Крестоносцы
Шрифт:
Все это включено в позиции самой жизни и почему-то исключено именно для нас.
Это и есть предлог к тому самому пришествию, и оно же должно состояться в одночасье для всех...
ПРОДОЛЖЕНИЕ…
Луиза последовала его примеру, и лошади снова понесли их дальше по дороге, все ближе и ближе к дому ее мужа.
Спустя две недели, разменяв еще одну границу, словно какую монету, они уже подъезжали к цели своего путешествия.
С
Возможно, и была в этом какая-то особая загадка, но пока она оставалась просто как тесное совпадение событий.
И возможно, именно это и послужило их дальнейшему успеху в освоении каких-то вполне достигаемых результатов, от которых и зависела вся дальнейшая судьба обоих.
Всадники приблизились к графству. Где-то еще далеко, на самом взгорье стоял замок, одиноко царящий над окружающим.
– Это ваш дом?
– спросил Михаэл, всматриваясь вдаль и указывая в ту сторону рукой.
– Да, - вздохнула графиня и добавила, - что ждет меня там?
– Все будет в порядке, - словно выстрелил ей в ответ Михаэл и поехал вперед.
– Хорошо бы, чтобы ваши слова дошли до бога, - почему-то вырвалось у Луизы.
– Дойдут, - уверенно произнес Михаэл, - самое главное, вы сейчас возьмите себя в руки, и что бы ни произошло - верьте тому, что я сказал. Держитесь крепче в седле, - и он поддержал ее взглядом.
– Спасибо, - ответила графиня, и они продолжили свой путь.
И только уже перед самым въездом, Михаэл неожиданно сказал:
– Не ждите чести и радости встреч. Соберите всю вашу волю в себе, обопритесь на свою душу и вы победите.
– Хорошо, - твердо ответила юная графиня, и они въехали в ворота территории замка.
ИСЦЕЛЕНИЕ ДУШ. ЗАМОК
Замок предстал перед ними весь в каком-то серо-мрачном виде. Вокруг было так же пустынно и тихо, как и в дороге.
Но вот, дверь с шумом и скрипом распахнулась, и на пороге показалась какая-то старуха.
Она посмотрела на въезжающих и что-то залепетала на своем языке, а затем всплеснула руками и исчезла.
– Кто это?
– спросил Михаэл, слезая с лошади и предлагая руку графине.
– Это старуха де Тарвиль. Она тетка моего мужа. Давно живет здесь вместе со всеми. Что-то прислуги не видно. Куда же все подевались?
– Очевидно, что-то случилось, - сказал юноша, указывая ей на пустые заколонные корзины, в которых обычно произрастали цветы, - и прислуга покинула замок.
– Странно все это. Я ведь уезжала - дом был полон ими.
– Сейчас узнаем, - сказал Михаэл, отводя лошадей к положенному им месту.
Они вошли в замок, оставив дверь такой же незапертой.
Никто не встречал и не радовал своими голосами.
Мрачная напряженная тишина окружала их и, казалось, давила сверху.
Наконец, где-то в темном углу послышался сухой кашель, а затем какая-то фигура отделилась от стены и вышла на более освещенное место.
–
Это вы, мадам де Тарвиль?– спросила графиня у той же женщины, - Что здесь случилось? Почему нет никого?
– Почему же, нет, - отвечала надменно старуха, изображая из себя великосветскую даму, - я здесь и сестра моя. Племянницы также. А прислуга вся разбежалась после вашего уезда. Так что, мы сами справляемся.
– Почему же?
– спрашивала Луиза, не понимая происходящего.
– Святая церковь наложила запрет до вашего возвращения и описала все имущество, включая само собой и деньги, нам всем принадлежащие.
– Отчего же?
– продолжала спрашивать молодая графиня.
– Отчего, да почему, - разъярилась почему-то старуха, - лучше бы сказали, где вы были столько времени. Мы думали, что вы вообще больше не вернетесь. И кто это с вами? Ваш новый ухажер?
– и она впилась глазами Михаэлю в лицо.
Луиза сразу вся покраснела и раздраженно ответила:
– Мадам де Тарвиль, вам никто не давал право оскорблять меня. И не ваше дело, где я столько была и кто это со мной. А если уж так хотите знать, то это мой духовник, - выпалила она напоследок.
Старуха опешила. Она явно не ожидала такого резкого отпора в свою сторону. Очевидно, все привыкли к мягкости характера Луизы, и теперь такое поведение вообще казалось странным.
– Извините, извините, графиня, - сразу изменила она свой тон и принялась любезничать, - но вы поймите и нас. Мы ведь беспокоились о вас, все время думали и молились, чтобы беда не стряслась какая.
– Да, уж это я знаю, - ответила немного с сарказмом юная графиня, - вы уж точно молились за меня.
– Да, да, - заверяла еще больше старуха, - ой, как молились, - и тут же осеклась, почувствовав на себе взгляд Михаэля.
– Так, что желает святая церковь?
– продолжала спрашивать Луиза, - и чем вызвана эта мера предосторожности?
– О-о, ну вы же знаете, милая графиня.., - скосила немного глаза в сторону Михаэля мадам де Тарвиль, всем видом показывая, что речь идет о весьма деликатном деле.
– Говорите, говорите, - прямо сказала Луиза, - мой духовник знает это и готов поддержать меня, а также отстоять положенное мне по закону.
– Да, да, - ответила старуха, тревожно посматривая в сторону юноши, - теперь, мне становится понятным ваше длительное отсутствие, - довольно язвительно добавила она.
Луиза тут же вспылила и выпалила:
– Послушайте, мадам де Тарвиль. Еще что-то в этом роде, и я больше не потерплю ваше присутствие здесь. Надеюсь, это вам понятно?
– Да, да, - испуганно залепетала старуха, - это я так, по старой привычке ...
– Забудьте все свои дурные привычки, - решительно ответила ей молодая дама, - и то же передайте всем остальным. А сейчас, я хочу отдохнуть с дороги. Завтра же займусь всеми делами. Расположите на ночлег и моего духовника. Он по праву заслужил это, так как сопровождал меня во всем пути. Алчные слуги разбежались по дороге.
– А где карета?
– спросила неожиданно старуха, упорно пяля на нее глаза.
– Утопла в реке, когда мост переезжали, - ответила ей Луиза, - к счастью, мы все остались живы.