Чтение онлайн

Пошел в ванную. Встал под душ и впервые за несколько месяцев запел. Устал от бесчисленных своих слов и стал петь чужие, которые были и моими тоже. Я пел «Надежду». Причем не просто песню «Надежда», а песню «Надежда» в исполнении Анны Герман. Это странно звучит, но я и правда представлял, что я – Анна Герман, поющая с большой сцены песню «Надежда», позади хор, внизу оркестр, передо мной полный зал.

Надо только выучиться ждатьНадо быть спокойным и упрямым,Чтоб порой от жизни получатьРадости скупые телеграммы.

Я пел вразнобой строки разных песен, по нескольку раз повторяя понравившиеся куплеты, пока не услышал

звонок в дверь. Друзья пришли чуть раньше обещанного, я встретил их, обмотавшись полотенцем, и попросил проходить в комнату. Вытерся, глянул в зеркало – оттуда улыбалась миловидная рожица, хитро подмигивающая. Погрозил ей пальцем и вышел из ванной.

Мы пили светлое пиво, хрустели моими любимыми чипсами со вкусом сметаны и лука, рассказывали анекдоты и бросались подушками. Саша приезжала, чтобы отдать портфолио в модельное агентство. Агента она нашла в Интернете, на поверку это оказался обыкновенный сетевой придурок, с дурацкими шутками. Он был настолько самоуверен, что даже пришел на встречу с ней. Она не сразу заметила подвох, чуть не поддалась на уговоры съездить к нему домой, когда все поняла демонстративно достала из кармана телефон и позвонила по первому же номеру в телефонной книжке. Первым в списке, отсортированном по алфавиту, был Богдан. Она приехала к нему и сразу же завалилась спать – нервное напряжение и долгая дорога победили даже энергичную и жизнерадостную Сашку. Сейчас она сидела напротив меня на ковре и морщила нос, услышав какую-нибудь пошлую шутку от Богдана.

– Как твои дела с книгой? – по выражению Диминого лица было видно, что спрашивает он не для проформы, а с серьезным интересом.

– Эээ… Потихоньку. Кажется, почти определился, для кого и о ком писать.

– И?

– Для будущих поколений о настоящем.

– Хммм… Так говоришь… По-моему, не очень-то оригинально. Это… – Дима не закончил мысль, потому что его перебила Саша:

– Что за книга? Почему я о ней не знаю?

Саша манерно надула губки, но тут же хихикнула:

– А обо мне там будет?

– Будет. Вот только имена слегка всем изменю. Ты, например, будешь Евгенией. Согласна?

– Женя… Неплохо… Жжж… Женечка… Евжени… Гламурненько. Пойдет.

Богдан подошел к книжной полке, постоял немного, как будто обдумывая что-то важное, и сказал:

– Так. Я вас ненадолго покидаю. В туалет схожу.

Мы остались втроем. Дима подмигнул Саше и повернулся ко мне:

– Надо писать, а он писать пошел. Ты, не тяни резину, начинай. Прямо сейчас. Напиши нам текст какой-нибудь.

– О чем?

– О чем? – переспросил Дима, – напиши вот о будущем. О своем будущем, лет эдак через пять. О таком будущем, которого ты не хочешь и… Хочешь одновременно.

– Хочу и не хочу? Это как?

– Ну, ты же, говоришь, писатель. Мне-то откуда знать? Так? Я вот тебе задание даю, а ты изволь выполнить.

– И чтобы обязательно о любви было, пусть даже несчастливой, – Саша положила подбородок Диме на плечо.

– Значит, о будущем, которого не хочу, при этом добавить оптимизма с примесью любви и глубоких внутренних переживаний автора? Хорошо. Вы пока разговаривайте, а я выйду в соседнюю комнату.

– На компьютере будешь набирать?

– Ну, да. Сразу же и распечатаю.

– Давай. Только не очень долго.

Я забрал с собой бутылку пива, встал и перешел в другую комнату, краем глаза успел заметить, что Саша целуется с Димой. Но на мое желание написать что-нибудь это никак не повлияло. Включил компьютер. Пока загружалась система, прислушивался к себе – попытаюсь подключиться к Интернету, проверить, не писала ли она что-нибудь на форуме. Решил не давать никаких обещаний. Как только это стало возможным, зашел в сеть. Знакомый форум. Она написала что-то. Пробежал глазами. Уже не смирение и боль в ее словах, не отчаяние, всего лишь грусть… Все осталось в прошлом, и Тане грустно. Просит у кого-нибудь совета и доброго слова. От кого-то в общем, а не от меня конкретно. И все же она сделала шаг. Вперед, назад или в сторону – я не мог сосредоточиться над этим вопросом. Мне необходимо было подпрыгнуть и написать. И я написал. Коротенький текст, на две странички, потом вернулся в комнату. Три моих друга все

так же весело пили пиво. Протянул им листочек. Когда они дочитали, то некоторое время молчали, затем Дима открыл рот, пытаясь что-то сказать, но в прихожей прозвенел звонок.

