Чтение онлайн

У Алекса щемило в груди при виде его хороших o'nak, маленьких восьминогих механизмов. Впрочем, сердце подводило давно, и не стоило верить, что это из-за роботов. Идея провалилась, автоматические устройства никогда не защитят человека в условиях постядерного мира, пора понять и смириться. Понять помогли чёртовы испытания в болотах Ирландии, на исторической, мать её, родине. Смириться - неделя запоя и увлекательное чтение журналов по современной генетике. Здорово отвлекает.

Ещё где-то в неосознанном плескалась вера в то, что ядерная война неизбежна, выжить хотят все, и военная фракция Объединенного

Совета Европы вот-вот свяжется и предложит возобновить сотрудничество.

Но связался Сорхе, старший брат. Правда, из общих родственников у них только двоюродная бабушка, но в иерархии Семьи эта гадина была выше него. Впрочем, так ему и надо.

Неосознанное размахивало флагом и указывало на Сорхе.

– - Драгоценная Семья отказалась от меня семьдесят лет назад, оставив с титановым коленом. Получить травму, видите ли, недостойно.

Сорхе молчал и улыбался. Шире и шире. Глаза рядом с этой улыбкой оставались шальными и немного злыми. Алекс спустил ногу на пол, встал, немного шатаясь. Его вело от спиртного и хотелось злиться.

– - Обожаемый брат мой, полвека при средней продолжительности жизни в три - это немного, но грёбаных полвека от Семьи не было ни письма, ни звонка. И двадцать лет назад появляешься ты, просишь поставить боевые импланты, приносишь их документацию, потом улетаешь воевать на восток. Ха-ха. Спасибо за документы, мне пригодилось. Потом кто-то из наших же сливает информацию по генетическим разработкам. Спасибо, вы пристально следили за моей докторской! И потом вы защитили все, обозначенное в работе, патентами, верно? Ведь и правда, интеллектуальная собственность члена Семьи может быть востребована любым другим членом Семьи...

Прихрамывая, Алекс подошёл к Сорхе и опёрся на стену рядом с его плечом. Их лица разделяло не больше двадцати сантиметров.

– - Обожаемый брат мой, -- Сорхе не морщился от этих слов, но его зрачки меняли размер, -- зачем я сдался Семье сейчас, после провала с военными? Поверили наконец, что смертны, а наш мир почти перешагнул порог ядерной войны? А с чего вы взяли, что я вернусь?

Мужчина не двигался, только смотрел Алексу в глаза. Александр отвёл взгляд, тут же споткнулся об обнажённое тело, поспешно уставился в стену.

– - Обожаемый брат мой, -- хмель из интонации исчез. В голосе осталась обречённость, -- если Семье Фиай что-то от меня надо, пусть идёт нахер.

В люксе одной из дорогих дублинских гостиниц стояла душная и пьянящая тишина. Александр взял ещё одну бутылку из мини-бара, вернулся к кровати, сел сам и уложил больную ногу. У кого-то от бурной юности остаются дети, а у него - титановый манипулятор робота в колене, отчасти в бедре и куском в большеберцовой кости. И исправить это можно только отращивая новую ногу целиком, а без поддержки Семьи сделать это невозможно. Да и с поддержкой... нормальных регенераторов ещё нет.

Мысли свернули на проторенную дорожку увечья. Алекс поморщился и глотнул виски. Надо или починить это, или отрезать и сделать нормальный протез. Или смириться.

Сорхе подошёл к кучке своего костюма с другой стороны кровати. Чёртов военный, даже нормальную одежду не носит, только новомодные комбинезончики. Впрочем, сегодня Алекс узнал, что высокотехнологичные сьюты и трико носят на голое тело. Было немного смешно.

Слева

маячила задница брата. Потом в Алекса прилетела упаковка детоксиканта.

– - Если хочешь нормально заниматься делом, братик, -- последнее слово Сорхе практически промурлыкал, -- выпей это. Поговорим, когда сможешь нормально думать.

Александр решил обидеться, уж думать-то он умел в любой ситуации. Но уважение к старшему члену Семьи такая забавная штука... Алекс проглотил таблетку, запил из бутылки, которую до сих пор держал.

Сорхе вытянулся рядом на кровати.

Экран на стене замерцал, там появились документы о генном конструировании. Алекс заинтересовался: сформировать защитника для человечества на базе человека, чтобы не мучаться с запасными частями и алгоритмами. Создать такое человеческое общество, которое сможет защитить другое общество от радиации.

Дальше пошли кадры ядерных испытаний. Это неинтересно, Александр уже успел изучить, как выглядит земля после них.

Последним кадром расчётливо были выведены досье его институтских друзей.

– - Мой обожаемый брат, это... это замечательно!

Сорхе опять смотрел на него с той же самой улыбкой.

– - Но я только что провалил прошлый проект, и на этот никакой военный совет не даст денег. Ну не Семья же, в конце концов.

– - Именно Семья, братик. Мы даём тебе фонды и военную поддержку -- ты реализовываешь этот проект. И, пожалуйста, успешно. Вещи в моем чемодане, одевайся и мы летим на презентацию.

Алекс заткнулся и пошёл к чемодану. Сначала, конечно, в душ, потом завтракать... или это был обед? Но тем не менее сборы затянулись не более, чем на два часа.

Чемодан собирался модником. Но модником, который, как минимум, читал досье Александра. Ему достались рубашка, жилет, пиджак, платок и килт. Даже про коленный бандаж не забыли. И положили трость.

Учёный немного удивлённо посмотрел на себя в зеркало. Поправил платок. Повесил трость на локоть. Растянул губы в улыбке. Ещё бы почитать тезисы - и можно идти защищать проект.

Подошёл Сорхе. Брат был одет в белоснежный саронг, рубаху и тюрбан.

– - Хорошо выглядишь, обожаемый брат.

Сорхе сжал челюсти и положил руку на плечо Александра.

В самолете Алекс успел набросать тезисы. В зал совета Объединенной Европы он вошёл самоуверенно и гордо. За его спиной была Семья и, самую малость, вера в успех этого проекта.

– - Я хочу представить вам, дамы и господа, проект "Защитник", проект, важный для всего вида Homo Sapiens Sapiens...

После выступления и предварительных договоренностей братья разъехались. О том, что Сорхе уже два дня был главой Семьи, Александр узнал только следующим утром.

* * *

– - Алекс! Александер! Что вы видели?

Старый рашад чувствовал себя ещё более обречённым и больным, чем обычно.

– - Я видел, как Александр Фиай, наш Господин Пустыни, трахался со своим братом. И не сказать бы, что хочу увидеть ещё раз. Так что, Дара, не надо больше тестировать препараты...

Закончить фразу Алексу не удалось, его наконец догнали давно ожидаемые последствия: тошнота, рвота, озноб. Через шесть часов, глубокой ночью, во время Тёмной Госпожи, Алекс почувствовал, что вот-вот скоро увидится со своими богами.