Чтение онлайн

— Кира, ты в порядке? Может, уйдём? Днём вернёмся, когда всё понятнее и виднее. Здесь если и было что, так уже закончилось. Никто не дышит, причём давно.

Кира едва не разрыдалась от внезапно нахлынувших чувств. То, неведомое, со дна, более не звало, поняв отчётливо, что поздно, как будто услышало слова мага воздуха и однозначно отнесло их к себе. Оно соглашалось ждать. Ночь обороняла себя от вторжения.

Помимо прочего Кира испытывала огромную благодарность к Диме. Не за поддержку, нет, тут она легко справилась бы сама. За то, что не воспользовался случаем протянуть свои ручонки, обнять под предлогом утешения и приняться лапать, в надежде получить свой ломоть. До чего довели женщин, если мужчина, который

ведёт себя как человек, а не как самец в период случки, уже вызывает симпатию.

— Ты прав! Вернёмся утром. Помочь мы ничем не поможем, а разбираться лучше при свете дня.

Дима кивнул. Не выпуская её руки подобрал веточку и прочертил на песке стрелку, даже расстояние прикинул, так показалось со стороны. Потом они пробирались сквозь невнятные сумерки обратно, карабкались по крутому откосу, выслушивали комментарии собственному легкомыслию от рассерженной, замёрзшей Матильды.

Наверху Дима сразу разжал пальцы, отодвинулся, занимая привычную позицию третьего лишнего в слаженном дуэте подруг. Матильда накинулась на Киру, оглядела, даже потрясла за плечи, попыталась выспросить, что «они делали вдвоём в темноте так долго», но ничего не добилась.

— Всё завтра. Устали, замёрзли. Горячий чай и по постелям.

На всякий случай тут же, на мосту, Кира записала телефон нового знакомого и дала ему свой номер. Разошлись они с Димой почти сразу: ему было направо, через обширный двор, а им прямо. И теперь, когда уют пусть временного, но уже обжитого жилища оказался так близок, Кира решила не обдумывать всё случившееся прямо сейчас, а отложить оценку событий на трезвое, практичное утро. Почувствовала себя мимолётно героиней романа, но это можно было пережить.

В школу Кира не пошла. Не только потому, что не успела продумать все возможные линии поведения и реакцию на них Жеранского. Хотела прежде разобраться с ночным происшествием. Да и Дима позвонил довольно рано. Матильда убежала на работу, а Кира пила чай и пыталась сжевать что-то — ввести в организм калории. Дима извинился, поинтересовался робко, не разбудил ли девушек, а убедившись, что с этим всё в порядке, принялся, воодушевляясь всё больше, излагать предпринятые им шаги.

С утра он позвонил в полицейский участок, честно представился, назвал свой невеликий статус и изложил возникшие подозрения. Объяснил, что чёткими доказательствами не обладает. Судя по интонациям, парень всего лишь хотел снять тяжесть с души, не рассчитывал, что на странное заявление всерьёз отреагируют, но его выслушали, всё записали и попросили присутствовать на берегу пруда для уточнения места событий.

— Обо мне говорил? — перебила поток излияний Кира.

— Нет! — Дима, вроде бы даже обиделся. — Как я могу отвечать за другого? Только за себя, но я хочу, чтобы ты тоже пришла.

— Для моральной поддержки? — съязвила Кира.

— В том числе, — ответил Дима.

Сердиться на него было невозможно, да, в общем, и не за что. Совсем начинающий, а повёл себя молодцом, в отличии от неё, куда более опытной ведьмы. Кира заглотила остатки чая и бутерброда, влезла в джинсы, берцы и кенгуруху. На улице бодро веял ветерок, от ночного тумана следа не осталось, детишки бежали в школу (настоящую, а не волшебную) находившуюся тут же рядом — через два дома, взрослые, большей частью, уже разошлись на работу.

Кира добралась до пруда за несколько минут. Пока там не происходило ничего особенного. Диму она разглядела не сразу, он сидел в тени на бревне, изображавшем местную скамейку. Оглянулся, только когда она подошла почти вплотную.

— Ничего не слышишь?

