Крещендо
Шрифт:
— Мне ничего не известно о его мотивах, — ответил бармен.
— Мой младший сын болен чумой, — молвил мужчина в капюшоне голосом, полным отчаяния. — Врачи считают, что он не выживет. Я нужен своей семье. Мой сын нуждается во мне.
— Выпейте, — быстро сказал бармен и пододвинул рюмку во второй раз.
Мужчина в капюшоне резко развернулся и направился к задней двери.
Я последовала за ним, шлепая босиком по холодной грязи. Дождь продолжал лить как из ведра, и мне пришлось идти очень аккуратно, чтобы не поскользнуться.
Я остановилась на границе с лесом, не решаясь пойти дальше. Запустив руку в мокрые волосы, пыталась вглядеться в темноту.
Впереди я заметила какое-то движение, и вдруг увидела, что мужчина в капюшоне бежит обратно в мою сторону. Он споткнулся и упал. Его плащ зацепился за ветки, и мужчина судорожно пытался развязать его и снять с шеи. Он издал крик, полный ужаса. Широко разведя руки, он задрожал всем телом и начал дергаться в конвульсиях.
Я бросилась к нему. Ветки царапали мне руки, а острые камни, словно ножи, впивались в мои ноги. Опустившись около него на колени, я увидела, что капюшон наполовину отрыл его лицо, на котором сейчас застыла гримаса ужаса.
— Перевернитесь! — приказала я ему, пытаясь освободить его от плаща.
Но он меня не слышал. Сейчас сон принял знакомые очертания. Как и в любом кошмаре, которые снились мне прежде, чем отчаяннее я пыталась что-нибудь сделать, тем сложнее мне было достичь желаемого.
Я схватила его за плечи и встряхнула. — Перевернитесь! Я могу вытащить вас отсюда, но вы должны мне помочь.
— Я — Барнабаш Андервуд, — пробормотал он. — Ты знаешь, как дойти до таверны? Славная девушка, — сказал он и пошевелил рукой, словно похлопал кого-то по воображаемой щеке.
Я замерла. Он совершенно точно не мог меня видеть. Перед его глазами сейчас был образ другой девушки. По крайней мере, должен быть. Как он мог видеть меня, но не мог слышать?
— Беги обратно и попроси бармена послать за помощью, — продолжил он. — Скажи ему, что это не человек, а один из дьявольских ангелов, который пришел, чтобы получить мое тело и уничтожить мою душу. Попроси его послать за священником, святой водой и розами.
Волосы у меня на руках встали дыбом при упоминании о дьявольских ангелах.
Он повернулся в сторону леса и вдруг напрягся.
— Ангел, — в панике прошептал он. — Ангел близко!
Его рот исказился, мужчина выглядел так, словно пытался сохранить контроль над своим телом. Он сильно прогнул спину, из-за чего капюшон окончательно открыл его лицо.
Я по-прежнему держала его плащ, но рефлекторно стала ослабевать хватку. Я уставилась на мужчину со вздохом удивления, который, правда, я удержала в горле, и он не успел вырваться наружу. Это был вовсе не Барнабаш Андервуд, а Хэнк Миллар. Папа Марси.
Я разомкнула веки и проснулась.
Солнечные лучи освещали мою комнату. Оконное стекло было разбито, и легкий ветерок ласкающим дуновением прошелся по моей коже. Сердце по-прежнему билось вдвое быстрее обычного из-за недавнего кошмара.
Я сделала глубокий вздох, пытаясь убедить себя, что все это было лишь сном.
По правде говоря, сейчас, когда я совершенно точно находилась в своем реальном мире, меня больше беспокоил тот факт, почему мне приснился именно отец Марси, а не кто-то другой. Чтобы поскорее забыть этот сон, я решила больше не думать о нем.Достав телефон из-под подушки, я проверила, есть ли сообщения. Патч не звонил.
Накрыв голову подушкой, я пыталась игнорировать нарастающее внутри чувство пустоты.
Как много часов прошло с тех пор, как Патч ушел от меня?
Двенадцать.
Сколько еще пройдет, прежде, чем я увижу его снова?
Не знаю.
Это очень беспокоило меня. Чем больше времени проходило, тем сильнее я ощущала ледяную стену, вырастающую между нами.
— Главное — выдержать сегодняшний день, — сказала я сама себе, пытаясь проглотить ком в горле.
Странная дистанция между нами не сможет быть вечной. И ничего не решится само собой, если я просто так проваляюсь целый день в постели. Я снова увижусь с Патчем. Возможно, он даже заглянет ко мне после школы. Либо я могу позвонить ему.
Я пыталась занять себя этими мыслями, чтобы не думать про архангелов. И про ад. И про то, что ужасно боялась за Патча, и себя, боялась того, что мы столкнулись с проблемой, для решения которой у нас недостаточно сил.
Я вылезла из кровати и заметила на зеркале в ванной желтый стиккер.
"Хорошие новости: Я убедила Линн не посылать Скотта за тобой этим утром.
Плохие новости: Линн настаивает на поездке по городу.
Не думаю, что отказ сработает в этот раз. Постарайся управиться побыстрее. Как можно быстрее. Я оставила его номер на кухонном столе.
Целую, обнимаю. Мама.
P.S. Я позвоню тебе вечером из отеля".
Я застонала и опустила голову на кухонный стол. Мне и десяти минут не хотелось провести в обществе Скотта, не говоря уже о нескольких часах.
Сорок минут спустя, приняв душ и одевшись, я съела миску овсянки с клубникой. В дверь постучали и, открыв ее, я увидела улыбающуюся Ви.
— Готова к очередному веселому деньку в летней школе? — спросила она.
Я схватила рюкзак из шкафа для пальто. — Пусть этот день поскорее закончится.
— Эй. Кто испортил тебе настроение?
— Скотт Парнелл.
"Патч".
— Как я вижу, по истечении времени проблема не исчезла?
— Я должна буду после школы показать ему город.
— Один на один с парнем? Что в этом плохого?
— Ты бы видела, что было здесь вчера вечером. Ужин был очень странным. Мама Скотта начала рассказывать о его темном прошлом, но он резко оборвал ее. Более того, мне показалось, что он угрожал ей. Затем он извинился и отправился в ванную, но на самом деле остался в холле подслушивать наш разговор. А после он забрался в мысли своей матери. Кажется…