Наёмник
Шрифт:
— Стреляй в головы! — хмуро отозвалась девушка, Наконец-то спрятав платок обратно в карман.
— Я простых солдат не убиваю. — ответил я, "закрутив" еще одну пулю в обход медленно подступающих воинов. — Только не простых солдат.
В подтверждение своих слов, я перевел дуло в сторону первого из нападающих солдат и прострелил ему ногу. Пуля прошила доспех словно нож масло, но ожидаемого эффекта не произвела — парень даже не заметил ранения, продолжая наступать.
— Это не люди. Точнее, они были людьми, но уже таковыми не являются. Это нежить. — напряженно ответила у меня из-за спины волшебница. — Не знаю какая, я раньше с ней не встречалась, но те, кто скрывается за этими доспехами — мертвы.
Сухо
Между тем, я пристально посмотрел на подступающих все ближе солдат. Уже больше десятка пуль — каждому в ногу, некоторым еще и в плечо добавил, но результата никакого. Мертвецы. Вот черт.
— Они точно мертвы? — поморщившись, уточнил у волшебницы я, отступая назад.
— Аура не врет. — коротко ответила Джу, отбросив еще парочку болтов.
Волшебница поравнялась со мной и, взмахнув руками, подняла в воздух несколько колод, лежащих неподалеку от нас. Она взмахнула руками в сторону мертвых солдат, и колоды бросило в их сторону. Пролетев десяток метров, отделяющих нас от нежити, тяжелые деревянные снаряды разбросали половину мертвецов, будто кегли.
За спинами своих мертвых слуг, колдун водил рукой над раненным плечом. Бросив испуганный взгляд на Джу, он опять закричал:
— Ушгар! Ушгар, наних!
В мгновение ока воины поднялись с земли, и удобнее ухватив оружие, кинулись к нам. В этот раз на раздумья не было времени — возможно, в первый раз приказ колдуна не дошел до их мертвых мозгов, но сейчас они все поняли и уже не мешкали, бросившись к нам со всех ног.
Вскинув револьвер, я опять выстрелил, но в этот раз в голову ближайшего мертвеца. Тот тут же повалился, словно подкошенный. Больше не сомневаясь, я нажимал на курок без остановки, переводя дуло с одного не- мертовго солдата на другого.
И отправляя их в небытие.
Пули первоклассно пробивали шлемы, оставляя в них аккуратные отверстия — каждому мертвецу хватало одного выстрела точно в лоб. Повторно умирая, они просто тяжело падали на землю и больше не поднимались. И все. Признаться, я ожидал каких-то спецэффектов вроде зеленого сияния, которое ассоциируется у меня с ожившими мертвецами, или еще чего-то мистического.
Но нет — тела просто падали навзничь, обретая покой.
Сначала мне приходилось отступать назад — чисто инстинктивно. Когда на тебя бежит подобная толпа, да ты еще и знаешь, что за забралами шлемов скрываются остекленевшие глаза мертвецов, как-то невольно отступаешь назад. Но уже мгновением позже в дело вмешалась Джу — она прижала руки к груди и словно толкнула воздух перед нами. Это, казалось бы, забавное действие возымело впечатляющий эффект — оставшихся мертвецов сбило с ног и откинуло назад.
— Добивай их, а я займусь колдуном! — крикнула мне девушка, поднимаясь в воздух на несколько метров.
Впечатленный еще одним трюком из арсенала волшебницы, я на какое-то мгновение отвлекся. Даже и не знал, что она летать умеет. Стоило бы догадаться — телекинезом ведь можно поднимать не только окружающие предметы, но и себя самого.
Волшебница отвлекла меня, и я упустил из виду нескольких последних мертвецов. Это было ошибкой, за которую я тут же поплатился — ближайший мертвец совершил гигантский прыжок и оказался возле меня.
Зажатый в руке топор описал кривую дугу.
Двигаются эти твари нечеловечески быстро — даже с моей скоростью, трудно за ними поспевать. Не успевая отпрыгнуть, я закрылся левой рукой в надежде отвести рубящий удар в сторону. Каким бы серьезным не было увечье, Джу его исцелит, а вот голову мою она к телу прикрепить точно не сможет. К моему глубочайшему изумлению, в следующее мгновение я почувствовал лишь легкий удар в том месте, куда должен был попасть топор.
