Катарсис
Шрифт:
– Ты сам в это веришь? Мы ему мятеж преподнесли на блюде, а он - сбежал. А выкупить? Этим он окажет Империи услугу. Воспользуется? Он - Крови Дракона? Не смеши. Ладно, слишком много мы посвятили времени этому недостойному моего внимания вопросу. Что с Ересью и почему ты явился внеурочно?
– Смотри сам.
Мышь вернулся к своей сброшенной накидке, достал магический шар Иллюзии, запустил. Никто не спросил, откуда у него Иллюзия. Мышь пригрел очень многих из разогнанного Ордена Хранителей. И расширил сеть осведомителей. Паук их очень сурово научил, что знания - основа выживания.
– Так, - сказал Император, когда закончилась иллюзия, - Паука унизили. Наконец-то! Кто-то дал им по сопатке! Это хорошо. А ещё лучше, если об этом узнают многие.
– Не первый, - буркнул Мышь.
Белохвост вздохнул. Первый был - Сокол. Император. Якобы, выживший из ума. А ослеплённый амбициями отец так хотел власти, что, не мешкая, принял помощь Церкви, а если совсем честно, перед самим собой, то - некоторых кругов Церковных Настоятелей и Первосвященников. Это потом, когда было поздно, Сокол открыл глаза Лебедю на то, что происходит в стране. Но, было поздно. Дом Лебедя - уже плотно закутан в сеть. Их руками - убрали Императора. А теперь они, считавшие себя такими умными - нанизаны на множество крюков ловчей сети Пауков. Они считали это своим главным просчётом. Единственным, но - смертельным.
Белохвост передёрнул всем телом и внимательно всмотрелся в лицо этого Красного полудемона Огня.
– Даже не думай, - осадил его Император, - этому человеку не помочь. Нам надо подумать, как не стать его палачами.
– Нам нужна война, - вздохнул Рулевой.
Все с удивление посмотрели на него. Самый большой противник любых конфликтов в Империи - объявляет войну. Рулевой не зря носил с детства прозвище Сердитый. Он не давал никогда и никому пощады. Но, как только Императорский Престол занял зад его друга Лебедя, Рулевой стал последовательным приверженцем мира. "Война - слишком дорогая игрушка", "Войну легко начать - не знаешь где и как она закончиться", "Война - для дураков" - всё это его слова. Вместо Имперских Полков действовали "мышки". Люди умирали на охоте, во сне, в собственных постелях. У несговорчивых умирали близкие, что сразу заставляло упрямых - задуматься. Конфликты можно было решить и без многотысячных армий. Война, когда Мир и так обезлюдел, когда нелюди, нежить, твари - заполонили Мир? Войны когда от них выигрывают только враги Человечества? Такими словами убеждал Лебедя Сердитый Рулевой. И вот он высказывается за войну.
– Война серьёзная, требующая напряжения всех сил, война долгая, но изначально - беспроигрышная. Хорошая война.
– Да где ж такую взять?
– Император раскачивался с пятки на носок, скрестив руки на груди, - С Тёмными связаться? Так и скажу им: Господа, а давайте повоюем лет пять, но никто побеждать не будет? Да им только дай повод нарушить перемирие - всё Тёмное Пограничье - сожрут.
– Нет, с Тёмными связываться нельзя. Это усилит приток людей в Ордена, - качал головой Мышь.
– То-то!
Белохвост не отрывал взгляда от Старой Карты.
– Шахта!
– сказал он, - Владения Дома Лося.
– Ну?
– Император обернулся к сыну, - так женись - твоя шахта будет.
– Нам нужна шахта и война. Без жены мне пока и так хорошо, - усмехнулся Белохвост.
Он уже был близок с предполагаемой женой из Дома Лося. И она ему - не понравилась. Юноша был даже слегка уязвлён - не он совратил девушку, а "девушка", что была старше его на десять лет, "совратила" его. Белохвост чувствовал себя изнасилованным и униженным. Кроме того - от неё воняло тухлой рыбой. Как раз оттуда, о чём снились юноше его будоражащие сны. Больше не сняться. До тошноты.
Император и его советника переглянулись.
– Настолько плохо?
– сочувственно спросил отец.
– Я не обсуждаю своих женщин, - отрезал Белохвост, - что мне позволено будет с ней сделать?
