Марвики
Шрифт:
Ошалев, Атим принялся хватать все без разбору, но очень скоро понял, что если не остановится, то останется здесь надолго, придавленный тяжестью железа. Атим выбрал небольшую сабельку, подходящие под нее ножны и, разрываясь от гордости, повесил себе на пояс. Поразмыслив, он прихватил красивый кинжальчик со специальной кобурой, которую можно носить на ноге, рядом с икроножной мышцой. Обмундировавшись, Атим засобирался на выход.
Но с этого момента удача решила повернуться к Атиму не самой симпатичной стороной. Когда до двери оставалось сделать один шаг, снаружи раздался надтреснутый кашель. Атим испуганно
– Странно, какой-то рюкзак в траве валяется, – услышал Атим до боли знакомый голос. – Это чье имущество, а? Кто тут?
Атим еще никогда не покрывался потом с ног до головы в один миг. Раньше он искренне считал, что это физически невозможно, но сейчас убедился в обратном. Тело с неимоверной скоростью избавлялось от влаги, одежда с волосами мгновенно взмокли и повисли неопрятными сосульками. Как на грех, смотритель Салл в эту самую минуту прогуливался поблизости и наткнулся на оставленный Атимом рюкзак. Атиму оставалось только мысленно ругать себя, что не сообразил забрать его с собой. Открытую дверь склада старикан пока не заметил, но за этим дело не станет, можно не сомневаться.
– Доброй ночи, господин смотритель, – донесся до ушей Атима еще один знакомый голос.
– Юн Барбин? – удивленно проговорил смотритель. – Что за ночные променады?
– Да вот, вышел перед сном воздуху свеженького лизнуть, – искренним голосом отозвался Юн.
– А рюкзак чей?
– Мой, – незамедлительно соврал Юн.
– А чего бросаешь где попало?
– Пописать отходил в кустики, – вздохнул Юн.
– В туалет дома надо ходить, – буркнул Салл.
– Ну приспичило же, – заныл Юн. – Совсем невмоготу стало, господин смотритель, я пару травинок и окропил, им одна польза…
– Ладно, ладно, обойдемся без подробностей, – поспешно буркнул Салл. – Ступай уже домой, нечего по ночам тут бродить.
– Господин смотритель, а что это у вас все лицо в синяках? – поинтересовался Юн.
– А потому, что жители нашего острова без каждодневной порки с ума сходят, – злобно ответил Салл. – Сегодня на рынке одна торговка всерьез уверяла, что к ней приходил мой племянник и обозвал ее жирной коровой. Да у меня племянника-то никогда не было, да только дурную бабу разве убедишь! Я уж и так и сяк, а она мне то в ухо, то…
Тут Салл понял, что выставляет себя не в лучшем свете и заторопился по неким неотложным делам.
– Побежал я, недосуг мне болтать, а ты дуй до дома… и забудь, что я сказал…
– До свидания, господин смотритель.
Атим на некоторое время забыл как дышать. Прижавшись к холодной кирпичной стене, он напряженно вслушивался в происходящее снаружи, умоляя небеса, чтобы Салл поскорее двигал отсюда.
Через несколько секунд все стихло. Атим отлепился от стены и почти сразу услышал:
– Эй, придурок, вылезай.
Не обратив внимания на нелестное замечание, Атим выбрался из недр оружейного склада и молча забрал из рук Юна свой рюкзак. Тот вздохнул и голосом, полным жалости, осведомился:
– Ты какого черта сюда залез?
– Мне понадобилось оружие, чего непонятного, – кисло пояснил Атим. – Видишь ли, когда отправляешься в опасное путешествие, возможность постоять за себя не повредит. Спасибо за помощь
и все такое, но мне пора, прощай…– Я немного покумекал и пришел к выводу, что все-таки не могу отпустить тебя, – скрестил руки на груди Юн Барбин.
– Только не начинай все сначала, – предостерег Атим Аллер. – Обратного пути нет, я все решил. Не заставляй меня стучать тебе по шее и закапывать в землю по самые уши, у меня нет времени рыть такую большую яму.
– Я не могу отпустить тебя одного, – заявил Юн. – Будет правильнее, если я отправлюсь с тобой и прослежу, чтобы ты не влип в какие-нибудь неприятности.
– Ты… ты серьезно? – медленно спросил Атим.
– А ты как думаешь? Меня от этой затеи с самого начала в жар бросало. И я все равно считаю тебя идиотом с синдромом Вита Нокха, который ловил акул голыми руками только ради того, что выпустить их на волю.
– Ну, до Нокха мне далеко, – заскромничал Атим.
– Это тебе кажется, – заверил Юн. – И я очень расчитываю, что мы вернемся к восходу. Если бабуля не сможет дозваться меня к чаю, а потом обнаружит, что под одеялом валяется огородное пугало, то мне светят боль и унижение. В тройном размере.
Атим бестолково обнял Юна и вновь убежал вглубь склада. Через минуту он вернулся и протянул толстяку симпатичный лук с колчаном, набитым стрелами. Юн двумя пальцами приподнял лук за тетиву и, качая им в воздухе, промямлил:
– И зачем он мне?
– Как зачем? – не понял Атим. – А если тебе по дороге кишки выпустят, как ты понесешь их домой? А так – намотал на тетиву и в добрый путь!
– Не смешно, – отрезал Юн. – Я не собираюсь ни на кого нападать. Это тебе Малина насолила, мне нет нужды нашпиговывать ее стрелами. И потом, я не умею им пользоваться, лишняя обуза.
– Не ври, ты прекрасно обращаешься с луком, – нахмурился Атим. – На весенней ярмарке ты набрал девяносто семь очков из ста и оставил с носом даже самых опытных стрелков.
– Я стрелял по яблокам, – не дрогнул Юн. – Это бесчувственные фрукты, они не дают сдачи, если им попасть в причинное место.
– Ладно, не хочешь – не надо, возьми просто так, в качестве багажа, – сдался Атим.
За разговорами друзья добрались до причала, где на мелких волнах покачивалась шеренга лодок разных мастей. Атим не стал медлить и приступил к взлому, оставив Юна следить за периметром. Замки здесь оказались попроще, и вскоре мальчики погрузились на борт. Атим втащил страховочный якорь на палубу и схватился за деревянные весла. Лодка медленно отплыла от берега, и Атим задвигал веслами в разных направлениях, разворачивая судно туда, где вдалеке мерцали огни самого большого острова Алабии.
ГЛАВА ПЯТАЯ
ГОСТИНИЦА «ЯМА В ЛЕСУ»
Если не обращать внимания на то, что Юн всю дорогу безостановочно стенал и выражал определенные опасения в отношении данного мероприятия, то поездка завершилась вполне сносно. Ребята гребли по очереди, и где-то через час высадились в небольшой бухточке. Они предупредительно втянули судно подальше на берег и как можно гуще закидали сухими ветками в выброшенными водорослями. Инициатором данной идеи оказался осторожный Юн, Атим не придавал значения подобным пустякам.