Клич Айсмарка
Шрифт:
— Итак, ваше высочество, могу ли я предположить, что вы подготовили выполненное задание по арифметике? — спросил Маггиор Тот.
Фиррина молча и надменно вручила ему стопку листов. Ну как этот коротышка умудряется заставить ее чувствовать себя виноватой, даже если она сделала домашнее задание? Да она могла убить его множеством способов один другого страшнее, причем сделала бы это быстрее, чем он успеет поправить свои странные стекла на кончике носа! И все равно она чувствовала себя виноватой.
Ее наставник недовольно восклицал что-то вполголоса, разбирая кривые и пляшущие строчки.
— Что ж, ответ-то верный, но вот как вы пришли к такому заключению, остается для меня
— Если число правильное, то какая разница? — с досадой спросила Фиррина.
— Разница есть, потому что тогда я бы поверил, что вы выполнили вычисления, а не просто догадались, каким должен быть результат.
Принцесса считала, что в арифметике главное как раз результат, но не стала ничего говорить.
— А теперь скажите мне, что означают сии каракули? — спросил наставник, ткнув пальцем в пестрящую кляксами писанину.
Фиррина пожала плечами. Маггиор Тот мысленно прикинул, как далеко он может зайти, прежде чем девчонка взорвется и спустит на него собак. Решив, что ей просто не терпится поскорее покинуть мир знаний и провести остаток дня с дружинниками своего отца, учитель с достоинством отступил:
— Ладно, будем считать, что вы получили ответ в уме, логически поразмыслив, верно?
Девочка снова пожала плечами, и наставник отошел к своему столу. За окном цвел сад. По правде сказать, когда Маггиор Тот только прибыл учить принцессу, этот сад глубоко поразил его. Весьма неожиданно было обнаружить прекрасный уединенный уголок в самом сердце мрачной крепости Фростмарриса. Сейчас на розовых кустах красовались восхитительные цветы, в каждой аккуратно постриженной зеленой изгороди алело определенное количество ярких бутонов. Но даже ухоженные растения уже начинали увядать, и листья изящных и хрупких деревцев и кустов окрасились багрянцем. Учителя вдруг кольнуло в сердце осознание того, что тяжелая айсмаркская зима совсем не за горами…
— В оставшееся время займемся географией, — сообщил Маггиор принцессе. — Сосредоточимся на Южном континенте… — (Фиррина застонала), — в частности, на военном флоте и том, какую роль он сыграл в победе над корсарами и зефирами в Срединноморском сражении.
Ученица просветлела, и Маггиор Тот попытался убедить себя, что вовсе не так уж далеко отходит от канонов преподавания. Хотя на самом деле он с каждым днем уходил от них все дальше. Едва ли не на всяком уроке, чтобы хоть как-то удержать внимание ученицы, приходилось рассказывать о военных действиях. Он утешал себя лишь тем, что однажды Фиррина станет королевой Айсмарка и тоже поведет войска в бой. Неудивительно, что королевская дочь такая воинственная и не проявляет ни малейшего интереса к мирным знаниям. Хорошо еще, если к концу обучения она будет способна написать осмысленное предложение, самостоятельно читать письма и обсуждать расходы с квартирмейстером. А пока наставнику оставалось лишь стремиться вознести ученицу к вершинам научной мысли и надеяться, что его усилия помогут ей вскарабкаться хотя бы на малую горушку познания.
Маггиор изобразил на доске позиции враждующих флотилий, и Фиррина радостно перерисовала их в свою тетрадь. Но внимание учителя снова привлек сад за окном и признаки неотвратимо приближающейся зимы. Если бы только он мог уехать до того, как задуют пронзительные ветры и нагрянут снежные бури, пока всепроникающий мороз не разрисовал каждое окно ледяными листьями папоротника! На родине Тота, на южном берегу Срединного моря, зимой лишь иногда накрапывал дождик и дни стояли едва ли прохладнее весенних. Там вина были сладкие и зрелые, там люди пели глубокими голосами прекрасные песни, и эти дивные напевы убаюкивали Маггиора, даруя спокойствие духа, которое он уже растерял
здесь, в этом суровом северном краю…— Уважаемый Маггиор Тот! — ворвался в его мысли голос Фиррины. — Что это вы там размечтались? — И она улыбнулась так тепло, что наставник не мог не улыбнуться в ответ.
