Как Ённам счастье рисовал
Шрифт:
В помещичьем доме поднялся переполох.
– Поймать его и запереть в амбар, а утром отправить в тюрьму!
– завопил хозяин.
Избитого Ённама заперли в тёмном амбаре. Некоторое время он пролежал не шевелясь. Вдруг он вспомнил про дедушкину волшебную палочку, но за пазухой её не оказалось: ведь Ённам поменялся одеждой с Лачугой и палочка осталась в его школьной курточке.
6
– Откройте! Выпустите меня!
– изо всех сил стучал в дверь амбара Ённам, но крепкая дверь не поддавалась, и никто на его крик не отзывался.
Тогда он нашарил на полу сломанную мотыгу и стал ковырять
– У, подлые людишки!
– погрозил он кулаком в сторону хозяйского дома.
– Я больше не буду делать то, что вы хотите.
Ённам направился в горы, шёл очень долго, разыскивая хижину мальчика Лачуги. Не заметил, как стемнело. "Надо выйти на дорогу, - размышлял он, - и идти к селению, кто-нибудь да пустит переночевать". Но селения поблизости не было. К утру Ённам уже сильно устал, проголодался. Очень хотелось пить. Раздвигая высокую траву, пошёл он к реке и вдруг услышал слабый стон. В зарослях лежал ничком, почти без признаков жизни Лачуга. Как ни бился Ённам, он не мог привести его в чувство. И тут его осенила мысль: "Ведь у нас есть волшебная палочка!"
Сунул он руку во внутренний карман курточки друга, достал палочку, сжал её правой рукой, трижды очертил круг, приставил конец к земле и проговорил:
– Палочка, верни силы и жизнь моему товарищу! Не успел он промолвить эти слова, как из другого конца палочки взвилась струйка белого дыма. Когда туман рассеялся, Лачуга встал и радостно обнял Ённама.
– Взял ты на себя мою тяжкую батрацкую долю и, наверно, изрядно намучился уже. Здоров ли ты?
– говорил сочувственно Лачуга, поглаживая загрубевшие руки товарища.
– Ничего! Скажи, сестрёнку-то ты нашёл?
– Моя сестра стала совушкой...
– Как ты сказал?
– переспросил Ённам, не веря своим ушам. Лачуга рассказал, как в поисках сестры набрёл он в горах на шалаш отшельника, поведавшего ему такую историю. В канун того дня, когда он узнал о болезни сестры и помчался домой, помещик выгнал массу людей в сопки, чтобы переловить и убить всех совушек. Отшельника тоже заставили ходить по сопкам. Он долго бродил, а когда присел отдохнуть, услышал вдруг детский голос: Совушка, совушка, возьми меня с собой. Я с братцем повидаться хочу.
Видит старик - сидит бледная, худенькая девочка.
– Дяденька, - говорит она, - я совушкой стать хочу. Батрачила я у помещика, а он прогнал меня в горы и приказал без совушки не возвращаться. А я сама хочу стать совушкой - птичке легче найти человека. Она всюду летает. Если я буду летать, то найду своего братца.
Сказала так и обернулась птицей, похлопала крыльями, покружилась над головой старика и улетела.
А Лачуга тоже долго ходил в горах, но так и не нашёл совушку, которая была его сестричкой. Тогда Ённам рассказал другу о птице, прилетавшей на тополь. Лачуга повеселел:
– Это была она. Прилетала ко мне и приняла тебя за меня. Ведь мы так похожи. Я должен её отыскать.
Мальчики взялись за руки и отправились на поиски. Им пришлось снова возвращаться к помещичьей усадьбе.
– Моя сестрёнка-совушка далеко от усадьбы не улетит. Она меня не оставит, - сказал Лачуга.
– Давай спрячемся здесь,
Спрятались они в кустах. Надо было переждать, когда солнце, взошедшее над гребнем горы на востоке, закатится за гребень горы на западе. Как медленно шло для них время, как долго длился тот день!
7
Но вот наконец и скрылось за горой солнце. Усадьба помещика потонула во мгле, напоминая какое-то страшное, зловещее, съёжившееся и готовое к прыжку чудище. Взглянул на неё Ённам и говорит другу:
– Подожди меня здесь. Пожалуй, лучше мне одному пойти поискать совушку.
– Нет, - возразил Лачуга.
– Идти - так идти вместе.
– Чудак, послушай меня. Двоих они быстрее заметят. К тому же ты всё равно не узнаешь совушку, ведь ты её ещё не видел. Побудь здесь. Я скоро вернусь.
Уговорил Ённам мальчика остаться, одним мигом спустился с горы и осторожно подобрался поближе к усадьбе. Ему надо было дойти до самого тополя у ограды. А для этого нужно было проскочить мимо высоких центральных ворот, которые сегодня почему-то были оставлены открытыми. Ённам немного подождал, надеясь, что вот-вот ворота закроют, но больше мешкать уже времени не было, и он, пригнувшись, прошмыгнул мимо ворот. Оттуда сразу же кто-то вышел и стал вглядываться в темноту. Следом появился кто-то ещё, и они стали переговариваться:
– Что ты смотришь?
– Мне показалось, что здесь сейчас кто-то промелькнул. Уж не вор ли?
– Да... Того и гляди...
Ённам притаился у ограды недалеко от тополя. Те двое ещё чуть постояли и скрылись за воротами. Запрокинув голову, Ённам всматривался в листву тополя. Совушки не было видно. "Наверно, улетела куда-нибудь далеко. Надо, пожалуй, уходить. Подожду ещё чуть-чуть и пойду", - думал он. И вдруг послышался какой-то шорох. Смотрит: на ветке тополя - знакомая совушка. "Да, мальчик был прав,- обрадовался Ённам.
– Не убоялась она помещика и прилетела своего братца повидать". Он протянул ей руку:
– Совушка, я принёс тебе радостную весть. Подлетай ко мне поближе.
Как в прошлый раз у крупорушки, птичка опустилась к нему прямо на ладонь. Приглаживая её перышки, он говорил ей полушёпотом:
– Лети за мной. Недалеко отсюда тебя ждёт братишка.
Ённам шёл впереди, а позади, радостно хлопая крыльями, порхала совушка. Заслышав шаги Ённама, Лачуга выбежал ему навстречу из своего укрытия.
– Встречай сестрёнку-совушку,- обрадовал Ённам друга.
– Оксун, милая!
– позвал птичку Лачуга, произнеся имя сестрички, и совушка от радости затрепетала крыльями.
С грустью смотрел на неё Лачуга.
– Сестричка моя дорогая! Как же случилось, что ты стала птичкой? Как же мы дальше жить будем? Оставила ты меня одного...
Совушка горько плакала.
– Хоть одно радостное словечко услышать бы мне от сестрёнки! Раньше она часто плакала, потому что была голодна. Почему же сейчас-то она так рыдает? Нельзя ли снова превратить её в девочку?
– спросил мальчик у Ённама.
– Может быть, твоя волшебная палочка поможет?
Ённам решительно достал из-за пазухи палочку, обвёл ею три раза вокруг птички, приставил кончик к земле и промолвил: