Мир-Чаша
Шрифт:
– Не могу поверить! – пораженно воскликнул он. – Ты свалил меня с ног!
– Можно подумать, это впервые, – ухмыльнулся Менок. – Ты забыл планету Лотус?
– Нашел что вспомнить! Тогда, после пыток, меня мог свалить и ребенок!
– Тебя и без пыток свалит любой ребенок, – оскалился Менок.
– А тебя и подавно! – крикнул Корис и поразил противника ногой в пах. Тот согнулся. Корис опрокинул его наземь. Однако упал и сам, так как Менок подсек его ногой. Мужчины вскочили и снова бросились друг на друга.
Внезапно рядом раздался чей-то смех. Корис и Менок остановились и удивленно оглянулись вокруг. Они настолько увлеклись дракой, что не заметили, как их
– Неужели сам Дикарь к нам пожаловал?! Вижу, ты не поменял своих привычек.
– Клин?! – изумленно воскликнул Менок.
– А кто же еще? – ухмыльнулся главарь. – Здесь мои владения. А ты, однако, живучий сукин сын! Я думал, тебя убили. Где ты пропадал все это время? Почему так долго возвращался в банду?
– Похоже, он и не догадывается, что ты сбежал из его шайки, – шепнул Корис на тэйтэльском языке.
– Конечно, не догадывается, – ответил Менок. – Я сделал это, когда на нас напал большой отряд солдат. Они перебили почти всю банду и нам пришлось спасаться бегством. Тогда-то я и улизнул. А Клин решил, что меня убили. Теперь нам, вернее тебе, предстоит рассказать шайке какую-нибудь небылицу, чтобы все объяснить. Так что включай свое воображение. Ты мастер рассказывать сказки.
– Почему я должен всегда за тебя отдуваться?! – возмутился Корис. – Вечно ты влезешь в какую-нибудь историю, а мне потом прикрывай твою задницу!
– Придется прикрыть ее еще раз. Тем самым ты прикроешь и свою. Ты же не думаешь, что разбойники оставят в живых тебя, если прикончат меня?
– О чем вы там шушукаетесь? – спросил Клин, теряющий терпение.
– Я рассказывал своему дружку о тебе, пахан, – с готовностью ответил Менок.
– Но почему не на универсальном языке? Пускай бы все слышали.
– По-моему, эти ребята и так достаточно знакомы с твоими достоинствами, – усмехнулся Менок.
– Это точно, – самодовольно улыбнулся Клин. – Так где ты пропадал?
– Пусть мой дружок расскажет об этом. У него лучше подвешен язык.
– Валяй, – сказал Клин.
– Начну с того, – повел Корис, – что Менок или Дикарь, как вы его называете, настоящий олух.
Вся шайка разразилась смехом. Глаза Менока злобно блеснули.
– Обоснуй, – сказал главарь.
– Без проблем. Как вы знаете, между Сингхаром и Пэйфитом есть святыня одной местной религии. «Святыня» представляет собой большой кратер, почти доверху наполненный испражнениями. Живущие неподалеку люди сбрасывают их туда в санитарных целях. К кратеру постоянно приходят паломники, каждый из которых обязан хотя бы раз в жизни посетить это место. Этот обычай уходит корнями в далекое прошлое.
Когда-то их страны Колдовства в Пэйфит пришел Колдун по имени Качер. Он ввел в городе выгодную для себя религию и назвал ее просвещенской. Многие люди поддались ее влиянию, но нашлось также много скептиков. Качер объявил войну всем неверным и начал массовое истребление людей. Через некоторое время он собрал войско и послал его на завоевание Сингхара во главе со своим ближайшим приверженцем воеводой Гасом. Султан Сингхара выслал навстречу своих солдат и два войска встретились возле упомянутого кратера. Произошла битва, в результате которой войско Качера потерпело поражение, а воевода Гас попал в плен и его утопили в фекалиях. Проповедники просвещенской религии объявили Гаса мучеником за веру, а кратер стал для них святыней. Они постановили обычай, согласно которому каждый
просвещенец обязан посетить кратер, дабы почтить память «великомученика». Скептики воспользовались случившимся и дали просвещенству свое название. Они назвали его дерьмовой верой, а «святыню» назвали Большим Навозом. Сразу же после этого религия замедлила свое распространение, а ее ряды начали редеть. Верно я говорю?Разбойники согласно закивали головами.
