Чтение онлайн

— Почему вы не оживили погибших?

Эльва вздрогнула и отвела от Джессики взгляд.

— Некромантия строго запрещена. Мы тоже подчиняемся своим законам. Есть ренегаты, предавшие нашу идею, которые практикуют некр…

Эльва поперхнулась, откашлявшись, требовательно взглянула на Джессику и продолжила.

— Есть мерзкие плутовки, кто попирает наши законы. Они занимались скверной. Но некромантия — слишком большая роскошь. Это дорогой и крайне трудоёмкий процесс, требующий огромных усилий. Секретом оживления обладают лишь избранные. Если они и вздумали бы кого-то оживлять — то лишь Великих Ведьм, а их с каждым годом становилось всё меньше. Проклятая Розалин, вбив между нами клин раздора, разрушила

гармонию и равновесие сил. Каждый стремиться убить другого, похитить его знания и стать самой могущественной из ведьм.

— Как всё сложно. И чем же нам поможет Комиссия?

— Розалин Макбрайт долгое время была одним из главных врагов Комиссии. Читая хроники CSI, мне стало ясно, что Комиссия веками сидела у неё на хвосте. Служителям удавалось разыскать Розалин и даже лишить её жизни. Глупцы, они были уверены, что казнят Розалин, но отправляли на костёр лишь тех, кто поклялся служить ей вечно. Комиссия всё время преследовала Розалин и скрупулёзно вела записи о времени, месте и иных подробностях. Читая эти записи, мы сможем отследить путь Розалин, узнать где и когда она спрятала свою душу.

— Но казнённые…

— Ренегаты — хранители души. Развеянные пеплом, утопленные, похороненные в толще земли, они все ждут своего часа. Розалин обещала воскресить их в благодарность за службу и принять в Великое Воинство. Получив назад все части своей души, она приобретёт небывалое могущество и погубит наш мир.

Эльва замолчала.

— Почему же она не сделала этого раньше?

— Пройдёт ещё много лет, пока Розалин сможет воплотить свой план в жизнь. Сейчас она активно изучает некромантию, чтобы навсегда подчинить себе Урдорха.

— Урдорха? Но кто это?

— Всему своё время, дитя. Когда-нибудь я расскажу и про Урдорха.

Джессика долго думала над словами Эльвы.

— Прости за откровенность, но мне нужен брат. Зачем рисковать, гоняясь за Розалин по лабиринтам времени? Почему мне просто не встретиться с Розалин и не заключить сделку?

Эльва рассмеялась.

— Ты действительно веришь, что Розалин станет вести с тобой какие-то дела? О, поверь — Розалин коварнее самого дьявола. К тому же ты участвовала в убийстве её любимицы. Ты перешла ей дорогу, Джессика. Не я ли тебе говорила, что пути назад уже не будет? Теперь нам остаётся только Великая Охота. Беспощадная, ужасная и почти обречённая на провал. Но это шанс. Поэтому давай не будем тратить времени.

Джессика пролежала весь день и всю ночь, её знобило, лихорадило. При каждом стуке сердца в груди отдавало холодным жжением. Она очень удивилась, когда проснувшись поутру, нашла лишь лёгкое покраснение под левой грудью. Чувствовала она себя превосходно. Эльва дежурила возле постели с каким-то кипящим напитком.

— Доброе утро. Я великий лекарь, правда?

Джессика лишь молча кивнула, всё случившееся казалось каким-то сном.

— А теперь спустимся в подвал.

— Снова на охоту?

Эльва расхохоталась и похлопав Джессику по плечу, сказала.

— Пока нет. Нам нужно ещё многому учиться.

В подвале на куске гранита, покрытом белой простынёй, лежал серебристый клинок Клэр Макдауэл с запёкшейся кровью Джессики.

— Наш первый трофей.

— Наш?

— Конечно. Думаешь, я справилась бы без тебя? Нам просто крупно повезло. Клэр всегда была подозрительной. Она чувствовала погоню. Отвлекаясь на тебя, она подпустила меня на непозволительно-близкое расстояние.

Джессика была вне себя от ярости.

— Что? Значит я послужила приманкой? Эй! Отвечай немедленно!

Она грубо схватила Эльву за руку, та яростно повернулась к Джессике, приставив кинжал к горлу.