Когда Фиррина забывала корчить из себя высокородную принцессу, она становилась удивительно обаятельна. Но последнее время это случалось лишь изредка, и Тот уже начинал беспокоиться, что у нее на уме. Он подозревал кое-что, но не был до конца уверен. Да и как спросишь в лоб наследницу престола, не боится ли она, что ей придется взять в руки бразды правления прежде, чем она будет к этому готова? И не боится ли она, что ее отец умрет раньше, чем она успеет набраться жизненного опыта? Редрот — сильный человек, очень сильный, но в истории Айсмарка было немало страшных поворотов, и Маггиор из своих книг знал, что из восьми королей только два умерли в своей постели и только один правил больше двадцати лет — сам Редрот!
Тоту было почти жаль Фиррину, даже когда она бывала совершенно несносной. Хоть он и учит ее всему, что должна знать и уметь будущая королева, ей приходится нести тяжелую ношу другого знания: что, скорее всего, ей суждено будет взойти на престол Айсмарка еще до своего шестнадцатилетия. Особенно когда соседи на севере — Призрачные земли, а на юге — гигантская империя Полипонт, с ее верховным полководцем по имени Сципион Беллорум. В столь юном возрасте нелегко править даже маленьким государством, а Айсмарк со всех сторон окружают только смертельные враги, да еще с востока и запада омывает безжалостное море с его корсарами и пиратами.
Остаток дня Тот больше не бранил ученицу, позволив ей немного расслабиться и отдохнуть перед уроками верховой езды и владения оружием. Хотя уроки военного ремесла, похоже, давались ей легко: она всегда убегала из классной комнаты с таким счастливым видом, что магистру впору было обидеться. Принцессу ничуть не пугала ни команда выстроить стену из щитов с дружинниками своего отца, ни задание объездить строптивого жеребца. Маггиор Тот вздохнул: он бы уже давно вернулся к себе на родину, если бы не видел, что Фиррина все-таки способная ученица. Только ее острый ум вряд ли когда-нибудь будет размышлять над загадками Вселенной с целью открыть некое новое знание или прежде неизвестную теорему, до которой еще никто не додумался…
Раздался настойчивый стук в дверь, и учитель вскрикнул от неожиданности, когда в комнату ввалился бородатый дружинник.
— У меня приказ отвести принцессу на плац! — рявкнул он.
Маггиор свирепо уставился на вояку. Разве обязательно кричать? И зачем всюду таскать с собой щит и копье?
— Боюсь, принцесса Фиррина еще не закончила свое задание, — ответил учитель, решив показать, что придворный наставник не последний человек во дворце и тоже заслуживает уважения.
— Да я закончила! Ну, почти. Я возьму остальное на дом, ладно?
Девочка так рвалась на плац, что Маггиор лишь вздохнул и смягчился.
— Хорошо. Но постарайтесь сделать аккуратнее, чем в прошлый раз.
— Обещаю, — ответила Фиррина и бросилась к двери. Потом вдруг вернулась и порывисто чмокнула наставника в лысину. — Спасибо, Магги! — крикнула она, убегая в коридор.
Солдаты шли на север уже почти целый месяц, а военные дороги Полипонтийской империи были настолько хороши, что позволили покрыть за это время больше тысячи двухсот километров. Меньше шести недель тому назад полк Белые Пантеры Астерии сражался на юге. После триумфального завершения кампании им дали отдохнуть всего неделю, а потом поступил приказ выдвигаться на север.