Магический Индекс
Шрифт:
– Сбежать?
Услышав это зловещее слово, Камидзё нахмурился.
– Да, - сказала Индекс, как ребёнок.
– За мной гнались.
– ...
Рука Камидзё, которой он потряхивал раскаленную сковородку, снова застыла в воздухе.
– Я прыгнула как надо, но в полёте меня подстрелили в спину, - девушка, называвшая себя Индекс вроде как улыбалась.
– Извини. Похоже, что падая, я застряла на твоём балконе.
Она невинно улыбнулась Томе Камидзё, без единого намёка на самокритику или сарказм.
– Тебя подстрелили...?
– Да? О, тебе не нужно беспокоиться
Что она имела в виду под защитным барьером? Это что, бронежилет?
Девушка покрутилась, словно для того, чтобы похвастаться новым платьем, и несомненно не выглядела раненой. Камидзё пришлось догадываться, куда её на самом деле подстрелили. Идея о том, что она была помешанной или просто всё выдумала, казалась более реалистичной
Но...
Оставался тот факт, что она в самом деле висела на перилах балкона седьмого этажа.
Если, чисто гипотетически, всё, что она сказала, было правдой...
Кто в неё стрелял?
Камидзё колебался.
Он подумал о том, какую решительность надо было иметь, чтобы перепрыгнуть с крыши на крышу восьмиэтажного здания. Он также принял во внимание, насколько ей должно было повезти, чтобы попасть на его балкон на седьмом этаже, и скрытый смысл того факта, что она потеряла сознание.
Она сказала, что за ней гнались.
Последнее, о чём он поразмыслил - значение улыбки на лице Индекс, с которой она всё это рассказала.
Он ничего не знал о ситуации, в которой была Индекс, и совершенно не понимал, что означали несколько сказанных ею фраз. Скорее всего, он понял бы не больше половины даже если бы Индекс рассказала ему всё от начала и до конца, и всё равно не имел бы понятия, как хотя бы начать понимать вторую половину.
Тем не менее, одно оставалось истиной.
Чувствуя, как что-то сжимается в груди, он наконец признал тот факт, что она угодила на его балкон на седьмом этаже, когда один неверный шаг мог отправить её точно на лежавший внизу асфальт.
– Еда.
Индекс высунула голову из-за спины Камидзё. Несмотря на свободное владение японским языком, она должно быть, не имела большого опыта обращения с палочками для еды, потому что держала их в кулаке как ложку, восторженно уставившись на сковородку.
Глаза у неё были как у котенка, которого вытащили из картонной коробки в дождливый день.
– ... А...
Камидзё выложил (бывшую) еду на сковородку чтобы сделать что-то вроде (ядовитого) овощного рагу.
По какой-то причине ангел в Камидзё, который обычно соглашался с дьяволом в Камидзё, корчился в муках при виде проголодавшейся девушки.
– А! Я-я знаю! Если ты действительно настолько голодная, как насчёт того, чтобы сходить в приличный семейный ресторан вместо того, чтобы давать тебе эту ужасную стряпню, сделанную парнем из объедков?! Нам могут даже доставить еду на дом!
– Я не могу ждать так долго.
– ... А... х!
– И стряпня не ужасная. Ты приготовил её для меня, и не потребовал платы. Она должна быть вкусной.
В первый раз на её лице была сияющая улыбка, похожая на монашескую.
На Камидзё обрушилась боль, словно его желудок
выжимали, как мокрую одежду, а Индекс тем временем сгребла содержимое сковородки зажатыми в кулаке палочками для еды, и отправила его в рот.Ням-ням-ням.
– Видишь? Она вкусная.
– ... О, в самом деле?
Чавк-чавк-чавк.
– Хорошо, что ты добавил кисленького, чтобы я могла восстановить силы.
– Гык! Она кислая?!
Жевание.
– Ага, но это нормально. Спасибо. Ты просто как старший брат или вроде того.
Она широко улыбнулась, продолжая есть с такой невинностью, что к щеке у неё прилип росток боба.
– ... Гх... Увааааааааааааа!
Камидзё со скоростью звука сгрёб сковородку, в то время как Индекс выглядела невероятно недовольной. Однако Камидзё поклялся в глубине души, что только он один отправится в ад.
– Ты что, тоже голодный?
– ... Ха?
– Если нет, ты бы лучше дал мне доесть остальное.
Камидзё видел, как Индекс смотрит на него немного снизу вверх, пожёвывая кончики палочек для еды.
Камидзё получил божественное откровение.
Бог сказал ему принять ответственность и съесть всё это самому.
Это не имело ничего общего с невезением; всё это он навлёк на себя сам.
Часть 3[ править]
Тома Камидзё набил полный рот жареным мусором и ухмыльнулся.
– М-м-м, - с недовольным выражением на лице проворчала девочка, называвшая себя Индекс, разгрызая печенье. То, как она держала небольшое печенье обеими руками, делало ее немного похожей на белку.
– Ладно, ты сказала, что за тобой гнались. Кто гнался?
Вернувшись из своей нирваны, Камидзё снова спросил о самом важном моменте в её рассказе.
Он не собирался сопровождать в самые глубины ада девочку, которую встретил менее тридцати минут назад. Однако, похоже, уже было слишком поздно делать вид, что ничего не случилось.
"Значит, в конце концов, мне придется говорить как лисица", - подумал Камидзё, используя собственное обозначение притворной доброты.
Он знал, что это, скорее всего, ничего не решит, но всё равно хотел утешить себя ощущением, что "кое-что сделал".
– Хммм..., - сказала она немного хриплым голосом.
– И кто же это был? Может быть, Розенкрейцеры или У.З., также известные как "Утренняя звезда". Я думаю, что это была какая-то группа вроде них, но я еще не знаю, как она называется... Они не такие, чтобы искать смысл в названиях.
– Они...?
– смиренно спросил Камидзё.
Очевидно, ее преследовала какая-то группа или организация.
– Да, - сказала Индекс на удивление спокойно.
– Магическое общество.
...
...
...
– Ха? Магическое? Ха? Что? Это безумие!!!
– Э? А? Я ч-что, странно выразилась по-японски? Я имею в виду магию. Группу магов.
– ... , - то, что он услышал это по-английски, не улучшило ситуацию.
– Что? Что? Ты что, говоришь о каком-то опасном культе? Вроде культа, который учит, что неверие в их лидера приведет к божьей каре, а затем переходит к тому, чтобы дать тебе ЛСД и промывает мозги? Это намного хуже со всех сторон.