Мышь № 313
Шрифт:
Жилище демона встретило тишиной и затененностью. На окна опустилась тонировка, к какой прибегали тут в послеобеденное время. Не любили демоны солнца — не их стихия. Комнаты пустовали, но я все равно торопилась пересечь их как можно быстрее, прислушиваясь возле каждой двери.
Немного перевести дух смогла только в спальне демона, когда поняла, что и она пустует. Но и там задерживаться не стала. Это место неожиданно сильно повлияло на меня. Вспомнила наш последний разговор с демоном, когда он спрашивал, что для меня любовь. Вдруг подумалось, а умеют ли любить демоны? И какая любовь — демоническая? От подобной мысли стало жутко, словно весь
В саду тоже было сумеречно, хоть и виден он сейчас был отлично, не так как ночью — светящимися островками. Только вот увиденное родило в душе еще большую грусть. Несмотря на идеальную ухоженность, сад выглядел словно сонным. Бутоны всех цветов были плотно закрыты, головки опущены. Даже цвета поблекли и не радовали яркостью глаз. Вспомнились слова демона, что все цветы в саду ночные, демонические. Вот, значит, какие вы днем? Пронизанные извечной тоской? Настроение сада мгновенно передалось и мне. На глаза навернулись слезы, вспомнился дом, родители, и так захотелось оказаться подальше отсюда, где все было чужое, враждебное.
Внезапно вдалеке что-то блеснуло — едва уловимо прорезало крохотной вспышкой окружающую меня мрачность. Взыграло любопытство и погнало меня вперед, хоть я и собиралась уже уходить отсюда.
Большую клетку я разглядела раньше, чем то, что в ней находилось. Даже вблизи я не сразу заметила малюсенькую пушистый комочек, что забился в угол клетки. А когда показался маленький светящийся клювик и кристальной чистоты глазки, я прижала руки у груди в попытке унять взбесившееся сердце и опустилась перед клеткой на колени, цепляясь руками за прутья.
— Богиня жизни! — прошептала вмиг ставшими непослушными, даже деревянными, губами. — Цирсия в царстве демона!.. Откуда ты тут взялась, малышка?
Цирсия — большая редкость в нашем мире. Эта птица считается порождением феи. Появляется она на свет после очень мощного выплеска эмоций и очень редко. Во всем мире их насчитывается не больше тысячи. И самое интересное, что только рядом с хозяйкой цирсия может оставаться живой. Они не живут на воле. Их среда — аура феи.
— Неужели где-то рядом томится твоя хозяйка?! — все так же потрясенно прошептала я и едва не умерла от горя, когда из глаз птицы скатилось по крупной прозрачной слезинке.
— Ее хозяйка умерла, — прозвучал за моей спиной голос демона.
Я вскочила на ноги, чувствуя как теперь уже от испуга колотится сердце. Он стоял в шаге от меня и равнодушно рассматривал цирсию, которая сжалась так сильно, как только могла. Теперь не видно было ни глаз птички, ни клювика.
— Она умерла здесь?
— С чего ты взяла? — перевел на меня демон холодный взгляд. — Далеко отсюда…
— Как же тогда она попала сюда? — указала я на цирсию, не в силах смотреть в ту сторону, чувствуя горе той, как свое собственное.
— Я выкупил ее на аукционе, — пожал плечами демон и получилось это у него как-то очень по-человечески.
— Зачем? — я снова посмотрела на птичку. — Как она вообще до сих пор жива?..
— Она и умрет скоро.
— Как ты можешь так спокойно говорить об этом?! — слезы все же выступили на глазах, как я не сдерживала их.
Демон какое-то время с интересом разглядывал меня, словно изучая, пытаясь проникнуть в мои мысли или в душу. Потом протянул руку и стер со щеки одинокую
слезинку, которая все же не удержалась и скатилась.— Так спаси ее, — тихо проговорил, не делая больше ничего, не распуская руки, чему я была несказанно рада.
— Как?
— Накорми ее своей пыльцой.
— Но она чужая для нее.
— Попробуй, мышка. Сейчас ее жизнь в твоих руках…
Уговаривать себя не заставила, хоть и не верила в то, что собиралась сделать. Вновь опустилась на колени и подняла руку ладонью вверх. Вскоре на ней засверкала горстка пыльцы, которую я и протянула цирсии. Сначала ничего не происходило, и я уже отчаялась ждать. Но вдруг комочек зашевелился и повел клювиком в мою сторону. А потом (о чудо!) птичка выпрямилась и заковыляла ко мне на таких же светящихся, как клювик, лапках. Какая же она красавица! Хоть и совсем крохотная и слабая. Ее шерстка переливалась всеми цветами радуги. Только ей не хватало густоты, словно цирсию изрядно пощипали.
Птичка замерла у моей ладони и взгляд ее устремился к моим глазам. Вот у нее точно получилось проникнуть прямиком в мою душу и исследовать ее всю. Я чувствовала, как медленно скользят внутри меня ее мысли, эмоции. Ощущения были странными, но не неприятными. И очень скоро все закончилось, и я замерла от восторга, когда клювик цирсии погрузился в пыльцу. В следующую секунду она всосала ее всю.
Моя радость была настолько велика, что хотелось хоть с кем-то ею поделиться. Я посмотрела на демона и испугалась тому, как тот выглядел сейчас. Потрясенным! Он не ожидал, что птица примет меня. Это был эксперимент, исход которого демон предугадал заранее. Только вот, ошибся он, как выяснилось.
Я перепугалась не на шутку. Вскочила и загородила собой клетку.
— Ты ведь не убьешь ее теперь?..
Намекала на то, что теперь у цирсии появился шанс выжить. И возможно, я смогу заменить ей хозяйку.
— Убить? — посмотрел он на меня черными глазами. — А зачем мне это?
— Ну… — я запнулась. Неужели ошиблась? И выглядел он так совершенно по другой причине. — Что же ты с ней сделаешь?
— Что ты решишь. Теперь она твоя.
— И я могу забрать ее?
— Ну не здесь же ей оставаться, — дернулся он, будто хотел приблизиться ко мне, но в самый последний момент передумал. — Иди к себе и забирай ее, — кивнул на цирсию.
Я схватила птицу, стараясь не сжимать сильно, чтоб не раздавить, такой хрупкой та мне показалась и невесомой. Она тут же доверчиво свернулась в моих ладонях. Уже у выхода из сада меня вновь настиг голос демона:
— Клетку я перемещу в твои покои.
Клетка символизировала лишь территорию птицы. На самом деле, она ей совершенно не была нужна. Цирсия — единственная птица, которая никогда не улетит от хозяйки. А эта, к тому же, была и совсем маленькая — прутья решетки вообще не являлись для нее преградой.
— Теперь у тебя будет все хорошо, — пообещала я и поцеловала теплый клювик.
Как же изголодалась эта малышка! Она просила покормить ее чуть ли каждый час. И делала это так умильно, что отказать я бы ни за что не смогла. Где бы не находилась, цирсия появлялась у меня на коленях или прямо в руках и заглядывала в глаза своими прозрачными и чистыми бусинками с таким выражением, под которым сердце мое буквально плавилось. И я делилась с ней своей пыльцой. Да и когда та случайно осыпалась с меня, эта кроха была тут как тут — быстренько все склевывала. Очень нежное и прожорливое создание. Но я уже любила ее всем сердцем.