– Так вот. Не так давно я проходил мимо Большого Навоза. Хоть там и стоит невыносимая вонь, мне пришлось сделать неподалеку привал, так как я валился с ног от усталости. Я расположился в небольшом овраге. Не прошло и получаса, как я услышал крики и топот копыт. Выглянув из оврага, я увидел мчащегося на коне Дикаря. За ним гнались четверо всадников с обнаженными мечами. Дикарь был так напуган, что ничего вокруг не видел.
– Врешь, подлец, – прорычал Менок. – Гадом буду, врешь!
– Как же, вру, – ничуть не смутился Корис. – Скажи тогда на милость, почему твоя глупая лошадь, оказавшаяся куда умнее тебя, вдруг резко остановилась, а ты через ее голову полетел прямо в Большой Навоз?!
Из глоток разбойников вырвалось такое громкое ржанье, что целая стая испуганных птиц сорвалась с дуба. Взбешенный Менок подскочил к Корису и врезал ему в глаз.
– Вздумал насмехаться надо мной, чертов рифмоплет?! – воскликнул он на тэйтэльском.
– Я спасаю твою шкуру, – ответил Корис ударом в нос.
– Эй, пацаны, потом будете выяснять отношения, – вмешался Клин. – Что было дальше?
– Я всегда знал Менока, как неуравновешенного человека, – продолжил Корис. – Недаром вы его прозвали Дикарем. Попав в Большой Навоз, он стал вопить, как сумасшедший. Дерьмо, словно болотная тина, начало его засасывать. Когда преследователи увидели, что произошло, то, давясь от смеха, забрали его лошадь и поскакали обратно. Взбешенному Дикарю не осталось ничего другого, как, барахтаясь в экскрементах, посылать им вслед проклятия. Я тем временем вылез из своего укрытия и, бросив Меноку веревку, вытащил его из кратера. Ну и запашок же шел от него! Меня чуть не вырвало. Самое интересное было то, что на лице Дикаря не было даже намека на тошноту, как будто он всю свою жизнь провел в дерьме.
Среди разбойников снова послышался смешок. Менок, смерив Кориса презрительным взглядом, пробурчал:
– А ты не мог бы обойтись без своих дурацких комментариев?
– Почему? – возразил Клин. – Пускай комментирует. Твой дружок – очень толковый рассказчик.
– Тем более, что это еще не все, – сказал Корис. – Через несколько минут после спасения Менока вокруг нас собралось много людей, в которых я без труда узнал просвещенцев. Они упали ниц перед Дикарем, восклицая: «Святой Гас воскрес из мертвых! Первозданный Навоз возродил его!» Эти тупицы начали собирать стекающее с Менока дерьмо и с благоговением класть его в свои шкатулки, полагая, что оно обладает чудодейственной силой. Мы начали объяснять просвещенцам, что они ошибаются, но они твердили свое. Тогда Дикарь на правах «святого» приказал им расходиться, а мы пошли к ближайшей реке.
Долгие дни и ночи отмывался Менок от испражнений, но все было напрасно. Тошнотворный запах не исчезал. Вот уж воистину Первозданный Навоз проявил свою чудодейственную силу! Дикарь впал в отчаяние и заявил, что не сдвинется с места, пока это «благоухание» не выветрится. Ох, и долго же пришлось нам ждать! Кстати, заметьте, от Менока до сих пор немного пованивает.
Разбойники, подозрительно принюхиваясь, невольно стали пятиться назад, а сконфуженный Менок, то краснея, то бледнея, смерил Кориса злобным взглядом.