Миряне
Шрифт:
Х а б а р о в. Я тоже не рыжий.
Г и р е й. Егор Андреевич, ты и она -- сапоги непарные.
Х а б а р о в. Надевать их не придется: она определилась с выбором.
Хабаров разливает вино.
А л ь б и н а. Пить расхотелось. Выживу, пошлю подальше метеостанцию и горы и в Москву. Дашка, слетай над Россией.
Д а ш а. Летала. Россия в смятении. Новые русские очумели от куража.
Г и р е й. Чем мы не новые русские? В столице дело откроем.
Х а б а р о в. Уверен -- получится.
Г и р е й. Фимка--то развернулся широко, не
Х а б а р о в. Хитрее.
Г и р е й (Даше). В Москве будешь у меня ездить на иномарке к лучшим парикмахерам, одеваться в модных салонах. Дачу оторвем об трех этажах, заблистаешь на презентациях. Этот случайный щелкопер ничего подобного тебе не предложит.
Д а ш а. Небогат, но он послан мне.
Г и р е й. Всего добьюсь, завоюю теплое место на столичном олимпе.
А л ь б и н а (Гирею). Щуку не поймал, а жаришь ее.
Г и р е й (Альбине). Приучаю к мысли: человек есть то, что он думает. Пусть думает обо мне как о супруге и будет моей.
А л ь б и н а. Твое мнение, дядя?
Х а б а р о в. А я планов Гирея относительно Даши не утвердил. Не подняться ли нам в монастырские кельи?
А л ь б и н а. Зряшная затея.
Х а б а р о в. Обследую их.
Хабаров уходит к скале.
Альбина, взяв магнитофон, зашла в домик.
Г и р е й (опасливо посмотрел на горы). В самом деле хана?
Д а ш а. Как перед бомбежкой.
Г и р е й. Не пожил вдосталь. Полагал -- выучусь в школе, в институте, заработаю достаточно. Но вдруг -- мгновения сочтены. Чем я хуже тех, кто по Парижу шляется, на Канарских островах пляжится? Им выпало развлекаться, а мне под камнепад... Ненавижу все.
Д а ш а. Я довольна божьими днями.
Г и р е й. На волоске зависли, вот--вот оборвется. Будь умницей... Потом легко и умирать.
Д а ш а. Умерь прыть.
Г и р е й. Айда в удобное местечко.
Пытается увлечь ее со двора.
Д а ш а (показывает пальцем на висок). С завихрениями, да?
Г и р е й. И в предсмертную минуту живое тянется к живому.
Д а ш а. Пробежись до монастыря и выскажи это Егору Андреевичу.
Г и р е й. Гирею гиреево, и я получу сполна.
Д а ш а. Благородства ни на грош.
Г и р е й. Давай журнал ваш на станции, я распишусь, что взял в жены девицу Дарью. Альбина проштампует.
Д а ш а. Прочь, азиат! Научись уважать в женщине человека.
Г и р е й. К дьяволу условности! В этих злополучных горах принадлежишь мне, Гирею!
Д а ш а. Нет!
Выскакивает из метеостанции А л ь б и н а.
А л ь б и н а (Гирею). Отпусти девку! Охлади гормоны.
Альбина грозно надвигается на Гирея.
Г и р е й. Жалко ее?
А л ь б и н а. Себя жалко. Не хочешь мою честь забрать?
Г и р е й. Тьфу, чтоб ты окосела.
Отступает от Даши.
А л ь б и н а. За решетку бы тебя, насильника, в отдельную камеру со мной наедине. Похохотала бы я. Да ты ничего -- с петушиным задором. Дашенька, прости невоспитанного потомка Чингис--хана.
Д а ш а. Он упал в моих глазах.
А л ь б и н а. А в моих
поднялся. (Гирею.) Видел бы это безобразие мой дядя, изувечил бы тебя тем, что под руку попало. И знаешь почему? Он любит втайне Дашку.Г и р е й. Куда ему до нее.
А л ь б и н а. Что, не мужчина? Он несовременный, не из тех, кто знакомится с дамой после кровати. Сначала поухаживает, повздыхает, попереживает. Не будь я его родственницей, влюбилась бы в него без оглядки. А от тебя прет жеребятиной. Помозгуй, хахаль. Вот я бы из тебя вылепила образцового мужа.
Возвращается Х а б а р о в.
Х а б а р о в. Друзья, монастырские кельи значительно выше метостанции. И скала там покруче. Давайте туда переберемся. Какие--то вы не свои... Что стряслось?
А л ь б и н а. Все путем. Осадила возбудившегося.
Даша в это время опять медитирует.
Дашка опять в тонких слоях.
Г и р е й. Блаженная.
Вдруг Даша запричитала.
Д а ш а. Вижу, четко вижу... По ущелью лавина... Угодишь под обвал... А!
Даша опускается на землю, ей дурно.
А л ь б и н а (Даше). Сбрось наваждение.
Д а ш а. Как в тумане. Тревожно.
А л ь б и н а. Какая напасть?
Д а ш а. Кто--то свалился вниз. Плохо мне.
Г и р е й (Хабарову). Припадочная.
Х а б а р о в. Так бывает с очень восприимчивыми людьми. Когда умирал композитор Бизе, в Гранд--опера давали "Кармен". В час начала спектакля Бизе взял ноты и, лежа в постели, перелистывал их, словно присутствуя в театре. И вдруг наступила минута смерти. Актриса, игравшая Кармен, ощутила какую--то великую трагедию, происходящую в мире. Ей сделалось дурно. Она упала в обморок на сцене, когда умер автор "Кармен". Пришлось дать занавес, публика была в недоумении. Даша тоже почувствовала что--то печальное. Но что?
А л ь б и н а. Ласточка, дыши ровнее.
И в это время грянул гром.
Вокруг стало темнеть. В горах хлынул дождь.
Х а б а р о в. Ливень в горах.
А л ь б и н а. Началось светопреставление.
Г и р е й. Проклятье. Хабаров, спасай нас.
Х а б а р о в. Уходим к монастырской скале.
А л ь б и н а (обреченно). Никакого смысла.
Х а б а р о в (решительно). Альбина, поднимай Дашу.
Альбина поднимает и пытается вести Дашу.
Гирей, хватай вещмешки -- их содержимое слишком нам дорого -- тащи к монастырю.
Гирей, схватив вещмешки, кинулся бежать мимо Даши.
А л ь б и н а. Дядя, помоги Дашу довести.
Хабаров подошел к столу.
Х а б а р о в. Не пропадать же добру.
Хабаров выпил стакан вина.
А л ь б и н а (в страхе). Боже, сохрани нас!
Альбина и Хабаров уводят Дашу поспешно.
Горы и небо в страшном буйстве.
ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ
Картина вторая
Часть дома и двора в подмосковном поселке: сад, стол, дачные стулья. На одном из стульев альбом для рисования, карандаши. На столе приготовленное для глаженья белье. У забора на земле почти готовая крышка гроба, доски.