Лев Равнины
Шрифт:
Как и предполагал Кир, их проверяли. И, оценив их силу, решили пустить в дело не только на арене. Следующим днем его вернули в камеру к остальным, вновь сковали в ногах и руках и вместе с другими рабами из разных областей выгнали во внешний двор дворца.
В этом году Фобос решил выстроить вторую стену, чтобы надежнее отделить дворец из-за постоянной угрозы покушений. Для этого необходимо было вырыть траншею, куда в последующем будет закладываться фундамент будущих стен. Варваров сразу же определили копать возле южной стены, вручив короткие лопаты, чутко держа их на прицеле луков и подгоняя хлыстом.
Рабы трудились до самого заката, но, когда солнце село за горизонт, охрана зажгла масляные фонари, давая понять, что работа не окончена, хотя несколько человек уже потеряли сознание
Регина всегда хорошо играла. Свое недомогание она, как могла, симулировала, так что в итоге лекарь был убежден, что принцессе нужны покой и отдых. Ночь девушка снова почти не спала, днем не покидала покоев. В обед Элеонор пришла проведать дочь, а к вечеру… к вечеру Регина переоделась прислугой и выскользнула в один из тайных коридоров дворца. Это была ее не первая попытка сбежать, но лишь сегодня она обладала настоящей решимостью. Она не желала быть рабыней и расходным товаром своего отца, она хотела увидеть мир, еще не подозревая, что это будет самая большая ошибка в ее жизни.
Регине повезло: она незамеченной проскользнула через служебный коридор. Мимо охраны она прошла так же легко. По ее подсчетам, Дора могла вот-вот обнаружить, что принцесса снова отсутствует в своих покоях, а значит времени почти нет. Сумерки были девушке на руку, и Регина выскочила из дворца вслед за слугой с кухни. Однако она не предполагала, что увидит такое…
Стройка, точнее подготовка к ней, оказалась непредвиденным обстоятельством для девушки. Принцесса попыталась обойти траншею, но слуга с кухни, кажется, заметил ее, и Регина отступила в сторону, надеясь скрыться в непонятной суматохе, что подняли рабы и стража. Заметив тонкий деревянный настил, она решила быстро перебежать на ту сторону и почти в то же мгновение едва не попала под кулак одного из рабов, который попросту не увидел ее в темноте, а еще через секунду ее толкнули. Принцесса испуганно выдохнула, теряя равновесие, ее стопа соскользнула по краю помоста, а затем под ногами оказалась пустота. Вскрикнув, Регина ухнула вниз и скатилась на самое дно рва, запутавшись в складках плаща служанки.
Ее руки и ноги увязли в глине и песке, а, стоило ей откинуть с лица плащ, она увидела, что ее окружило несколько мужчин с грубыми лицами, покрытых грязью и кровавыми росчерками бича. Пара мгновений ушло у них на то, чтобы понять, кто перед ними, а затем рабы, не касавшиеся живой женщины уже много лет, отталкивая друг друга, бросились на нее. Один из наиболее рослых навалился на нее, разрывая грязными руками ткань ее накидки и платья, обнажая грудь, и попытался коснуться ее лица губами, но его тут же оттащили, и его место занял второй, жадно потянувшись к подолу юбки, схватив девушку за лодыжку.
Фиолетовые, почти сиреневые волосы Регины тут же разметались, а глаза распахнулись от ужаса. Через секунду она снова вскрикнула, пытаясь отбиваться, но она совершенно не обладала силой, чтобы сопротивляться мужчинам, ее никогда не учили защищаться и сражаться.
– Нет! Нет, оставьте меня! – отчаянно вскрикнула принцесса, пытаясь прикрыть грудь руками в глупой попытке защитить остатки своей чести, когда на волоске висела ее жизнь. Стража была занята наведением порядка наверху, так что в общем гомоне ее крик потонул, так никем и не услышанный.
Мужчины устроили настоящую кровавую схватку за право овладеть женщиной. Еще один раб забрался на принцессу, сжимая рукой ее грудь, но внезапно хватка исчезла, а его самого что-то встряхнуло, заставляя отлететь в сторону и рухнуть на толпу других рабов. В свете факелов над Региной появилась высокая фигура, и через секунду девушка узнала варвара. Кир вблизи показался ей еще страшнее, особенно оттого, что все его лицо было в кровоподтеках, а светлые волосы слиплись от пота и грязи. Новый раб ее отца стоял рядом с ней, внимательно смотря на принцессу, но она видела во взгляде голубых глаз лишь равнодушие. Однако, стоило кому-то из рабов дернуться в сторону девушки, варвар предупреждающе
хрустнул костяшками пальцев, потирая кулак, и вокруг них тут же образовалось свободное пространство – стало ясно, с ним никто связываться не станет.Регина испуганно икнула и тут же закуталась в плащ, в ужасе глядя снизу на варвара широко распахнутыми сиреневыми глазами. Она хотела было отползти, но вдруг осознала, что только в тени воина была в безопасности, да еще и ноги запутались в плаще. А затем пришла ужасающая мысль, что этот мужчина просто решил опередить тех, остальных, что были вокруг.