Кира покачала головой. Вокруг было шумное бодрое утро, и даже вчерашняя забота с Жеранским сегодня казалась почти решаемой. Если он её обвинит, она ответит тем же самым. Преподаватели будут обозлены, своего, конечно,

не тронут, но и её вряд ли. Выведут низкие выходные оценки, назначат другого руководителя для строптивой выпускницы и выставят её через месяц в глухую провинцию. Последнего Кира вообще не боялась: не в столицах росла и не в хоромах — ничего нового не увидит.

Вчерашний крик в голове не звучал, там-то как раз было тихо.

— Надеюсь, нам не влетит за ложный вызов, — сказала Кира усаживаясь рядом.

— Ну, я полагаю, лучше не молчать. Всплывёт утопленник, а тут детишки купаются. Пруд в черте города, следить за ним надо.

Кира оглядела поверхность воды, покрытую лёгкой рябью. Насколько она знала, особых глубин тут не водилось. Утонуть в этой луже мог разве что совсем беспомощный человек, а утопиться — изрядный экстремал.

— Что выяснится, то выяснится. Место ведь ты заметил?

Дима кивнул:

— Да, оставил знак. Не только на песке. Тот воздух давно ушёл, но память о нём осталась.

Киру не тянуло вдаваться в тонкости чужого ремесла, она лишь кивнула.

Полиция прибыла буквально через считанные минуты. Двое парней без мундиров быстро развернули на берегу надувную лодку, пока один качал ногой лягуху, другой вытащил снаряжение. Дима, оставив Киру, подошёл к тому из приехавших, кто выглядел главным. Разговора со своего места Кира не слышала, но события развивались мирно. Лодку спустили на воду, она легко и бесшумно скользила по глади пруда. Событие предстояло любопытное, так что понемногу начали собираться, зрители, обменивались репликами, следя за лодкой и внимательно смотревшими вниз мужчинами. Дима говорил им что-то, изредка взмахивая рукой — выводил на место.

Кира тоже хотела знать, основательны были ночные страхи или ей прислышалось от нервов, но почему-то куда большее внимание, чем основные герои дня, привлекал мужчина в хорошем костюме, нервно бродивший по берегу. Не потому, что был высок, красив и, как обычно говорят, представителен. В его дёрганых движениях чудилась беда. И смерть.

Не в силах противиться странному влечению Кира поднялась с жёсткого бревна, обогнув пруд, подошла ближе к полицейским машинам и оставшимся на берегу людям. Мужчина как раз, завершив очередную нервную пробежку по утоптанной траве, вернулся к старшему офицеру, заговорил, жестикулируя не в такт:

— Я же не знал! Она всегда была нервная и со странностями, но я любил её и не замечал чудачеств, не придавал им значения. Ну сказала, что пойдёт и утопится, так я не поверил: у нас ведь и негде, можно сказать.

Он нервно улыбнулся, словно нелепая шутка могла что-то изменить, исправить. Как видно, историю свою излагал уже в стопятьсотый раз, всем с ней надоел, потому что полицейские отозвались лишь сухими кивками и набором не менее чёрствых дежурных фраз.

Теперь Кира поняла, почему органы правопорядка так быстро отреагировали на невнятное заявление недоучившегося мага. Брошенные Димой семена попали на уже взрыхлённую почву. Не иначе представительный мужчина, поссорившись вечером с женой, с утра, когда она так и не вернулась к семейному очагу, принялся обзванивать сначала знакомых, потом участки и морги. Угроза утопиться и ощущения начинающего, но всё же волшебника сошлись в одной точке. Кира опять подумала, до какой же степени отчаяния надо было дойти, чтобы броситься в это несерьёзное мелководье. Она внимательно, хотя и искоса, посмотрела на убитого горем мужа, стараясь не демонстрировать свой интерес. Ореол смерти плотно обволакивал привлекательного самца, провоцировал омерзение и страх. Люди ничего не видели, но Кира почти окончила курс, умела замечать такие вещи, вот только до сего дня не способна была отличить родную тень от наведенной — не хватало силёнок. Теперь они, неведомо откуда, взялись. Она отчётливо понимала, что мужчина был здоров как бык. Мёртвая аура к нему прилепилась чужая.