Я сложил два и два, искоса
зыркнул на неповрежденную поверхность плаща и мысленно поблагодарил Саяра. Плащ. Вот почему мне спину не искалечило, когда колдун атаковал нас в первый раз.А я- то наивный уже понадеялся на более чем невероятную удачу.
Отправив все посторонние мысли к чертям, я полностью сосредоточился на схватке. Оттолкнул левой рукой топор мертвеца, и приблизился к нему вплотную, перебросив вес тела на опорную ногу. Ткнув дуло револьвера под шею мертвецу, я нажал на курок и тут же отпрыгнул назад — из-за спины павшего товарища уже надвигались двое последних трупов.
Слишком небольшое расстояние, обоих никак не подстрелить. Мысленно ругнувшись, я отскочил в сторону, уклоняясь от удара булавой, и выстрелил в левого мертвеца. Краем глаза заметив, как пуля пробивает его шлем, а следом за этим нежить заваливается вперед, я повернулся к следующему противнику. Мертвец подобрался вплотную. Уже никак не успеть, он слишком близко, нужно опять провернуть фокус с плащом иначе эта тварь меня в капусту изрубит — плащ- то одет нараспашку, один удар в живот и конец игре. Уверенно взмахнув рукой я постарался защитится от атаки…
… и сразу же едва не взвыл от боли — меч скользнул по рукаву плаща и рассек мне ладонь. По телу прошелся очень неприятный холодок и, поддавшись минутной слабости, я отступил назад.
Чертов мертвец! Как же болит рука!
Боль пульсирует по всему телу, отвлекая внимание. Сделав шаг назад, я вступил вочто-то мокрое и липкое, а мгновением после поскользнулся и грохнулся на задницу, чудом избежав повторного удара мечом. Моя удача иногда приобретает дьявольски издевательские формы.
Не- мертвый воин чудовищно быстр — он наносит стремительные и сильные удары один за другим. Еще секунда и мне вскрыли бы брюхо. Как же все- таки повезло, что я "убил" большинство мертвецов с большого расстояния.
Стараясь игнорировать ноющую и кровоточащую руку, я поднял револьвер и выстрелил в нависшего надо мной мертвеца. Послышался мелодичный "дзинь!", сверкнули искры, и он отшатнулся назад. О, просто отлично. Из-за того, что стрелять из такого положения крайне неудобно, а левая рука кровоточит и болит — пуля лишь скользнула по стальной поверхности шлема, сорвав какую-то заклепку.
Создавалось впечатление, будто мертвец закинул голову назад и любовался небом. Продолжалось это какое-то мгновение, а потом он посмотрел на меня.
Я забыл о вопящей от боли руке.
На мгновение мной овладел пробирающий до костей страх — сорвав заклепку, пуля открыла забрало шлема, и я мог смог рассмотреть лицо живого мертвеца. Его кожа приобрела зеленоватый оттенок и туго обтягивала череп, словно резиновая маска из магазинчика ужасов. Ни ран, ни отваливающихся лоскутов плоти — создавалось впечатление, что тело мумифицировали, но глаза…
О, черт, эти глаза пугали меня сейчас больше всего на свете.
Я думаю, они будут сниться мне еще долго — на меня уставились два абсолютно белых шарика с крошечными точками в центре. У людей не может быть таких глаз, даже у мертвецов. Глаза живого трупа словно гипнотизировали, а точки в их центре поглощали все мое внимание. Казалось, это были зрачки, но зрачки просто физически не могут сужаться до размеров точки.
Глаза мертвеца завораживали и пугали одновременно. Это словно заглянуть за черту жизни, словно увидеть то, что ждет тебя после смерти. У меня по спине пробежали мурашки, а волосы на затылке встали дыбом. Одно дело знать, что где-то там, за шлемом, лицо ожившего мертвеца — совсем другое, видеть его.
Зомби тем временем снова замахнулся мечом, намереваясь добить меня.
— А вот [цензура] тебе… — хрипло, не узнавая своего голоса, выдавил я, нажимая на спусковой крючок. В этот раз вышло без осечек — пуля угодила аккурат в лоб и, покачнувшись, воин упал назад.