Мышь № 313
Шрифт:
Снова прошлась по складкам вверх, и клитор отозвался на мои прикосновения. Ощущения были новыми для меня и отличались от тех, что вызывали эротические ласки демона. Они казались не настолько острыми, но не менее возбуждающими.
— Положи вторую руку себе на грудь, — раздалась новая команда, когда я нащупала пальцем клитор и принялась его легонько поглаживать, чувствуя как нарастает жар внизу живота, как временами все в нем начинает пульсировать.
Я отцепила руку от подлокотника и снова подчинилась. Накрыла грудь.
— Дотронься до соска, поиграй с ним, мышка…
Я вспомнила, как это делал демон, и обхватила пальцами сосок, принялась его покручивать, немного оттягивая.
— И
Страсть нарастала и движения мои превратились в более уверенные. Уже точно знала, как мне приятнее всего, когда трогаю себя там. Смело ныряла пальцами во влагалище за дополнительной смазкой и возвращалась к чувствительному клитору, который требовал продолжения, вознося меня все выше, приближая к пику. Второй рукой гладила грудь, живот… Сложнее было не извиваться всем телом и не стонать, но такого удовольствия, проклятый демон, я тебе точно не доставлю!
В какой-то момент я открыла глаза и посмотрела на своего мучителя. Взгляд демона был прикован к моему лицу. Он жадно ловил каждую эмоцию, каждый срывающийся с губ вздох. Я же уже была близка к разрядке, это подсказывала мне интуиция. Вот-вот лоно мое изольется соком, терпеть уже становилось невмоготу, и все же легкие стоны принялись срываться с губ, удержать их я была не в силах. И именно в этот момент все закончилось. Демон резко подался вперед и перехватил мою руку, удерживая ту в воздухе. Я едва не расплакалась, потому что так близка была к наивысшему наслаждению.
— Хочешь кончить, детка? — пристально смотрел он мне в глаза. Его взгляд выдавал крайнее напряжение Сейчас в нем не было ни издевки, ни насмешки, лишь мрачная страсть плескалась в глубине глаз демона, подсвечиваемая его огнем.
— Хочу, — утверждение было больше похоже на стон, и как же мне стало от этого противно, словно я просила демона позволить мне это. В сущности, так оно и было.
— Попроси, и я доставлю тебе это удовольствие, — склонился демон над моим лицом, прижимая мои руки к подлокотникам кресла, не давая пошевелиться. — Ты же страдаешь от неудовлетворения не меньше моего. Так доставим же друг другу это удовольствие.
Просьба уже готова была сорваться с моих губ. Возбуждение во мне клокотало такой силы, что и соображала-то с трудом. Понимала только, что хочу разрядки, хоть раз дойти до конца, иначе рискую сойти с ума. Но в самый последний момент с губ сорвалось короткое:
— Нет, — как отголосок той ненависти, что испытывала к этому мужчине.
— Почему? — выдохнул он мне в губы.
— Потому что для этого я должна полюбить.
Я ждала демонической ярости, но той не последовало, к моему удивлению. Демон лишь расслабился и выпустил мои руки. В глубине моего сознания мелькнула мысль, что теперь я знаю, как доставить себе удовольствие самой, чем непременно воспользуюсь в самое ближайшее время. Наверное, за это я должна была благодарить своего мучителя, но эта мысль была из разряда самых диких.
Демон вернулся на свое место, я же позволила себе свернуться калачиком в кресле, чтоб хоть как-то прикрыться от него. Сделать это было не так-то просто — между ног все опухло и продолжало пульсировать, требуя разрядки. Едва сдержалась, чтоб не запустить туда пальцы, но этого он мне точно не позволит, не сейчас. И еще я даже примерно не знала, что ожидать от него дальше. Видимость
спокойствия настораживала. Казалось, что вот-вот разразится буря.— Расскажи мне… — медленно произнес демон. — Что такое любовь для феи?
Вопрос его поставил меня в тупик. И даже не сам вопрос, а желание демона услышать на него ответ. Любовь и демоны — понятия несовместимые. Темная сущность этих существ опровергает саму любовь — что-то очень светлое и сильное. Их стихия ненависть, природа которой тоже темная, разрушительная. И сейчас она разрушала меня — ту, что никогда раньше никого не ненавидела.
— Что же ты молчишь? — развеял мою задумчивость голос демона. Он по-прежнему выглядел спокойным и даже грустным, если эта эмоция вообще свойственная порождению мрака.
— Зачем тебе это?
— Хочу узнать тебя получше, — пожал плечами демон, и кажется он не лукавил. Только вот…
— Зачем? Чтобы знать все мои слабые места? И вовремя воздействовать на них?
Реакция демона меня удивила — он расхохотался. Вот оно — пусть не улыбка, а смех, но сейчас в нем не было и толики презрения, а лишь веселость.
— Ты самая подозрительная мышь. И в твоей голове порой зарождаются совершенно нелепые мысли, — посерьезнел он. — Просто расскажи… Что для тебя любовь? — сделал он ударение на слове «тебя».
Я задумалась. А знаю ли я это? Готова ли ответить на вопрос, который только кажется простым. Я думала, что люблю, когда-то, но сейчас понимала, что это не так. Мне было хорошо, приятно, но если бы любила, то навряд ли настолько легко перенесла бы расставание. И все же, любовь эта жила во мне, я чувствовала ее, только она еще дремала и ждала своего часа.
— Когда любишь, перестаешь думать о себе, — задумчиво начала я свой рассказ, который обещал стать коротким. Но отчего-то захотелось в те несколько слов, что услышит сейчас от меня демон, вложить глубинный смысл, облечь в них нужные эмоции. Кто знает, может у меня получится хоть немного изменить демона. — Все твои мысли и желания сосредотачиваются на объекте твоей любви. Все хорошее, что есть в тебе, отныне принадлежит и ему тоже. Вместе вы становиться чем-то единым и целым, тогда как раньше были лишь частью этого. И любовь… она всегда взаимна, а иначе это лишь одержимость, — совсем тихо закончила, и отчего-то внутри меня разлилась настолько щемящая грусть, словно я давным-давно ищу эту самую любовь, а она от меня ускользает. И надежда, что когда-нибудь найду ее, тает, становится призрачной.
Глаза защипало от слез, и сейчас их вызвало чувство тоски и ощущение потери. Конечно же, я не дала им пролиться, но и сдержать их оказалось не так просто.
Странную картину мы сейчас представляли с демоном. Я, обнаженная, рассуждающая об одном из самых сильных чувств в жизни, а может и в смерти, и он — тот, кто не переставал истязать меня, чьей собственностью я здесь являлась, внимавший мне с огромным напряжением, которое я физически ощущала, всей своей кожей.
— Ты любишь кого-нибудь? — задал он новый вопрос. — Не бойся, говори правду, — добавил.
— Нет, — решила я оставаться честной. — Думала, что любила, но ошибалась.
— Он предал тебя?
— Нет… Расстаться было обоюдным желанием.
Я себя не узнавала сейчас. Откуда-то появилось желание спросить у демона, а испытывал ли он к кому-нибудь чувство, приближенное к любви? Но я не рискнула. Возможно, его спокойствие на меня так действовало. Никогда еще не видела его таким. Даже сила моя сейчас успокоилась и дремала, и пыльца осыпалась и разве что устилала пол вокруг нас с демоном, но и на это он сейчас не обращал внимания, не раздражался. Присутствия его морока, кстати, я тоже не улавливала. Впервые тьма, что, точно знала, лишь притаилась где-то рядом, меня тоже не пугала и не напрягала.