Чтение онлайн

Стражник покачал головой.

– Если бы она там и была, Леди, её бы уже давно нашли.

– Лазарь, а вы не подумали, что мне необходимо это знать? Зачем держать это от меня в тайне?

– Будет вам, Леди. Как мог кто-нибудь из нас рассказать вам о чём-то таком, если даже ваши приёмные родители держали это в тайне от вас всю вашу жизнь? Можете мне и не верить. По-моему, вам лучше самой во всём разобраться.

– Мне нужно понять эту систему, эту жеребьёвку. Кто был тот человек вчера на лужайке, который отвечал за отправку?

– Арлен Торн, - ответил Булава, поморщившись.
– Смотритель Переписи.

–

Перепись же подразумевает лишь подсчёт численности населения.

– Только не в этом королевстве, Леди. Перепись - это мощное оружие в руках вашего правительства. Она регулирует все вопросы, связанные с отправкой, начиная от жеребьёвки и кончая транспортировкой.

– Каким образом этот Арлен Торн заслужил свою должность?

– Он невероятно умён, Леди. Однажды он даже меня почти перехитрил.

– Ну-ну, вас-то вряд ли перехитришь.

Булава открыл было рот, чтобы возразить, но затем увидел лицо Келси в зеркале.

– Забавно, Ваше Величество.

– Разве вы никогда не ошибаетесь?

– Люди, допускающие ошибки, редко выживают после них, Леди.

Она отвернулась от зеркала.

– Как, чёрт возьми, вы стали таким, Лазарь?

– Не путайте наши отношения, Леди. Я служу вам, но не обязан исповедоваться вам.

Келси опустила взгляд: Булава дал ей понять, что она зашла слишком далеко. На одну секунду девушка забыла, кто он: ощущение было такое, словно она говорила с Барти.

Стражник достал нагрудник от доспехов Пэна, но она покачала головой.

– Нет.

– Леди, он вам необходим.

– Только не сегодня, Лазарь. Это плохой знак.

– Ваш труп тоже вряд ли будет хорошим знаком.

– Разве Пэну не нужны обратно его доспехи?

– У него есть запасные.

– Я не надену это.

Булава посмотрел на неё с каменным выражением лица.

– Вы уже не малое дитя. Не ведите себя как ребёнок.

– А то что?

– А то я приведу сюда ещё несколько стражников, чтобы они вас подержали, и против вашей воли надену на вас этот доспех. Вы этого хотите?

Келси знала, что он прав. Она не понимала, почему до сих пор спорит. Она вела себя как ребёнок: у неё возникали подобные конфликты с Карлин по поводу уборки своей комнаты в коттедже.

– Я не люблю, когда мне постоянно приказывают. Никогда не любила.

– И не говорите.
– Булава с неумолимым выражением лица ещё раз тряхнул доспех.
– Вытяните руки.

Келси, скривившись, подчинилась.

– Мне надо обзавестись своими собственными доспехами и поскорее. Глупо же я буду выглядеть как королева, если от этого нагрудника у меня станет мужская фигура.

Стражник усмехнулся.

– Вы будете не первой королевой этой страны, которую принимают за короля.

– Во мне от природы не так много женственности, и я бы хотела её сохранить.

– Чуть позже, Леди, я представлю вас Веннеру и Феллу, вашим оружейным мастерам. Женские доспехи – заказ, конечно, необычный, но уверен, они справятся. Они своё дело знают. До тех пор вы будете надевать доспехи Пэна всякий раз, когда мы будем выходить за пределы Королевского Крыла.

– Потрясающе.
– Келси с трудом смогла вздохнуть после того, как он затянул ремень её доспеха.
– Он даже не прикрывает мне спину.

– Я прикрою вашу спину.

– Сколько человек находится в Королевском Крыле?

–

В общей сложности, Леди, двадцать четыре: тринадцать стражников Королевы, три женщины и семеро их детей. И, конечно, вы собственной персоной.

– Да пошло бы оно всё в пень дырявый, – пробормотала она.

Келси услышала эту фразу за игрой в покер у Ловкача, и она идеально подходила для её настроения, хотя девушка не была уверена, что использовала её к месту.

– Насколько может увеличиться число наших людей?

– Довольно значительно, - ответил Булава. – Семьи трёх стражников сейчас находятся в тайном убежище. Как только мы расселимся, я скажу им, чтобы приводили обратно свою родню.

Келси отвернулась и снова остановила взгляд на книжных шкафах своей матери. Они раздражали её всё больше и больше с каждой секундой. Книжные шкафы не должны быть пустыми.

– В городе есть библиотека?

– Что есть?

– Библиотека. Публичная библиотека.

Булава посмотрел на неё недоверчивым взглядом.

– С книгами?

– С книгами.

– Леди, - медленно сказал он спокойным терпеливым голосом, каким обычно разговаривают с маленькими детьми, - в этом королевстве не было работающего печатного станка с времён эры Прибытия.

– Знаю, - резко ответила Келси.
– Я не это спрашивала. Я спросила, есть ли здесь библиотека.

– В наше время сложно найти книги, Леди. В лучшем случае, их хранят как антиквариат. У кого может быть достаточно книг, чтобы назвать это библиотекой?

– У нобилей. Наверняка, кто-нибудь из них сохранил несколько книг.

Булава пожал плечами.

– Никогда не слышал о таком. Но даже если у них и есть книги, то они явно не позволят никому читать их.

– Почему?

– Леди, если вы попробуете убрать из сада дворянина даже самый живучий сорняк, он уже закричит, что вы нарушили его территорию. Уверен, большинство из них не читает свои книги, но в то же время они никому их не отдадут.

– Можно ли купить книги на чёрном рынке?

– Можно было бы, Леди, если бы они были в цене. Но книги не перевозят контрабандой. Чёрный рынок служит человеческим порокам. На тирском рынке продают дорогое оружие из Мортмина, наложниц, редких животных, наркотики…

Келси не были интересны товары чёрного рынка: в каждом обществе они были одни и те же. Пока Булава продолжал говорить, она мрачно смотрела на пустые книжные шкафы, думая о библиотеке Карлин: три длинных стены с полками, заставленными томами в кожаных переплётах, из которых слева располагалась научная и документальная литература, а справа – художественная.

Через переднее окно в библиотеку всегда проникали солнечные лучи, освещавшие её до полудня, и по воскресенье Келси любила свернуться клубочком под этими лучами и почитать что-нибудь. Однажды на Рождество, когда ей было восемь или девять, она спустилась по лестнице и нашла подарок от Барти: большое встроенное в пол кресло как раз на том месте, куда падали солнечные лучи, с глубокими подушками сиденья и надписью «Место Келси», вырезанной на левом подлокотнике. Счастливое воспоминание о том, как она прыгала в это кресло, было настолько сильным, что девушка почти почувствовала доносившийся с кухни запах пекущегося хлеба с корицей и услышала щебетание скворцов вокруг коттеджа, погружённых в свою обычную утреннюю суету.