– Нет… – шепнула принцесса, и только затем разглядела спасительное равнодушие воина. Она так и лежала, смотря на него, не в силах даже встать на ноги, когда над их головами раздался свист хлыста и окрик:
– Грязные свиньи! Немедленно разошлись в сторону! – наверху уже стояла дворцовая стража, между ними маячила верная Дора, служанка Элеонор, с ужасом осознавая, что могло случиться с дочерью Фобоса.
– Вытащите принцессу из этой канавы! Немедленно!
Кир, между тем, поднял руку, лишь защитив глаза от удара бича, и он рассек ему кожу до крови, но выражение лица варвара не изменилось. Он медленно развернулся к Регине спиной, на которой тоже не было живого места. В этот момент принцесса поняла, что стража, несмотря на численное превосходство, не осмеливается больше нанести ему ударов. Этот варвар с первого дня внушал воинам Императора какой-то животный страх тем, что напоминал дикого зверя – секунду назад он мирно себе лежит, а в следующий миг перегрызает тебе горло.
Когда Кир отошел на пашу шагов от девушки, в траншею тут же разом спрыгнуло несколько воинов, плотнее закутав принцессу в плащ и помогая ей подняться наверх. Остальные принялись разгонять рабов, надевая на них кандалы. Было ясно, что работы сегодня уже продолжить не удастся. Раза что-то тихо спросил у Кира, но тот только пожал плечами, из чего можно было сделать вывод, что он и сам не знал, зачем спас девчонку, которой не хватило мозгов сидеть в своем красивом дворце.
Регина не сопротивлялась, когда ее вытащили наверх, но ее взгляд то и дело возвращался к защитившему ее воину. Она не слышала ни единого слова Доры и оглядывалась на Кира до тех пор, пока не скрылась за воротами дворца, чтобы уже через полчаса, переодетая и умытая, предстать перед отцом, который впервые узнал, что его дочь едва не сбежала.
До сих пор принцессе и в голову не приходило, что мать молчит о попытках дочери, и сейчас, оказавшись под разгневанным, презрительным и жестоким взглядом отца, Регина невольно сжалась и опустила голову. Благо, рядом не было Тиррея, иначе она вообще не знала бы, чего ожидать.
– Отец… – начала было она, осеклась и тут же добавила. – Простите меня, повелитель…
– Неблагодарная… – Фобос хотел добавить что-то еще, но все-таки сдержался, постукивая пальцами по голове змеи, которая венчала подлокотник его трона. – Я потакаю всем твоим капризам, одеваю и трачу время на поиски тебе выгодной партии, а ты хотела мне все загубить?! Тебе еще повезло, что эти животные не растоптали тебя в той вонючей яме! Безмозглая девка… от тебя одно беспокойство… Еще раз такое выкинешь, прикажу выпороть тебя плетьми как следует! – мужчина раздраженно дернул подбородком, но к нему подошел слуга, что-то шепнув, и Фобос вдруг усмехнулся, а его взгляд стал чуть мягче. – Скажи, правда ли, что наш новый раб, что едва не продырявил Тиррея, защитил тебя?
Регина же чуть вздрогнула одними плечами и еще ниже опустила голову. Никогда еще отец не обращался с ней так. Не замечал, игнорировал, да, но его неудовольствие, тем более столь сильное, прямо в ее адрес, было ей в новинку.
– Да, отец… – тихо ответила принцесса, пряча подрагивающие пальцы в юбке, незаметно сжимая ее складки.
– Неожиданно… Или он так глуп, что не понял, кто перед ним, иначе бы первым тебя прикончил… или, напротив, он куда умнее, чем кажется, – неожиданно гнев отца утих, и он задумался о чем-то своем. – Иди, Регина… Через несколько дней мы ждем послов с востока, твоя мать занята приготовлениями к пиру. Было бы неплохо, если бы ты тоже сделала хоть что-то полезное… – знакомый жест рукой, и девушка поняла, что разговор окончен.