Мастерская Бога
Шрифт:
В своем величии суровом.
В своей
Единственной красе.
И был он впрямь
Сродни простому.
И гениален потому.
И был в себе себя достоин.
И лишь покамест одному
Чугаю
Виден в глине этой.
К нему
По жизни шел Чугай.
С ним будут связаны
Полсвета:
Скала, дорога
И тайга.
И на скале,
Над краем поднят,
Вождь,
Жизнь отдав
Большой Страде,
Здесь будет звать
Народ на подвиг
И
И в труде.
Девяносто первый (экскурс в будущее)
Да, были дни пахать и сеять.
Сегодня в избах молотьба
Идет по матушке – Расее...
О, жизнь!
О, страшная судьба!
Ты приоткрыла окон ставни
Капризом царственной руки.
И мы сегодня в прошлом,
Давнем
Живем наветам вопреки.
Не для того ль,
Чтоб им прельститься,
Жалея - вот не сберегли,
Чтоб
Перевертыши-партийцы
На нас теперь свалить могли
Свою бездарность, неуменье
И жадность наглую свою.
И ничего мы не имеем
В отцовско-дедовском краю.
Иной был пахарем,
Иные
Бросали в почву семена
И зла, и зависти.
И ныне
На нас лежит одна вина.
Платить
Одну должны мы плату
Возмездию - И я...
И он...
Один, - живущий на зарплату,
Другой, - укравший триллион.
Одной преступною веревкой
Повязаны мы с древних пор:
И я –
Его противник робкий.
И вор,
Вздымающий топор.
Так инородцы, теша жажду,
Закусывали удила.
И Сталин их казнил однажды
За их недобрые дела.
Но внуки осужденных
Живы -
У глупых умными слывут.
С фальшивым именем,
С фальшивым
Нутром -
Они средь нас живут.
И нас они считают
Быдлом -
Рабами в нашей же стране.
Такое есть,
Такое было
По нашей собственной вине.
Ещё Хрущев к словам был чуткий
(обвисли уши под лапшой)
Плясал под тайные их: дудки,
Хотя считал,
Что сам большой.
Он, раб душой.
Вождю старался
Угодным быть –
Елозил, льстил...
Зато на мертвом отыгрался,
За гениальность отомстил.
По принципу –
Пусть наших знают –
Задержку должен наверстать.
Так льва погибшего
Пинает
Осёл,
Дабы героем стать.
О Брежневе и речь не стоит
Вести –
Чурак был Чураком.
В Кремле,
Известно, - на постое,
Сидел под бабьим каблуком
Под каблуком
Мадамы Гольдберг...
Потом Андропов Ильича
Сменил
Но.... кагэбэшник-айсберг
Жил скромно.
Не рубил с плеча.
Шел в коммунизм
С
другими в ногу...Молился лишь на диамат...
Он шахматист,
Ходов на много
Глядел вперед - готовил мат,
Чтоб диссидентов
Через сито
Враз пропустить
И... обвинить,
..Загнать по тюрьмам
На отсидку,
И в шайки их объединить.
И в этом
Цель была прямая –
Втравить их
В нынешний разбой,
Руками нашими ломая
Наш Дом,
Где жили мы с тобой.
Он напоследок Горбача
Поднес нам хитро
И негрубо,
Когда предшественник
Дал дуба...
И Маркса - Ленина свеча
Погасла, зачадив квартиру
(терпи измену и... молчи).
Генсек же западному миру
Раздал
Отмычки и ключи.
А перед этим на мгновенье
Иуда президентом стал.
И вот
Цепи распались звенья.
И Судный час
Для нас настал.
Тогда за тайною завесой
В столице Северной страны
Увяло царство
Мелких бесов,
Родилось царство сатаны...
И это будет. А пока
Идет
Лишь девяносто первый.
Он нам испытывает нервы,
Разминкой пробует бока.
Предав отчизну в некий час,
Еще с экранов
Смотрит Горби...
За ним Борис
Довольно-гордый
Возник, упитанно лучась.
Он выплывает из глубин,
Предателя с дороги гонит.
Губами страшными Горгоны
Бросает слово в мир:
– Убий!..
Во имя западных идей.
И русских бьет
Коварно в спину.
Сам черемис наполовину,
Наполовину иудей...
... Он думает,
Легко в века
Бросает клич свой
С башни танка
И спекулянтам,
И путанкам...
Так некогда с броневика
Бросал в толпу бродяг слова
Картавый рыжий человечек.
От слов тех Больше полувека
У нас кружится голова...
О, век двадцатый –
Хитрый,
Злой -
Фарс жутковатый,
Подлость драмы,
Где вместо
Праздников с дарами
Дымятся угли под золой.
Глава, которой могло и не быть (продолжение)
Я помню дней своих исток –
Стремнины бурные и плесы.
В ночи вагонные колеса
Стучат в рассвет:
– Вла-ди-
вос-ток...
Я этот город покидал,
Не ставший
Ни родным, ни близким.
Героям ставя обелиски,
Он много в жизни повидал.
Он много в жизни пережил.
Внимал жаргонам
И наречьям.
Здесь мой отец
На Черной речке