Клан зверя
Шрифт:
Лугару стаи недоуменно и опасливо переглянулись, с ожиданием взглянув на своего вожака. Аттил подумав, согласно кивнул, и кузнецы молча принялись загружать обозы выкованными прутьями и тяжелыми цепями. А тем временем, Ральф отдавал приказания своим воинам, отведя их в сторону, сурово шепча какие-то наставления.
— Что это всё значит? — тихо подала голос Мэг, не отходя от Войта.
— Сам понять не могу. … Это не похоже на нашего князя, — задумчиво покачал он головой. — Здесь пахнет суровой расплатой. И чем он спокойней, тем пытка будет изощренней.
— Лучше
Отправив всех своих воинов сопровождать обозы, Ральф остался совершенно один. Он обернулся к Аттилу, смерив вожака высокомерным взглядом:
— Пригласишь меня за свой стол?
Аттил учтиво кивнул в ответ, не спуская с князя подозрительных глаз.
— Видишь, Аттил, я доверился тебе и твоей стае, я не вооружен, и я надеюсь, ты ответишь мне своей преданностью и благоразумием. Скажи, глядя мне в глаза, если бы тебе предложили вступить в заговор против вашего князя, ты бы пошёл на предательство? — Ральф снова впился в него своим цепким волчьим взглядом.
И Аттил выдержал этот взгляд с достоинством:
— Каков бы ни был князь, я не участвую в грязных интригах. Я лугару, вожак свободной стаи и мне не хотелось бы терять своих людей в бесполезной войне. Это слова правды, а не лести.
— Что ж, ты убедил меня, Аттил. Тогда преломи со мной хлеб под одним кровом, — тон Ральфа был слишком спокойным и благожелательным, этим он ещё больше взволновал вожака стаи, заставляя напряженно гадать, чего же им всем ожидать от коварного молодого князя.
Он привел Ральфа в свою хижину, уважительно пропуская его впереди себя.
Мэг резко обернулась на звуки его шагов, испугано взглянув на Шер и Войта.
— Наш князь пожелал разделить с нами пищу! — провозгласил Аттил, многозначительно взглянув на жену, еле заметно поведя бровью.
Ральф хитро улыбнулся одними глазами, и остановив свой взгляд на Мэг, холодно предостерёг её:
— И не пытайтесь бежать, чтобы укрыться в лесу. Мой чародей выследит вас, где бы вы ни были. И тогда вас уже точно казнят по нашим нерушимым законам.
— А что, величайший из князей ещё точно не решил, что с нами сделать после сегодняшнего? — с сарказмом отозвался Войт, не по доброму взглянув ему в глаза.
— Слишком опасно выступать против меня с одной лишь дерзостью.
— Просто хочу понять, что ты задумал, князь, — смело ответил ему Войт.
Ральф ухмыльнулся, отвернувшись в сторону.
— И не пытайся, тебе этого не охватить! — надменно произнёс он.
— Я думаю, что вместо обозов вернется вдесятеро больше воинов! — не сдержавшись, горячо выкрикнул Войт.
— Подожди, и увидишь, — широко улыбнулся Ральф, в тоже время угрожающе обнажив клыки.
Шер выставила на стол простую еду в глубоких глиняных мисках, выложила на середину несколько лепешек и деревянные ложки.
— Не обессудьте, князь, чем богаты, — проговорила она, приглашая его к обеду.
Ральф с готовностью уселся за стол, подтянув к себе
миску. Следом за ним за стол сели Аттил, Шер и Войт.— Мэг тоже будет сидеть с нами за одним столом! — приготовился отстаивать девушку Войт.
Но Ральф только молча согласно кивнул, выбирая себе ложку. Такое поведение князя нагоняло настоящий ужас на хозяев дома, они совершенно не верили в его спокойствие и благожелательные намерения, подозревая во всем этом лишь уготованную им ловушку. Ральф молча хлебал похлёбку, сосредоточившись на её цвете и густоте. Остальным пища не лезла в горло. Болтая ложкой в своей миске, Войт то и дело, поглядывая на князя:
— Наверное, в Фархаде князь и не знал, что можно хлебать такие помои? — не выдержав, проговорил он.
Ральф поднял голову и снова загадочно ухмыльнулся:
— В последнее время я не гордый. Ты плохо отзываешься о стряпне своей матери. А есть я могу всё что угодно, даже сырое мясо, — произнося эти слова, Ральф взглянул на бледную Мэг, которая не могла даже смотреть на еду. — Нет аппетита? — язвительно поинтересовался он у неё.
Мэг отрицательно покачала головой, отводя взгляд. Ральф не спеша, взял со стола лепёшку, и, разломав её пополам, протянул одну половину Мэг.
— Ешь! — требовательно произнес он. — Если ты не хочешь обидеть гостя — ты должна есть. А раз ты сидишь за одним столом с князем, то тем более!
Мэг нехотя взяла протянутую лепешку и, откусив кусочек, стала медленно его жевать.
— Может тебе ещё молочка налить, чтобы глотать было легче? — не отрывая от неё пышущих негодованием глаз, раздраженно поинтересовался Ральф.
Войт захотел вмешаться, но заметив предостерегающий знак отца, промолчал, напряженно наблюдая за происходящей сценой. Еле проглотив первый кусок, Мэг положила лепешку на стол, и ни на кого не глядя, тихо произнесла:
— Спасибо, я не хочу есть. С вашего разрешения, я пойду.
— Э, нет! — воскликнул Ральф. — Чтобы я забыл нашу сегодняшнюю встречу и больше не держал на тебя зла, ты обязана всё это съесть. И пока ты этого не сделаешь — из-за стола никто не встанет! Я своими руками, ради примирения преломил хлеб, и если ты откажешь мне, значит, ты снова меня унизишь. А третьего раза я тебе уже не прощу!
— Можно подумать ты простил первых два, — процедил Войт.
Игнорируя его слова, Ральф обратился к Шер:
— Принеси ей кувшин молока, хозяйка!
— Но …, - запнулась Шер, — у меня, его нет.
— Ты что меня плохо расслышала?! — повысил голос князь. — Вы же сами потом будете виноваты в своих бедах!
— Принеси молока, Шер, — тихо скомандовал Аттил.
В душе, Мэг уже начала паниковать. Ей казалось, что этот кошмар никогда не кончится, и она снова что-нибудь выкинет, теряя рассудок.
В хижину, тяжелой не торопливой походкой вернулась Шер с кувшином молока, громко поставив его на стол. Ральф, злорадно улыбаясь, ухватил кувшин и протянул его вздрогнувшей Мэг:
— На, пей! — издевательским тоном, велел он.