Советники недолго переглядывались.
– Всё, что унизит её отца и заставит его начать мятеж. Дом Лося - большой. Нам потребуется каждый воин и наёмник. И ты - сам возглавишь войско. Нам нужна
долгая война. Не кровавая, с долгими осадами. Ты как раз занялся осадами и воеводством. Только когда закончится война Западного Порубежья с Церковью, а я думаю, что полыхнёт - весь Запад, тогда ты сможешь победить Лося и поставить его на колени. Сын, ты точно этого хочешь? Ты - обретёшь дурную славу.– А ты думаешь, мне нужна добрая слава? Чтобы быстрее занять твоё место в Паутине? Нет.
Юноша вышел.
– Он надеется погибнуть в бою, - Император пристально посмотрел на своих друзей.
– И я его понимаю, - сказал Рулевой и отвернулся.
Старая Карта скаталась обратно в рулон.
Этой же ночью избитая и изнасилованная любимая дочь главы Старого Дома была вышвырнута из покоев Наследника. Обидные слова оскорблений звучали в её ушах, когда она, голая, бежала до Палат Лося в Столице.
Когда посольство Церкви входило в Зал Приёмов, оттуда выходил бледный Глава Дома Лося с гордо поднятой головой. Великий Настоятель услышал обрывки пересудов:
– Она ему надоела...
– Мальчик поигрался и бросил...
– Война?
– Мятеж! Мальчик заигрался! На кого ... поднял? Лось поднимет весь Северо-Восток!
Великий Настоятель покачал головой. Из-за чего люди начали войну? Из-за амбиций и чести? Они не приносят ни денег, ни власти. И они не угрожают ни деньгам, ни власти. Зачем эта война? Как не вовремя! Сейчас, когда не уничтожен Разрывник из Пророчества, сейчас, когда какие-то мелкие землевладельцы вышвыривают их структуры из своих деревень? Эти люди - не рациональны. Ну, ничего, эта земля не долго ещё будет принадлежать им.
Настоятель не стал входить к Императору. И так было ясно, что этот выскочка с Побережья, что только благодаря ИМ и занял верховную должность в этом сборище спесивых, чванливых болтунов, называемый Императорский Двор - ничего им не даст. Денег у него - и не было никогда. Всё свои водоплавающие скорлупки строит. Он даже не хочет попытаться избавиться от ярма долга Святому Престолу, всё откладывает выплаты под малозначимыми поводами. Да какая угроза с Моря? А теперь и людей не даст. Придётся нанимать наёмников и объявлять Святой Призыв. Настоятель поморщился. Эти Порубежники смогли, пусть и хитростью, одолеть пять (пять!) рук Паладинов при усилении звена Магов, то голодранцы Святого Призыва, что идут в Святое Воинство только за кормёжкой - порубежникам вообще не противники. Станут удобрением для их выгрызенных у Скверны полян.
Настоятель развернулся и пошёл на выход. Трое телохранителей следовали следом. Они - бледная тень Паладинов. Этот дерзкий полукровка Разрывника из Огненного Мира сделал больше, чем просто унизил Церковь. Используя вовсю эти суеверия с общим названием "Честь", он смог вбить огромный клин в ИХ структуру. Раньше автономность исполнителей и их боевых подразделений, называемых Ордена была выгодна. Меньше стоимость администрирования - содержания, самовосстановление и самоорганизованность Орденов - была выгодна. До тех пор, пока ОНИ не потеряли контроль над Орденами. Массовое бегство подготовленных, модифицированных бойцов из Орденов привело боевые подразделения к параличу управления, а Командоров - к открытому неподчинению. В самых боеспособных подразделениях, заточенных как раз под бой - неподчинение с Командоров и началось.
Честь. Раньше этот негласный кодекс этикета - был помощником. Помогал удерживать дисциплину и управляемость при минимальном администрировании. Теперь - это сыграло против. А что должен был делать Наместник, по этому эфемерному Кодексу? Сражаться с полудемоном? Одолеть накаченного до кончиков волос Пси-энергией Огневика по Крови в поединке - невозможно. Он даже от полного залпа дезинтегратора смог не погибнуть. А спасение жизни ценного сотрудника высшего аппарата управления все эти боевики посчитали трусостью и бегством. И что? Да, трусость. Разве это имеет значение?