– Сейчас я вас познакомлю с одним человеком, – я пошел открывать дверь. На ковре остались два скрепленных степлером листочка, с заголовком «Не отвлекайтесь».

Кто-то назовет это шестым чувством. А может, интуицией. Или даром видеть в темноте.

На самом деле, у меня просто хорошая зрительная память, я уже однажды был в этом месте и сейчас, по лоскуткам собирая обрывки ночных кошмаров, брел во мраке. Вряд ли она меня ждет, тем сильнее будет радость.

А почему я так уверен в ее радости? Почему? Ни я ее, ни она меня, ни разу не видели… Единственная… Один из миллионов… Откуда такое оптимистичное предчувствие?

У меня в левом ботинки камушки. Сжимаю и разжимаю пальцы, пытаясь избавиться от неприятных уколов вдоль всей ступни. Придется все-таки сделать остановку. Вспоминаю, что через две комнаты, в конце длинного коридора стоит стул. Там и отдохну минутку. На чем я остановился? Ах, да…

Приду к ней, увижу ее и победю… нет, побежу… победу? Еще эти камушки… Одержу победу, вот. Главное прийти первым. Ведь когда-то я смог это сделать. Вернее моя первополовина. Нас тоже было миллион. Я, такой маленький, с хвостиком, уже делал это. Все мужчины на Земле это сделали. Выиграли свой забег-заплыв-залет… Да, залет – самое подходящее слово. Во всех смыслах. Странно, что девушка говорит «я залетела». Залетел-то как раз Он. В нее…

Вот и стул. Вытряхиваю все из обоих ботинок. Высмаркиваюсь. Всю дорогу шел с закрытыми глазами, а перед тем как высморкаться, открыл их, как будто был шанс увидеть, не испорчу ли ненароком какой-нибудь гобелен… так было уже. Давно. С другом в Петродворце. Я все заставлял его восхищаться фонтанами, а его тянуло на пиво. Я разозлился и плюнул. Длинное зеленоватое пятно на старинной скамейке…

Еще три этажа. Если ее не будет, придется заходить в следующий подъезд… но я же видел, как в него вошли трое. Могу и не успеть. Но здесь подниматься все выше нет смысла…

Разговоры с самим собой от скуки. Что может быть скучнее…

– Я зайду и скажу ей: ты ждала меня, дорогая?

– И что она мне ответит? Дорогой, ждала всю жизнь?

– А почему бы и нет?

– Дурак, сотни раз убеждался, что все, о чем мечтаешь, пытаешься предугадать – не случается. Представляй несчастливую концовку.

– Я приду, а она не одна.

– Вот… Уже лучше…

Я чуть не пропустил, будучи отвлеченным беседой с самим собой, что… В воздухе запахло духами… Здесь была или есть женщина. Я добрался до тридцать пятого этажа. Тридцать пять. Не слишком ли высоко? Но назад уже не спуститься, можно лишь спрыгнуть и зайти в следующую парадную. Сколько всего в доме этажей, я не знал. Видел только, что лестница не заканчивается следующим пролетом. Тридцать пять… Ступенька в год. Без лифта (чтобы случайно не пропустить нужный этаж). Неужели я нашел…???

Духами пахла шелковая перчатка. Нашел ее под ковром. Наверное, подбросил кто-нибудь из конкурентов, пытаясь подтолкнуть меня к отчаянию. Больше в комнате ничего не было. Разве что портрет на стене. Поводил пальцами по холсту, пытаясь воспроизвести рисунок. Цветов на ощупь не различить, живопись превращается в барельеф. Хммм… знакомая картина. Сколько раз видел уже ее в своей жизни.

Надменный взгляд. Плотно сжатые губы. Шляпка.

Нету. Этаж пуст. Присел в уголке. Разулся и бросил в рот горсть жареных семечек. Разжевал вместе со скорлупой. Так же, вместе со скорлупой, и выплюнул. Тридцать пятый этаж пуст. А может, я плохо искал на семнадцатом? Ведь я тогда еще был неопытным. Не заглядывал в стиральные и посудомоечные машины. Сейчас я уже внимательно изучаю любой ящик, любую вазу, по страницам перелистываю редкие книги. А на двадцать шестом? Помню, в одной из комнат на столе лежала плоская коробочка модема. Внутри ничего не было, одни проводки и микросхемы, но от него шел провод в окно. Почему я не посмотрел, куда он ведет? Сотни «почему».