Начало
Шрифт:
– Сейчас мы все сделаем… рану промоем и почистим… можно стонать или даже кричать, чтобы было легче… но вы терпеливый… очень терпеливый… мисс Кора, помогите-ка мне отделить вот этот кусочек кожи, он совсем ни к чему. Нарастет новый, а этот воспален…
– Мисс Эрлин, мне кажется, я сойду с ума, – прошептал дворецкий, выбравшись из комнаты, чтобы отдать приказание принести еще воды и свечей.
– Что там происходит?
– Эта Нэнси и наша миледи вскрыли рану милорда и промывают ее!
Внизу в кухне творилось что-то невообразимое. Подле спящей леди Вайолет оставалась
– Ну, что?!
– Милорд заснул. Пока вода больше не нужна.
– Заснул?! Вы уверены, мистер Бишоп?
Дворецкий без сил опустился на стул, обвел всех взглядом и отер пот со лба.
– Я старый человек, многое повидал на своем веку, но такого…
– Что там, ну, что?! – взмолились сразу несколько голосов.
Мистера Бишопа больше всего потрясло не столько умение чернокожей кухарки, сколько самообладание хозяйки.
– Миледи не только не испугалась, она держалась так, словно всю жизнь промывала и перевязывала раны, а также ухаживала за больными.
Договорить ему не дали:
– Мистер Мозерли!
Приехал врач и от входа почти бегом отправился в спальню Роберта.
Теперь мистер Бишоп снова топтался у двери, пытаясь понять, что происходит внутри. Но слышался только бас Нэнси и короткие фразы мистера Мозерли, разобрать, что именно говорят, не представлялось возможным, а входить врач никому не позволил.
Он сам вышел нескоро, остановился, устало вздохнул и покачал головой:
– Если бы не эта ваша Нэнси… Они все сделали правильно, теперь остается только ждать. Но какова!.. Хм, даже я бы так не смог. Рана обработана прекрасно, а ведь еще чуть-чуть, и было бы поздно. Будем надеяться, что милорд справится. Ему нужен покой, потому уведите всех и…
не пускайте вдовствующую графиню в комнату, если не хотите, чтобы и она слегла.
Прощаясь, он повторил, что сделано все, как надо, и что остается только ждать, когда организм справится.
Внизу снова шло обсуждение слов мистера Мозерли, слуги наперебой высказывали свои мнения, хотя они сводились к одному: ну и кухарка!
– Кто бы мог подумать, что она еще и во врачевании разбирается?
– Да и готовит вкусно, – сказавшая это старшая горничная Эллен чуть смутилась, но, бросив быстрый взгляд на мисс Битон, немного успокоилась, похоже, и кухарка признала какие-то особые таланты чернокожей Нэнси.
Вдруг…
Кэтти, помогавшая мисс Битон в кухне, замерла с открытым ртом, глядя на дверь. Остальные тоже обернулись. Там, привалившись к косяку, стояла обессиленная Кора.
– Что?! – с ужасом выдохнула мисс Эрлин, бросившись к хозяйке.
– Лорд Кроули заснул, но до выздоровления и даже прохождения кризиса далеко. Будем надеяться на милость божью. Прошу об одном: леди Вайолет не должна догадаться, кто и как помогал милорду. Ни слова или намека. Если я узнаю, что кто-то
проговорился, уволю немедленно. Благодарю всех за помощь, можете отдыхать.В столовой для слуг некоторое время стояла тишина. Все вдруг осознали, что положение по-прежнему очень серьезное, жизнь Роберта Кроули в опасности, а в Даунтонхаусе новая хозяйка, которая может просить таким тоном, что непременно выполнишь эту просьбу, больше похожую на приказ. Все понимали, что придется выбирать между двумя графинями, но понимали и то, что молодая леди права – говорить леди Вайолет о Нэнси нельзя, тем более пока ничего не решилось.
Кора потому и потребовала молчать. Если Роберту не удастся выкарабкаться, то виноватой останется Нэнси, что бы там ни говорил мистер Мозерли. Леди Вайолет ни за что не поверит в добрые намерения Коры и чернокожей служанки, и в ее умение и знания тоже не поверит.
Потянулись томительные часы: для Роберта – борьбы с болезнью, для остальных – ожидания.
Кора отказалась идти отдыхать, не доверив мужа даже его верному Томасу, отправив того прочь и обещав, что немедленно позовет, если что-то понадобится. Она сидела у постели, кутаясь в шаль, и пыталась привести мысли в порядок.
Что там рассказывал Томас? Это была нелепая, неожиданная вылазка мятежников, вернее, небольшая группа англичан просто оказалась между двух огней – два местных отряда выясняли, кто из них сильней. А ведь оставалось только собрать вещи и на следующий день отбыть домой…
Шальная пуля, которая могла оборвать жизнь Роберта, пролетев всего на десяток сантиметров ниже. И вторая, задевшая предплечье. Именно она и стала причиной нынешнего состояния лорда Кроули. Обе прошли навылет, и рана от первой уже достаточно затянулась. Вторую просто просмотрели, и рана нагноилась. Лорд Кроули не желал возвращаться домой в таком состоянии, предпочел ничего не писать и лечиться в Египте. И снова казалось, что все обошлось – температуры уже не было, решено возвращаться. А дальше… В Портсмуте с борта графа Грэнтэма вынесли уже на носилках, он снова горел огнем. Просил только об одном: довезти до дома.
Томас сделал все, что мог, он очень торопился и оказался прав. Только сможет ли Роберт на этот раз побороть болезнь? Нэнси сокрушенно качала головой:
– Не знаю, мисс Кора. Все очень плохо. Если начала гореть кровь, то это гибель. Я не стану вас обманывать.
Приготовлю средство, вы должны давать его хозяину каждые два часа, только у меня нет всего, что нужно.
– Скажи, что именно, я тотчас отправлю купить, пусть даже в Лондон.
– Нет, мисс, не растут здесь такие травы.
Кора посоветовала:
– Поговори с мистером Мозерли, может, он знает, чем можно заменить?
И впрямь, мистер Мозерли прислал Нэнси какую-то настойку. Та пришла в дом, попросившись к Коре, но кухарку не пустили, уже ночь и входная дверь оказалась запертой. Нэнси немного постояла, соображая, что делать, а потом вдруг… свистнула что есть силы, немного подождала и свистнула еще раз.
Дверь почти сразу открылась, оттуда выглянул встревоженный Джон:
– Что случилось?! А, это вы, Нэнси… Что такое?