Ляся
Шрифт:
Приведя себя в порядок за пять минут, Лена отошла от зеркала. «Вроде девять? Что с часами», – не успела подумать Лена, как раздался стук в дверь.
– Ба, это ко мне, я открою, – радостно взвизгнула Лена и подбежала к двери.
– Лясь, ты идешь? – спросил Антон с порога.
– Да, пошли. Ба, я недолго. – Лена схватила приготовленный пакет с вещами и выскочила за дверь.
– Дед, кудой она? Ночь на дворе.
– А я почём знаю, – пожал плечами дед.
По дороге Лена обратила внимание на гитару, лежавшую на заднем сиденье «Запорожца».
– О,
– Ага, и играть, и петь, и вышивать… Вот только плавать не научился за двадцать три года, – весело подмигнул Антон.
Расстелив на берегу покрывало, Лена не спеша начала раздеваться. Антон, как заворожённый, смотрел на ее молодое, хрупкое, но весьма спортивное тело. Его взгляд медленно, немного оценивающе спускался от плеч Лены по груди, талии, бедрам. Слегка приостановился на ожоге, который пятном – как лужа, растёкся по ее ноге, Антон поймал себя на мысли, что он ей даже идет и нисколько не портит общей картины.
Лена кожей чувствовала его взгляд, и ей это нравилось, она нарочито медленно закончила процесс стягивания с себя сарафана, который держался на двух тоненьких бретельках, и при желании Лена выскакивала из него за полсекунды.
Наконец, поняв, что желаемый эффект достигнут («Один – один, – подумала Лена, – это тебе за вчерашний душ мне в лицо».), она, слегка виляя бедрами, пританцовывая, побежала к реке.
– Давай, сосед, чего расселся, иди сюда, вода и правда как парное молоко, – резвясь, прокричала Лена.
– Сейчас, подожди, костер разведу, холодно выходить будет, – ответил Антон, собирая хворост.
Лена поднырнула, перевернулась на спину и охнула от красоты ночного неба.
– Смотри, какие яркие звезды! В городе такого не увидишь, – восторженно прокричала Лена. – Кстати, а ты откуда?
Антон рассмеялся и сказал:
– Я даже затрудняюсь ответить. Родился в Нижнем, потом мы с родителями переезжали почти каждые два года. Отец военный. Везде пожили, на Дальнем Востоке, в Сибири, Забайкалье.
– А, ну теперь ясно, почему сюда не наведывался раньше. Я думала, у баб Зины нет никого, – выходя из воды, улыбнулась Лена.
– Ну, не только по этой причине, – ответил Антон, накрывая плечи Лены полотенцем. – Учёба не позволяла, поэтому до бабушки не получалось доехать. А пару месяцев назад отец попросил приехать сюда, помочь, приболела она, да и старенькая уже. Его с работы не отпускают. Вот приехал отдать долг старушке, заодно и отдохнуть.
– Понятно, – проговорила Лена, смотря на Антона через пламя костра.
Дни в деревне были однообразны. Просыпаясь от крика петуха и яркого солнечного зайчика, который каждое утро быстро бежал по подушке и будто нарочно останавливался на её левом глазе: «Пора, подруга, вставай» – здоровался лучик солнца и убегал по стене, до следующего утра. Лена сладко потягивалась в мягкой белоснежной постели, завтракала и шла помогать бабушке по хозяйству. Воды натаскает из колодца, грядки польет, прополет, кур накормит, яйца аккуратно
в корзину соберет и все утро, до обеда, не присев, юлой по двору носится.После обеда – с Яной купаться на речку. Девочки любили этот ежедневный ритуал. За пару часиков передышки от деревенских забот подруги успевали посплетничать, посмеяться, построить планы на вечер. Яна взахлёб, не умолкая, трещала про Коляна, своего ухажера:
– Лясь, ты представляешь, он вчера полез целоваться, я не успела глазом моргнуть, а его рука уже под подол тянется! Прикинь? Я как дала ему наотмашь по уху, а сама в дом! Вот сегодня возьму и буду с Толиком заигрывать, а то ишь, чё удумал! – хохотала Яна.
Лена слушала ее щебетание, а из головы не выходил Антон. Она видела его мельком. То ей некогда, то он уже усвистит куда-нибудь на своем драндулете. Антон не любил проводить свободное время с деревенскими. Держался особняком то ли в силу возраста – он был старше ребят, то ли интересы не совпадали.
Пару раз он даже снился Лене. Снилось, как будто прошло много-много лет и они на море. Плывут на яхте, Антон обнимает её, что-то говорит на ухо, а она смеется, подставляя лицо солнцу и морскому ветру. После таких снов Лена просыпалась счастливая, с испариной на висках, и только кукареканье петуха возвращало ее с небес на землю. Очень красочные были сны.
Вечером дедушка пригонял корову – вечерняя дойка, ужин и посиделки с ребятами у костра до позднего вечера. Иногда Лена ходила с дедом в лес по грибы, иногда – рыбачили. В общем, обычные деревенские будни, тем не менее весьма счастливые и радостные.
Сегодня у Лены был выходной от домашних дел: «Лясь, отдохни, я сама управлюсь, напашешься еще. Я в собес сегодня, на „автолавке“ доеду, в огороде дел нет. Вот дед пригонит скотину – подои, а может, к тому времени я ужо и вертаюсь», – дала напутствие бабушка и уковыляла.
Лена прибралась в доме и вышла на улицу в поисках «жертвы».
«Чем бы дитя не тешилось… о, Антон!»
Увидев копающегося в своем «Запорожце» соседа, Лена постучала по капоту:
– Классный автомобиль у тебя.
– Спасибо, отец подарил, – медленно выпрямился Антон и аккуратно заправил выпавшую прядь волос Лены за ухо.
Отчего её бросило в жар. Чтобы скрыть смущение, она хохотнула и перешла к противоположной стороне автомобиля.
– Ничего себе, какие подарки дарят! Видимо, отец тебя очень любит. В честь чего этот?
– В честь окончания военного училища. Я ждал, когда закончится учеба, как уголовники – освобождения.
– Почему? – удивилась Лена. – Это же так интересно, перспективы, и все такое…
– Ага, – ухмыльнулся Антон. – Питание по расписанию, подъем в шесть утра, зарядка на свежем воздухе – в любую погоду, потом обольют тебя ледяной водой вместо душа и отправят дежурить – кого на кухню, кого территорию драить, как тебе такая перспективка?
– Да уж… – поморщилась Лена. «Еще неизвестно, где „веселее“ – в казарме или с моими родаками», – подумала она.