Коммандер
Шрифт:
Однако. Пока мы с Литцем изливали друг другу душу и пили, у этих двоих созрели грандиозные замыслы. Но суть их пока непонятна.
– Простите, советник. Но, с кем там торговать, в ваших предгорьях? Перевал закрыт Гиблым местом, значит, в южные королевства не попасть. А с кем торговать в предгорьях – с орками?
Руппенкох выразительно поглядел на Хозицера.
– С гномами, Энно. С гномами!
– веско произнес тот, впервые вступив в разговор. – Черные горы заняты кланами цвергов, самых выгодных партнеров во всем мире!
Я молча переводил взгляд с одного собеседника на другого.
– Никогда не думал о такой возможности, – наконец произнес я осторожно. – Это очень далеко от нашей миссии. И, мне казалось, что это … запрещено?
Советник потер руки и криво улыбнулся. Хозицер бросил на него быстрый взгляд, как будто говоря – «ну вот видишь?»
– Конечно, запрещено. Вы не замечали, что самые лучшие вещи в мире находятся под запретом? Однако во всех землях то и дело появляются то слитки серебра с печатью горного клана, то часовые механизмы, то натяжители арбалетов нелюдской работы. А бывает, и мифрил, и адаманитум!
– Я слышал, конечно, что у дроу можно купить очень редкие и качественные вещи…
– Гм, вы думаете, это все делают дроу? Они ничего не умеют, кроме луков и ядов, уверяю вас. Нет, наши темнолицые друзья с кисточками на ушах всего лишь перекупщики. И товары гномов все равно попадают к людям, просто – через третьи руки и втридорога.
– Мне, признаться, все равно, где эти дроу берут разные штуки - у меня все равно никогда не было столько денег, чтобы их покупать. Гораздо важнее, что на это скажет инквизиция!
– Ну, инквизиция- это вы, не так ли?
– Не совсем. Точнее, совсем нет. Мы не сможет сохранить в тайне такое дело. У нас обозники – сервы из монастыря. Если кто-то из них начнет болтать – а это неизбежно – нас всех возьмут в колодки. Так что, вся торговля завершится после первого кабака. Что там полагается за торговлю с гномами – полная конфискация имущества, кажется?
– Ага. А еще покаяние и удаление правой руки посредством топора, – сообщил проснувшийся Литц. Он сел на кровати, взял кувшин с водой и яростно начал пить.
– Все можно уладить. Кхорн не настолько страшен, как его рисуют. Позвольте мне взять это на себя, – сообщил Руппенкох, недовольно косясь на Литца.
– Хотелось бы знать пути решения этой проблемы, как вы их видите. Вопрос слишком серьезен. Я не могу рассчитывать только на ваши заверения.
«А я и так тут хожу под угрозой костра» – добавил я мысленно.
– Вас это, может быть, удивит, но – никто ничего не узнает.
– Как это?
– Мы дойдем до предгорий. Встанем лагерем. Ночью мы, вы и несколько доверенных стражников, которых я возьму из числа своих людей, отправимся на встречу с гномами. Совершим сделку. Ночью же вернемся в лагерь. Все.
– То есть гномов никто не увидит?
– Цвергов. У нас их зовут «цверги». Никто, кроме моих людей. Не беспокойтесь, их услуги, в том числе – молчание, мы оплатим сами. Единственная проблема, которая у нас будет – это орки.
– Кстати, об орках. Как мы попрем товары через их земли?
– На возах, разумеется. Ваши четыре, и мои шесть, с прекрасными тягловыми лошадьми. Пойдут, как по маслу!
–
Но там нет дорог…– Старая дорога, полагаю, еще не заросла.
– Но орки там и будут нас ждать. Без возов мы можем пройти быстро и незаметно!
– Незаметно?
– Хозицер, немного повеселевший, подкрутил седые усы. – Не попасться на глаза оркам – это, я вам скажу, тот еще трюк! Нет, герр коммандер Андерклинг, вошли в их земли - готовьтесь к бою! И в бою вам повозки ох как пригодятся!
– Гм. Это зачем!
– Мы делали так, – Рихтер ладонями изобразил что-то вроде коробки, – при нападении ставили возы в круг, и заполняли промежутки щитами. Получается передвижная крепость – и это очень хорошо работает против орков. Мы отбивались против вдвое больших сил!
Литц скептически фыркнул.
– Ну, тут я могу полагаться на ваш опыт, герр Хозицер. Но что покупают эти самые «цверги»? Там один клан?
Посетители оживились – разговор пошел в желательном им русле.
– Два клана жили в предгорьях, один западнее перевала, другой – восточнее. Лучше иметь дело с западными. Как их называли – «Молотобойцы», кажется…
– Да, а других – «Черные камни». Очень тяжелые в общении существа, даже для цвергов. Иметь с ними дело решительно невозможно! С «Молотобойцами», конечно, тоже непросто, но у нас получалось….
– А живы ли они? Может, орки всех вырезали. Или эти цверги просто ушли куда-нибудь!
Рихтер покачал головой. Руппенкох надменно усмехнулся.
– Простите, Энно, – мне ведь позволено вас так называть, на правах собутыльника?
– Конечно, только не при подчиненных.
– Разумеется. Так вот, Энно, по вашему вопросу сразу видно, что вы не имеете никакого представления о том, что такое – «цверги»!
– Конечно, не имею. Я законопослушный сын нашей церкви!
– Вы посмотрите на него, Рихтер, – Руппенкох картинно обернулся к спутнику – и ведь ни один мускул не дрогнул! Говорить такое с серьезным лицом – это надобно уметь!
– Давай ближе к делу, Ханс, – ответил ему Хозицер, нервно покусывая седой ус.
– Так вот, цверги. Это такие твари, которых так просто не выведешь. Каждый клан считает «свои горы» священным владением, отданным им богами для добывания всяких руд и минералов, на процветание гномьего племени. И они ни за что не уйдут оттуда! А орки, несмотря на всю их мощь, в горах не соперники гномам. Их подземные лабиринты полны ловушек, в которых погибнет целая армия. А главное - шахты! У них там нарыты проходы на десятки миль, разведаны жилы, налажена и добыча, и выплавка! Как это бросить? Это не вилланы, которые могут уйти на сто миль и там также копаться в земле, как и на родине! Шахту с собой не заберешь.
Так что нет, нет и нет – кланы никуда не ушли. И они помнят про наши торговые дела – живут они долго, и ничего не забывают!
– Ладно. Допустим. Но как продать то, что мы от них привезем?
– Как продать золото? Да нет ничего проще!
– А они что покупают?
– Да, самые разные товары. Охотно берут плотные, теплые ткани, меха, хорошо выделанные и окрашенные кожи. Любят доброе, крепкое вино. Щедро платят за специи, особенно – имбирь и перец. Больше всего они ценят качество.