Мракоборец 2
Шрифт:
Глаза цеплялись за каждую мелочь: вмятины, которыми крыша локомотива была испещрена после схватки со Скрежетником, клочья ржавчины и сгустки чёрной жижи. Я пригнулся и провёл рукой по железу. Пальцы зацепились за тонкие царапины. Где-то здесь, буквально минут двадцать назад, был труп Скрежетника.
Я лично видел, как он завалился, обливаясь зловонными маслянистыми остатками. Но труп пропал. Словно испарился. А я не заметил ни портала, ни лишних людей, ни даже минимального дуновения странной силы.
Осторожно принюхался. Едва ощутимый запах озона стоял только Ладыжинский.
Снова оглядел кроваво-ржавые пятна, разодранную крышу. Меня не покидало чувство, будто я проглядел что-то важное. Кто-то провернул сложнейший манёвр: открыл портал, потом поспешно его закрыл, а заодно утащил останки Скрежетника со сферой.
И всё это — в доли минуты, да ещё и под носом у меня и Ладыжина, которые оба достаточно чутки к магии. Я крепче сжал рукоять меча.
Всё это скверно.
Поезд содрогнулся от очередной встряски — механики уже начали возиться с тормозными колодками. Где-то внизу послышалась команда: «Аккуратно снимаем пластины! Смотрите, не зацепите провода!»
Я отдышался и полез обратно через люк в кабину. Внутри царил полумрак, некоторые лампочки снова мигали, хотя напряжение было выключено. По пути я почувствовал резкий запах медикаментов — похоже, кто-то вылил целую бутыль антисептика, пытаясь отмыть последствия схватки. Пришлось проскользнуть через наполовину сорванную дверь и выбраться в тамбур.
Стоило мне ступить на перрон, в лицо ударил порыв колючего ветра. Народ суетился: лекари уже прибыли, ходили между пассажирами, оценивали состояние раненых и шокированных.
Кое-кого из тех, кто пострадал от проклятия Скрежетника, увозили на носилках. Менее серьёзных пациентов поддерживали под руки и вели к фельдшерским вагончикам, которые успели прикатить на платформу.
Я заметил, как двоих — женщину с сердечным приступом и молодого парня, у которого пошли непонятные судороги, — сразу запихнули в машину скорой помощи. Остальных рассаживали в сторонке на скамейках, давали воду, успокаивали.
На фоне этих врачебных хлопот я увидел механиков из локомотивного депо: они колдовали над машинным отделением, проверяли, нет ли глубоких повреждений. Выясняли, сможем ли мы продолжить путь. И, судя по ругани, происходившей внутри, повреждения были.
Скрежетник не только управлял поездом, но и срастался с проводами, оставил гору проблем.
Станция жила своей жизнью: громкоговоритель бубнил о задержках, где-то покрикивали носильщики, бегали дежурные. Я прошёл мимо пары полицейских, которые, похоже, пытались успокоить разгорячённых пассажиров. Кто-то из них был взбешён, что придётся торчать в этой глухомани до следующего дня.
Тут меня окликнул знакомый голос:
— Гражданин! — на перроне стояла начпоезда, та самая женщина, которая отдала все силы, чтобы организовать эвакуацию пассажиров и сбор необходимых лекарств. — Вы сможете кое-что прояснить?.. Я говорю властям, что тварь убита, но они не верят, думают, что «вы всё преувеличили». Им нужны доказательства.
Я
поморщился:— Сейчас скандалы им не помогут. Тело монстра мы… — я тяжело вздохнул, — увы, не можем показать. Его похитили.
— То есть оно исчезло? — вытаращила глаза начальница. — Может, он всё ещё жив?!
— Нет, он мёртв, — отрезал я. — Но есть другой маг, который мог утащить труп. В любом случае, если монстра кто-то украл, то явно не для добрых дел. Если власти хотят расследование, пускай приходят, я сам им подробно расскажу.
Женщина побледнела ещё сильнее:
— Хорошо… хорошо, я так и скажу. Поезд простоит тут до завтра. Тех, у кого серьёзные травмы, мы уже отправили в местную больницу. А остальным выдали направление в столичную клинику. Ну и гостиницу здесь, при автовокзале, предложили. Большинство согласились. Вы с вашим другом, что-то надумали?
Я кивнул:
— Забота какая… А мы с моим… — у меня язык не повернулся назвать Ладыжина другом, — напарником тоже задержимся. Кстати, власти пусть лучше обратятся к нему. Он же тоже участвовал в убийстве монстра. Может всё им рассказать.
Вокруг нас пробежал один из лекарей с перевязочным материалом. Начпоезда бросила быстрый взгляд на мой бок:
— Вам бы тоже провериться. Вы же получили удар током. Кстати, машинисты уже пришли в себя. Палыч, просил передать вам «спасибо»! Говорит, тот свет краем глаза увидел и обратно полетел. Похоже, ваш настой ему помог.
Я поморщился от воспоминаний запаха той адской жижей. Мало кому понравился бы такой аромат, зато проклятие действительно притормозило.
— Спасибо за информацию, — буркнул я и двинулся дальше по платформе.
Станция была небольшая. Чуть в стороне располагалось целых два кафе, магазинчик и гостиница — туда всех и переселяли. Я видел, как люди тащат багаж, идут под руку с родственниками, сетуя на неудачный рейс.
Злополучный товарняк, из-за которого мы рисковали встретиться лоб в лоб, если бы не затормозили, уже начинали перегонять чуть дальше. Как вовремя.
Я всматривался в лица прохожих. Кто-то выглядел бледно, кто-то — раздражённо. Но никого, кто прямо источал бы магическую ауру или странную силу.
Неужели тот неизвестный маг действительно так хорош, что может скрыть своё присутствие даже от меня?
Уже выходя на привокзальную площадь, я услышал за спиной шорох шагов. Обернулся — это был Ладыжин. Он догнал меня, тяжело дыша:
— Я как раз тебя искал. Где ты был?
— На крыше поезда, — ответил я мрачно. — Пытался понять, куда подевался Скрежетник. Точнее, его останки.
— Ага… Я тоже ничего не нашёл, — Ладыжин опустил взгляд. — Думаешь, что кто-то открыл портал? Ты чувствуешь хоть какие-то следы?
— Ноль вообще. И это самое неприятное. Ни фонового магического следа, ни дуновения эфира, ни банального запаха озона, — я покачал головой. — У тебя есть какие-то идеи?
— Пожалуй, те же, что и у тебя, — хмуро отозвался он. — Можно, конечно, предположить, что монстр самоуничтожился, но это бред. Я видел, как ты его добил. Таких тварей без посторонней помощи не растворить.