. Едва она переступила порог, как люстры в холле пару раз мигнули и на мгновение погасли… но потом вновь вспыхнули.
– Перепады напряжения, – объяснил ей рабочий с коробкой инструментов в руках, – мисс, Вы ведь здешняя?
– Да, я здесь живу.
– А где тут главный распределитель? Ну… распределитель электричества… шкафчик такой... железный!
– Я поняла, что Вам нужно… он, кажется, в подвале… Но лучше Вам дождаться кого-нибудь из служащих.
– Да нету никого! Десять минут уже жду! А время – деньги!
Анна посмотрела в сторону ресепшн и заметила на столешнице оранжевую папку,
аккуратно застегнутую на широкую блестящую пряжку. Вот она!– Хорошо, мсье… пойдемте, я покажу Вам…
– «Мусье».. «мусье»… какой я Вам «мусье»?.. Все равно же говорите по-английски! Странный здесь народ… Ну, идемте! Куда идти-то?
– Вон туда!.. – указала она направление и пошла вперед.
Странное дело, но в холле и правда сейчас никого не было. А освещение опять предательски моргнуло…
Возвращалась она в одиночестве, электрик остался у заветного распределительного шкафа, а ей нужно было еще успеть доехать до места назначения и вернуться назад… и лучше будет вызвать такси…
– Ой!... – она запнулась на ступеньках, потому что свет вдруг погас. Совсем!
Где-то внизу громко выругался электрик, но у него явно был с собой мощный фонарь, и он тут же им воспользовался, а девушке пришлось выбираться в холл наощупь. На первом этаже тоже царил сумрак, и в сумраке двигался дрожащий огонек ей навстречу.
– Ох, подождите пожалуйста!..
Огонек замер и отозвался женским голосом:
– Кто здесь?...
Анна сделала несколько шагов вперед и увидела перед собой горничную со свечой в руках.
– Добрый вечер, Марика!
– Это Вы, мадемуазель? Будьте осторожны, здесь могут встретиться острые предметы… Я Вас провожу наверх, лучше побудьте в Вашей комнате, пока электричество не починят. Я как раз ожидаю мастера…
– Мастер прибыл несколько минут назад, я его проводила в подвал.
– Ох! Не стоило этого делать! Благодарю Вас!... Тогда пойдемте со мной..
– Кто-нибудь наконец принесет мне фонарь или свечи?! – раздался сверху недовольный вопль.
– Несу мсье, одну минуту! – тут же откликнулась горничная.
– Марика, Вы идите, только оставьте мне одну свечу, пожалуйста, – попросила Анна, – мне нужно здесь кое-что забрать…
– Мм…. Ну хорошо, – женщина достала из кармана фартука вторую свечу, приложила на секунду к горящей и передала девушке: – Только будьте осторожны, прошу Вас!
– Да. конечно, не беспокойтесь… Кто-нибудь из мужчин в доме есть? Из персонала?
Марика задумалась:
– Я не могу точно сказать… мсье Лоренцо где-то на ипподроме, а остальных я не видела сегодня… извините. Вы что-то хотели?
– Нет, ничего…
– Когда закончится это безобразие?! Я Вам не крот! – опять заорал человек со второго этажа, и горничная побежала по лестнице наверх.
– Я уже иду, мсье, сейчас все исправим…
Оставшись одна, Анна приблизилась к стойке ресепшн, прикрывая ладонью дрожащий огонек, света от него была мало, и приходилось рассматривать предметы в максимальном приближении к ним. Странно, но той самой папки с документами теперь здесь не было! Куда же она делась? Может быть, упала?... Нет… Или кто-то отнес «посылку» в ее комнату?.. Девушка взяла в руки телефонную трубку и вспомнила, что это лишь внутренняя связь, а единственный «внешний» телефон находился в кабинете Максимиллиана Герардески. Придется идти туда… Добравшись наконец до цели, Анна остановилась перед неожиданно распахнутой дверью кабинета хозяина поместья и осторожно спросила: