Меченая
Шрифт:
– Дэвид... мы недостаточно быстры. Они нас догоняют!
– Продолжай бежать!
– Мы умрем примерно через пятнадцать секунд! Я даже не хочу думать о том, что они собираются сделать с нами!
– Продолжай бежать... и перестань говорить!
Тринадцать... Двенадцать... Кара вела в уме обратный отсчет, пока бежала позади Дэвида. Он бежал прямо к Променаду Старого Порта. Они маневрировали между катающимися на роликах детьми и туристами. Кара следовала за Дэвидом, прокладывающим путь через толпу и направляющимся прямиком к...
«Вода,» – сказала Кара
– Дэвид! – закричала Кара, поняв то, что он собирался сделать.
Но он не останавливался. Вскоре они достигли конца Старого Порта, где заканчивался бетон, и начиналась река Сен-Лоран. Толстые металлические поручни тянулись по всей длине порта вдоль пешеходной дороги, защищая людей от случайного смертельно опасного падения в прохладные серые воды реки. Они бежали как раз к ним.
Три... Два...
И когда они уже почти врезались в металлические поручни, Кара почувствовала, как рука Дэвида обхватила ее руку. Крепко сжав ее, он прыгнул, потянув Кару за собой... и пролетел над краем.
Раз...
Кара слышала доносившиеся сверху крики, когда она падала в воду и погружалась на двадцатифутовую глубину стремительной и темной реки Сен-Лоран. Инстинктивно она взглянула вверх, опасаясь, что высшие демоны прыгнут за ними в воду. Но все, что она увидела, были солнечные лучи, отражающиеся в водной поверхности над ее головой. Все вокруг нее потемнело.
Глава 8
Дэвид — знаменитость
Кара открыла глаза. Она глядела на медный потолок, поделенный на абсолютно ровные ржавые квадраты. Она лежала на полу лифта и прижимала к груди рыболовную сеть с укрытой в ней душой. Она подняла рыболовную сеть перед лицом и пристально посмотрела на душу. Она была цела и невредима и освещала лицо Кары своим мерцанием. Перевернувшись, Кара поднялась и посмотрела на ухмыляющегося Дэвида.
– Это было потрясающе! – он слегка подпрыгивал на месте и выглядел восторженным. – Я уже несколько лет так не веселился!
– Смотри, как бы тебе не переволноваться, ковбой. Мы едва выбрались оттуда, – Кара подавила смешок.
Послышалось внезапное фырканье, и Кара отступила в сторону.
Серая обезьяна средних размеров сидела в кресле возле панели управления позади Дэвида. У нее были большие квадратные плечи и мощная грудная клетка. Она чесала свой пунцовый лысый зад, глядя на Дэвида и Кару. Ее длинное лицо было бесшерстным и демонстрировало нахмуренный лоб.
– Какой этаж? – спросила обезьяна раздраженным голосом.
Кара взглянула на Дэвида.
– Мне кажется, я никогда не привыкну к говорящим обезьянам...
– Бабуин, а не обезьяна! Бабуин Л006, к вашему сведению, – прошипел примат.
Дэвид решил не упускать возможность повеселиться.
– Четвертый Уровень, эээ... симпатяга, – сказал он. Бабуин сморщил лицо.
– Осторожно, – сказала Кара, – он выглядит так, словно хочет плюнуть тебе в лицо.
–
Вы, АХ, все одинаковые, – сказал бабуин. – Никакого уважения!Дэвид отряхнул свою куртку, не обращая никакого внимания на бабуина.
– Да уж, это точно, мы — ребята горячие. Четвертый Уровень... мы ждем...
Какое-то время ничего не происходило. Затем бабуин сплюнул на пол, попав в дюйме от ботинок Дэвида. Зверь уставился на него, его морда была перекошена от злобы. Гримасничая, он обнажила ряд крупных желтых зубов. Этот бабуин выглядел опасно. Он выпятил грудь, демонстрируя свое крепкое тело, и повернулся в кресле. Подняв длинную руку, он нажал на медную кнопку.
Через несколько секунд неловкого молчания Кара вышла из лифта вслед за Дэвидом на Четвертом Уровне, все еще прижимая душу к своей груди, словно мать, прижимающая своего новорожденного ребенка. Они шли через Зал Душ. Огромное пространство сверкало и мерцало так, словно шел алмазный дождь. Миллионы парящих душ освещали им путь, пока они шли к помосту, где возвышался огромный блестящий стеклянный стол. Архангел Рамиэль был занят, записывая что-то в большую книгу. Он не смотрел на них.
– Гм, Ваше Превосходительство! – сказал Дэвид, ухмыляясь и приседая в реверансе. Кара спрятала свою улыбку за волосами.
Рамиэль поднял свои глаза на Дэвида. Недовольство отразилось на его нахмуренном лбу. Внезапно, двигаясь с невероятной скоростью, он отодвинул назад свое кресло, встал и швырнул в Дэвида газету, едва не попав ему в лицо.
– ТЫ ИДИОТ! – орал он. – Тебя УВИДЕЛИ!
Кара подняла с пола газету. Это был сегодняшний номер Монреаль-Газетт. Она и Дэвид были на главной странице, держащиеся за руки и прыгающие в реку Сен-Лоран. Заголовок гласил:
Любовный суицид!
Молодая влюбленная пара нырнула в объятия смерти
в Старом Порту Монреаля.
– Оу, – сказала Кара, – это нехорошо.
Дэвид выхватил газету у Кары.
– Эй... а я неплохо получился!
Рамиэль ударил своим кулаком по столу, и оглушительный бум эхом разнесся по помещению.
– О чем вы только думали?! Вы знаете наши законы! Вас не должны были видеть погружающимися в воду! – если бы Рамиэль был теплокровным, то, Кара была в этом уверена, все его лицо было бы багровым, с огромными венами, пульсирующими на лбу. Вместо этого она наблюдала ужасающую белую холодность. Это выглядело жутко.
– Ты уже был предупрежден, Дэвид Макгоуэн! Твои дни в должности ангела-хранителя сочтены! – зарычал он, указывая огромным пальцем на Дэвида. Кара была почти уверена, что сейчас из глаз Рамиэля вылетят лазерные лучи и поразят Дэвида, не оставив от него и мокрого пятна. Лицо Архангела было искажено яростью.
– Дэвид, мы так облажались, – прошептала Кара.
– Не волнуйся... я все улажу, – прошептал он в ответ.
Дэвид улыбнулся и выпятил грудь.
– Расслабьтесь, Ваше Святейшество... видишь это? Мой новобранец спас душу, – он жестом указал на грудь Кары, возле которой она держала душу, укрытую в рыболовной сети.