— Аккуратнее, дитя. Не шути с огнём. Ты выбрала свой путь. Здесь нет правил и справедливости. Хочешь вернуть брата — бей. Или ты забыла, как Клэр пырнула тебя без

раздумий? Если бы не я, ты бы давно корчилась в адском пламени!

Джессику словно окатили холодной водой. Или горячей лавой.

— Что? Причём тут ад?

— А ты думаешь, за все эти штучки дают билеты в рай? Твоя душа проклята. Дороги назад нет.

— Плевать. Я атеистка.

— Тем лучше. Мы покончили с проклятой Клэр и вырвали клочок души Розалин. Радуйся.

Но Джессике было не до ликований. Слишком много необъяснимого случилось за эти дни.

— Ты говорила, что Клэр всегда чувствовала погоню. Как же её смогли пленить?

— Её не пленили. Она сама приняла такое решение. Не без помощи Розалин, разумеется. Но об этом после. А теперь иди — тебе пора возвращаться к своим делам.

— Что мне делать дальше?

— Жить. Теперь, когда ты на Пути, с него не свернуть. В следующий свой визит, а ты обязательно вернёшься ко мне, я расскажу тебе подробнее о Magna Venari — Великой Охоте и книге, которую мы читали у алтаря. Эти золотисто-изумрудные книжечки — ключ к поискам Розалин. У тебя получилось открыть портал, мы продолжим охоту как только ты снова будешь готова. А теперь иди, слишком много знаний могут свести с ума.

Ничего не понимая, Джессика выбежала во двор. В голове роились тысячи мыслей. Нужно убираться из этого проклятого дома и хорошенько всё обдумать. То, что с ней приключилось — бред, сумасшедший бред её мозга, вызванный кошмарами и тоской по брату.

***

Джессика уже подходила к калитке, когда Дарвин окликнул её.

— Мисс Пирсон. Погодите.

Он бросил ей в ноги голубые боксёрские перчатки.

— Приступим.

Джессика хотела спросить, чего ему надо, но мощный хук в челюсть отправил её в глубокий нокаут.

В электричке первым делом Джессика бросилась в туалет. В зеркале над раковиной она увидела своё отражение. Волосы всколочены, глаза пылают яростью, но в сущности — ни царапины. Её до сих пор трясло, но не от ужаса, не от страха, а от восхитительного, такого сладкого чувства победы над врагом.

Джессика с удовольствием вспомнила свой первый настоящий бой. Она лежит на земле, голубые перчатки валяются рядом. Дарвин ехидно смеётся где-то сзади. Едва придя в себя, она пыталась закричать, укрыться от Дарвина, спрятаться от его ударов, но беспощадный идиот не давал никаких шансов. Удары были хлёсткими, очень сильными, лицо пылало от боли и страха. Так продолжалось долго, бесконечно долго, пока злость на этого маньяка, безжалостно измывающегося над ней, не возобладала над болью, разумом, инстинктами. Она набросилась на старика, стараясь измолотить его в муку. Он долго уворачивался, но получив ощутимый удар в нос, отлетел к стенке, звонко ударившись головой. Гнев прошёл, его место заняло неистребимое желание победить врага. Джессика парировала его удары, старалась дотянуться до старика, быстро двигалась и в конце концов снова поймала удачу за хвост. Дарвин, вытирая кровь, рассвирепел, поднялся на ноги и набросился на неё с дикой яростью. Джессика испугалась лишь на мгновение, было обидно получить по лицу, от этого бородатого мускулистого старика, которого она уже два раза хорошенько проучила. В конце концов Дарвин не выдержал её натиска. Джессика молотила его по лицу, по груди, пинала в пах, он лишь стонал и больше не оказывал сопротивления. Выпустив весь гнев, она в последний раз ударила Дарвина ногой в живот и направилась к выходу. Восхитительное чувство победы было ярче оргазма. В какую-то минуту Джессике показалось, что Дарвин злорадно хихикает. Она подбежала к нему, но Дарвин ловко увернулся от её ноги. Он схватил её за куртку, но позорно ретировался за внутренними дверями особняка, стоило её только замахнуться. Через несколько мгновений прибежали ужасные собаки. Джессика злобно плюнула в их сторону, промолвив: