Чтение онлайн

– Так влюбись в кого-нибудь. Отдайся этому чувству и забудь обо всем.

– Предлагаешь очередное сумасбродство?
– Улыбнулась Чехова.
– Я уже однажды так поступила. И вот - моя дочь выросла без отца. Это не то, что я бы для нее хотела.

– Но ты же была счастлива, не так ли? Вот и действуй.

– Но в кого? Загореться страстью к очередному банкиру?
– Усмехнулась Ольга.
– Увольте. Я такой 'радости' больше не хочу.

– Так выбери военного.

– Не хочу, - отмахнулась актриса.
– Они либо бараны, либо зануды. Особенно штабные. Этот ефрейтор пытается нам тут все рассказать про древних

викингов, которые переоделись в новые мундиры... но... не похоже. Война ведь теперь другая. Не то, что во времена Наполеона, когда даже генерал мог вполне возглавить атаку своих гренадеров со шпагой в руке.

– Ну, милочка, в этом я с тобой не соглашусь. У нас вполне достаточно озорных и решительных генералов. И я, насколько ты знаешь, питаю к ним большую слабость.

– Не знаю...
– покачала головой Ольга.
– Мне нужна яркая личность. Ты же знаешь, как я чувствую себя с серыми людьми...

25 июля 1939 года. Москва. Кремль. Кабинет Сталина

– Товарищ Сталин, - начал Берия, - все необходимые материалы по делу Лазаря я подготовил. Вот, - он протянул папку.
– Сделал по тому же принципу, что и для Ягоды.

– Он тут?

– Нет. Мы пригласили его на двадцать часов.

– Хорошо, - кивнул Хозяин и углубился в чтение. Через пару минут, не отрываясь, он спросил.
– Как дела с Василием?

– Вас интересуют развитие его дел со Светланой?
– Уточнил Берия.

– В том числе.

– На удивление тихо. Он полностью ею поглощен.

– У них далеко зашло?

– Только общаются и много проводят времени вместе. Лазарь был в госпитале. Света - дома одна. Вот он и помогал, чем мог. Впрочем, до интима у них не дошло.

– Пил?

– Нет. Вообще за эти дни ни капли не выпил. Даже курить меньше стал, так как Светлане не нравится дым сигарет.

– А что с дисциплиной?

– Светлана на него очень положительно влияет со всех сторон, - уклончиво ответил Лаврентий Павлович.
– Пока ни о каких закономерностях говорить нельзя. Нужно подождать, посмотреть.

– Это хорошо. Очень хорошо. Что-то новое выяснили по жене?

– Наши заказчики. Группа. Пока в разработке. Да вы и сами видели странное поведение 'кавалерийского лобби', как его называет Лазарь.

– Болваны...
– с горечью произнес Иосиф Виссарионович.
– Ну чего они добиваются? Проблем?

– Брать их пока нельзя. У нас есть подозрения, что они действовали не совсем самостоятельно. Лазарь и промышленному блоку партработников дорогу перешел. Там много голов было срублено, пока налаживали работу производств по-новому. Противодействие было очень серьезным. Нередко приходилось общаться с особенно пламенными

борцами по моему ведомству. А Лев Захарович, так вообще - ни дня без драки не проводил. Двадцатые годы, конечно, очень сильно рабочих распустили. Хуже царских времен трудятся.

– Согласен, - кивнул Сталин.
– Как будут готовы дела по всем фигурантам - мне на стол. И смотри, что да как можно сделать для аккуратного их удаления. Кстати, нашли непосредственного исполнителя?

– Некий гражданин Дьяконов. Сотрудник гаража. Он под наблюдением.

– Хорошо. Если его попытаются перевести - переводите. Не нужно вызывать подозрения у нашего героического 'кавалерийского лобби'. И следите за ним. Копите материал. Если будет уличен в уголовных операциях - бери. И чтобы суд с шумом. Но не раньше, чем через полгода.

– А если не найдем?

– Тогда с ним произойдет несчастный случай. Совершенно нейтральный. Водки там перепьет и умрет от алкогольного отравления. Он ведь наверняка балуется?
– Берия внимательно выслушав Сталина, и кивнул.

– Балуется.

Спустя полтора часа, там же.

– Здравствуйте, товарищ Сталин, - Тухачевский вошел в кабинет, слегка прихрамывая и придерживая подвязанную руку.

– Здравствуйте, товарищ Тухачевский. Присаживайтесь. Как ваше здоровье?

– Уже лучше, спасибо, - кивнул маршал, садясь на указанный ему стул подле стола Вождя.

Наступила небольшая пауза. Секунд на двадцать. После которой Сталин произнес, кивая на папку, лежавшую на краю стола:

– Вам, вероятно, это будет интересно.

– Это касается Монголии?
– Слегка озабоченно переспросил Михаил Николаевич.
– Мне говорили, что справились там наши ребята очень хорошо.

– Не только. Ознакомьтесь. Там не так много.

Тухачевский кивнул в знак согласия, взял в руки папку, открыл ее и принялся читать. На его лице не дрогнул ни один мускул. Вообще. Он читал так, словно перед ним был какой-то нейтральный журнал, повествующий, о рыбалке на Амуре и том, какие снасти, где там применять, когда и для какой рыбы.

Изучение содержимого папки затянулось на полчаса, в течение которых Сталин очень внимательно следил за лицом Тухачевского, сравнивая его с Ягодой, который поплыл уже после первого листа. Закончив, Михаил Николаевич спокойно сложил листы. Закрыл папку. Положил ее на стол и, повернувшись, прямо посмотрев в глаза Сталина, спросил:

– Так Нину значит, не англичане убили?

От такой реакции маршала Иосиф Виссарионович слегка опешил.

– А вас не волнует содержимое папки?

– Если вы, имея такой увлекательный документ, похожий на сухую выжимку из обширного досье, пригласили меня к себе для беседы, а не передали в разработку НКВД, то не волнует.
– Тухачевский сделал небольшую паузу.
– Света - это тоже часть плана?

– Нет, - ответил, уже успокоившись, Сталин.
– Случайность. Она очень хорошо влияет на Василия и мне бы хотелось это влияние сохранить. Но ведь она не ваша дочь, верно?

– Отчасти.

– Вот даже как...
– Снова удивился Хозяин.
– Может быть, вы мне поведаете о том, кто вы такой?

– Я бы с радостью, но... хм... я и сам этого не знаю.

– То есть, как это? Не помните?

– Да нет. Я все прекрасно помню. Но кто я такой - не понимаю.

– То есть?

– Товарищ Сталин, - улыбнулся Михаил Николаевич, - какой сейчас год?