Чтение онлайн

Чужая жизнь. Чужая женщина, которую он видел второй раз в жизни. Обычная операция, ничем не отличающаяся от десятков и сотен других. Привычные, банальные стратегия и тактика. Откуда только это ощущение, что задето что-то глубоко личное? То, что намного глубже профессионального самолюбия или служебного долга. Когда и каким образом объект разработки перешел в категорию врагов? Как будто на этот раз, в Изварино, неуловимый противник перешел невидимую черту, за которой начинались личные интересы начальника особого отдела.

И эта черта стала точкой невозврата для них обоих.

Полина лежала, уставившись в потолок. После визита начальника спецотдела прошло два дня. Девушку никто не тревожил. Лишь по утрам ее осматривал врач, и трижды в день приносили еду. Аппетита у Полины не было совершенно, но от еды она решила не отказываться: лучше она поест сама, чем придет этот, из КГБ, и заставит силой. У девушки по спине пробежал холодок. Испытывать пределы терпения чекиста ей не хотелось. Хотя и кормили здесь намного лучше, чем в обычной больнице, Полина механически забрасывала в себя пищу, не ощущая вкуса. Надо. Для мести нужны силы. А чтобы они были, нужно есть.

Слез не было. Внутри расползлась гулкая пустота, словно в ветхом, заброшенном деревенском доме. Не осталось даже мыслей. Лишь на краю сознания болезненно пульсировало одно слово — “месть”. Сил едва хватало на то, чтобы по стеночке дойти до туалета или умывальника, скрипя зубами от боли. Даже сон не шел — вместо нормального, полноценного сна девушка проваливалась в зыбкую, удушливую дремоту, сквозь которую доносился шум шагов из коридора, глухие голоса и шелест дождя за окном. На третий день Полина уже всерьез подумывала самой попросить, чтобы ей вкололи снотворное. Максимальную дозу.

Стройная брюнетка с необычными фиолетовыми глазами, одетая в полевую форму без знаков различия, возникла в палате словно ниоткуда. Полина вздрогнула от неожиданности и вжалась в спинку кровати, вцепившись в одеяло.

— Не боись, солдат ребенка не обидит, — гостья, по-кошачьи прищурившись, изучала Полину внимательным взглядом. — Хреново выглядишь. И как тебя такую везти?

— Куда везти? — прошептала Полина.

— В надежное место. Приказ полковника Ивашина.

— Это того, самого главного? Андрея Аристарховича, кажется…

— Его самого, — кивнула брюнетка. — Собирайся. Хотя, что тебе собирать? Кстати, я Химера.

— Я Полина. А как вас зовут?

— Меня не зовут, сама прихожу. И там, куда прихожу, становится жарко, — хмыкнула Химера. — Можешь звать Химерой, Восьмой или Леной, мне все под цвет глаз.

— Что? — не поняла Полина.

— В смысле, фиолетово, — улыбнулась брюнетка, сдувая упавшую на глаза челку. — Проклятие, обросла, как баран нестриженный, Второй увидит — два наряда вне очереди пропишет, к провидцам и аналитикам не ходи! А Полкан вообще оторвет к демонам. Вместе с головой.

— Полкан — это полковник Ивашин, что ли?

— Он самый.

Полина вздрогнула и невольно оглянулась. Полковник Ивашин производил неизгладимое впечатление. Девушке показалось, что он даже на расстоянии услышал, как она его назвала, и даром ей это с рук не сойдет.

— Извини, — Химера виновато присела на кровать рядом с Полиной. — Не бойся его, он нормальный мужик. Правильный. За дисциплину, конечно, три шкуры спустит, но зря не лютует. А тебя он лично взял под защиту.

— Это как? — еще сильнее побледнела Полина. — Что это значит? Почему “лично”?

— Ты это… успокойся. Какой бы ни была причина такого решения главы, это очень

хорошо для тебя! Даже не помню, когда в последний раз кто-то из Высших брал под крылышко служебное недоразумение, обычно программы защиты свидетелей за глаза хватает. Но если сам Полкан взялся, ты в надежных руках.

Из всего сказанного Полина услышала лишь то, что ее ситуация вышла далеко за рамки программы защиты свидетелей. И личное участие в ее судьбе главы особого отдела не обрадовало, а только еще сильнее напугало девушку. Неизвестность порой страшит куда сильнее реальных, но знакомых опасностей. Полина стала белее стенки в палате.

— Все будет хорошо, — Химера впервые не знала, что сказать. Лишь молча сжала ледяные руки измученной девушки, словно пытаясь передать ей частичку тепла и уверенности. Уверенности, которой у нее самой не было.

Со двора донесся сигнал автомобиля. На руке Химеры зашипел браслет со встроенной рацией, заиграв разноцвеными огоньками.

— Восьмая, тебя там что, Седому сдали для опытов? Чего застряла?

— Не дождешься, оборотень в погонах, — небрежно бросила Химера, поднеся браслет к губам, растянувшимся в улыбке. — Лучше бы машину прогрел, чем трепаться. Полкан не любит болтливые шкуры в каминном зале.

— Ждать тебя с розами он тоже не будет, так что пошевеливайся, — прошипела в ответ рация и отключилась.

— Золото, а не напарник, — фыркнула Химера. — Растяжку бы ему поставить, так дисциплинарное наложат, кукуй потом на гауптвахте и драй сортиры… нет, оно того не стоит. Вставай и пошли, пока эта блохастая морда уазик греет. Иначе пожалеем.

— Почему? — осторожно спросила Полина, медленно поднимаясь с помощью Химеры.

— Будем всю дорогу слушать бурчание и нытье обиженного оборотня. Честно, лучше в засаду попасть или выговор получить.

— Оборотня?! — ахнула Полина. Химера сосредоточенно кивнула, практически на себе волоча Полину к выходу из палаты.

На улице было зябко. Дождь, безостановочно стучавший в стекла почти двое суток, иссяк, превратившись в легкую морось. Серый бетонный колодец здания военной базы с квадратиком свинцового неба над головой, пара чахлых, уже облетевших кустиков и несколько ярких пятен — кленовых листьев, случайно занесенных ветром на закрытую территорию — все дышало осенью, незаметно подобравшейся на мягких лапах, словно рыжая кошка. В лицо Полине ударил порыв по-осеннему холодного ветра, принесшего запах мокрого асфальта. Девушка плотнее запахнула фланелевый больничный халат и прижалась к Химере. У этой женщины, мечтательно рассуждавшей о растяжках и способах “взорвать унылые будни” напарника, были добрые глаза. Удивительно теплые для подрывника, если Полина правильно поняла ее специализацию. Химера удивительным образом вызывала доверие. И была единственной, кого Полина не боялась. Или боялась меньше, чем остальных.

Возле пыхтящего уазика курил обросший щетиной вооруженный мужчина, время от времени нетерпеливо поглядывая на часы. Заметив девушек, он выбросил окурок, окинул Полину изучающим взглядом, от которого ее пробрала дрожь, и молча запрыгнул в машину. Химера усадила Полину на заднее сиденье и бросила ей плащ-палатку.

— Как-то не до одеял у нас в последнее время. Но в машине тепло, не замерзнешь. А на месте разберемся.

— Куда вы меня везете? — настороженно спросила девушка.

— Куда приказано. Скоро сама увидишь, — бросил водитель, заводя мотор.