Чтение онлайн

— Просто потрясающе, — Лорен опустила крышку своего ноутбука.

— …обвиняют хакерскую группу Анонимус, которая объявила о своём намерении наказать транспортные компании за прекращение поставок вакцины от гриппа в Китай. Представители Анонимус отрицают свою вину, сообщая, что ими была инициирована только DoS-атака…

— Так куда ты сегодня идёшь? — спросил я.

— …означает потерю сотен миллионов долларов прибыли в праздники, из-за чего экономическая ситуация зайдёт ещё глубже в кризис…

— Встречусь в центре с работодателями. Посмотрю, не получится ли поймать удачу за хвост.

Я

выдавил из себя улыбку, чтобы поддержать её.

— Замечательно, дорогая.

И как так произошло, что я начал лгать ей о своих чувствах?

Она начала отдаляться от меня после того, как вернулась из Бостона. Я старался не мешать ей, чтобы она справилась со своими трудностями, но мне казалось, что вместо этого я её теряю. Я вёл себя так, будто мне было всё равно, в то время как всё во мне хотело схватить её, встряхнуть и спросить: «Что, чёрт побери, с тобой творится?».

Вздохнув, она посмотрела в телевизор и снова перевела взгляд на меня. Я встретился с ней глазами, но тут же посмотрел в другую сторону, стараясь не навязываться. Лорен продолжала глядеть на меня, а затем наклонилась, чтобы поцеловать Люка, и прошептала ему что-то на ухо. Потом она быстро взяла со стола ноутбук и пошла к двери.

— Я вернусь сразу после обеда, — бросила она через плечо.

— До встречи, — тихо ответил я, но Лорен уже закрыла за собой дверь.

Она даже не поцеловала меня на прощание.

Я закончил разрезать персик и дал Люку нарезанные кусочки. Тот с озорной улыбкой схватил их и, бросив на пол благодарному Горби, завизжал от счастья. Один из кусочков отлетел в сторону и упал на отчет, который я пытался читать.

Я улыбнулся и убрал его с бумаги.

— Позавтракал? Не хочешь поиграть с Элларозой?

Взяв в руки салфетку, я вытер сыну лицо и аккуратно вынул его из детского кресла, чтобы опустить на пол. Пару секунд Люк стоял неуверенно, держась для опоры за барную стойку, а затем стремительно побежал к Элларозе, каждую секунду норовя упасть — пока что он овладел только таким способом передвижения. Добежав, он ухватился за край дивана и затормозил, словно новичок на льду.

Он опустил глаза на Элларозу, а затем с широкой улыбкой поднял на меня.

Сама же Эллароза еще не умела даже переворачиваться на живот. Ей было всего шесть месяцев, и она лежала на своём коврике, глядя на Люка широко раскрытыми глазами. Люк взвизгнул, плюхнулся на четвереньки и, решив переползти через неё, положил руку ей на лицо.

— Осторожно, Люк, будь с ней нежен, — предупредил его я.

Люк заглянул в глаза Элларозе, а затем с видом защитника сел рядом с ней и поднял взгляд на телевизор.

— Масштабы эпидемии птичьего гриппа в Китае ещё неизвестны, но Министерство иностранных дел США официально просит граждан воздержаться от посещения любых регионов Китая. Учитывая рост движения, направленного против Китая…

— Безумный мир, а? — спросил я Люка, наблюдая за тем, как он смотрит телевизор. Горби подошел и свернулся калачиком у него за спиной.

Вернувшись к своей работе, я продолжил чтение отчета о потенциальном рынке использования дополненной реальности в Интернете. Одна технологическая компания как раз прислала мне пару цифровых очков. Меня очень интересовала

эта технология, и я хотел принять участие в каком-нибудь стартапе, но Лорен считала это слишком рискованным.

Где-то спустя час чтения и подсчёта издержек, я заметил, что Люк совершенно затих. Он заснул, прислонившись к Горби.

Я зевнул.

Я бы тоже не отказался от того, чтобы подремать. Я тихо подошёл, взял Элларозу на руки и перенёс её в детский манеж около окна. Я поднял Люка, придержав его безвольно качнувшуюся головку, и вместе с ним лёг на диван, положив сына к себе на живот. Сон не заставил себя ждать.

Напоследок я услышал слова диктора CNN:

— Когда кибершпионаж становится кибератакой? С этим вопросом мы обратимся к нашему корреспонденту…

Я проснулся от оглушительного стука в дверь. Сон начал медленно отступать, и снова раздался тот же грохот.

— Вот как плюну, как дуну, и сду-ую твою дверь!

Люк обслюнявил всю мою футболку. Мышцы словно задеревенели. Сколько же я проспал?

Недовольно кряхтя, я всё же сел, бережно придерживая Люка.

Перехватив его другой рукой, я встал и побрёл к двери. Едва я открыл её, внутрь ввалился Чак с бумажными пакетах в обеих руках.

— Кто хочет обедать? — с энтузиазмом провозгласил он и направился с провизией к кухонной стойке.

Люк смотрел на Чака сонными глазами. Я отнёс его на диван и уложил спать, накрыв одеялом, а сам вернулся к Чаку. Он уже разложил всё, что принёс с собой, по тарелкам.

— Уже обед что ли? — спросил я у него, потирая глаза. — Что-то я отрубился.

Я потянулся и зевнул.

— Что тут у тебя?

— Фуа-гра [10] и картофель-фри, мой друг, — ответил Чак, улыбаясь. Он провёл в воздухе багетом, словно волшебной палочкой, — и креольские креветки с масляным соусом.

Неудивительно, что у меня появился лишний вес.

— Я уже чувствую, как у меня закупориваются артерии, — пошутил я.

Обойдя стол, я открыл ящик, достал оттуда две вилки и дал одну Чаку. Второй я набросился на картошку.

— Что, в ресторане в это время года нечего делать?

— Как раз в это время в ресторане и свободной минутки не найти, — засмеялся Чак и подцепил сочный кусочек фуа-гра, лежавший поверх картофеля. — Но здесь у меня дела поважнее.

— Забить подвал доверху запасами на случай конца света?

Он улыбнулся и засунул кусочек жирной печени в рот.

Я покачал головой.

— Ты на самом деле веришь, что мир обречён?

Чак рукой вытер губы от жира.

— А ты на самом деле веришь, что нет?

— Люди постоянно говорят о конце света, но его как не было, так и нет. Общество достигло невиданных прежде высот.

— Скажи об этом жителям острова Пасхи и индейцам Анасази.

— Они жили в изоляции.

— Ладно, а римляне? А мы на этой голубой песчинке не в изоляции, по-твоему, живём?