Каэхон
Шрифт:
— Хватит болтать, — прервал нас Кетхе. — Каэхе, готов ли ты пожертвовать своим самочувствием ради правого дела?
— Если хочешь использовать меня как мага, то, боюсь тебя огорчить, я высушен до дна. Завтра в лучшем случае я смогу просто заглядывать за край материального мира, не больше.
— Боюсь тебя огорчить, Каэхе, — насмешливо произнес Экке, — но есть способы «помочь» высушенному магу!
— Да, — спокойно кивнул Кетхе. — Экке, раз он такой инициативный, тебе поможет.
— Почему бы и нет? — пожал плечами кхае.
— Дело в том, — добавила Жани, — что такая помощь не слишком хорошо сказывается на самочувствии мага, ее принимающего. И чем больше разница
— Кто из вас больше всех потерял сил? — быстро спросил я, оценив ситуацию.
Кхае понимающе переглянулись.
— Сочувствую, Каэхе, но помогать тебе будет совершенно неуставший маг… Не спорь. Так надо.
Я вздохнул, расспрашивать, почему так надо, желания не было. Легче смириться. Кетхе удовлетворенно кивнул и разложил на столике несколько предметов, что отдали нам пленники. Пара вычурных кинжалов, большой круглый медальон с выпуклым изображением солнца, бесформенный кусок деревяшки, какие-то серьги и простой, на мой «взгляд», камень, округлый и небольшой.
— Приготовься, Каэхе. Я не знаю, как ты пользуешься своими способностями. Но нужно, чтобы ты определил, есть ли среди этих вещей артефакт.
— Готов, — пожал я плечами. — Ничего сложного.
Экке с какой-то садистской радостью положил руку мне
на плечо и щелкнул пальцами. Поначалу я ничего и не почувствовал, однако мир духов открылся непривычно легко — впервые с того противостояния Килхейдхееру! И хотя не было никаких неприятных ощущений, я решил поторопиться. Одного беглого «взгляда» на вещицы хватило, чтобы понять: медальон был слабеньким артефактом, камушек — каким-то камнем Магии, а вот простая деревяшка меня заинтриговала: что-то странное, невесомое было в ней, опасное с одной стороны, тоскующее о свободе — с другой.
Я быстро вернулся в мир обычный и тут же согнулся в приступе боли. Все тело ныло, а в голове будто поселилась парочка молотобойцев. Все кхае испытывали ко мне искреннее сочувствие, но помочь, кроме Тайсамы, никто не попытался. Воительница подбежала, обняла меня и аккуратно уложила на кровать.
Это состояние быстро прошло, оставив лишь ноющую головную боль и пересохшее горло. Кетхе, поняв это, отстранил Тайсаму и сказал:
— Что ж поделать, Каэхе, но это единственный способ для тебя. Сильные маги могут сами забирать энергию, без особых неприятных ощущений. Но давай перейдем к делу. Что ты увидел?
— Медальон — обычный артефакт малой силы, что делает, понятия не имею. Камушек — камень Магии. Тоже не понял, какой именно. Кстати, его бы я забрал себе, непривычно вообще без камней, и если найдете Ледяной камень — приму в дар… Кинжалы простые, а вот в корешке кто-то есть. Какая-то несомненно опасная сила, могущественный дух. Откуда все это?
— Ты же слышал, из Храма Спящих богов, — ответила Тайсама.
— Это да, но откуда там такие вещи?
— В храмовой сокровищнице много интересных предметов, — ответил Кетхе. — Даже я не знаю всего об этом храме. Но он древнее, чем Спящие боги, он пережил не одно их поколение. По крайней мере, так говорят слухи. Удивительно, что сокровищницу смогли ограбить, и еще более удивительно, что унесли так мало.
— Возможно, этот храм так и не взяли, а просто ограбили, — пожала плечами Жани. — Значит, корешок?
Кхае задумчиво взяла деревяшку, погладила немного, ощупала, потом с недоумением пожала плечами и положила ее на место. Я усмехнулся: с виду сложно сказать, что скрывается в такой простой на первый взгляд вещи.
— Угу. Корешок. Не знаю уж, что скрывается в нем, рассмотреть пока не получается, а принимать такую помощь еще раз… Нет уж, благодарю.
—
Пока тебя никто не заставляет повторять это, — успокоил меня Кетхе.— Ключевое слово «пока», — невзначай заметила Тайсама.
— Отдохну и буду в полном порядке, — решил я. — Денек хотя бы дайте.
— Если бы он у нас был, этот денек, — вздохнула Жани.
— Хвала демиургу, есть, — усмехнулся Кетхе. — Хеер в ближайшее время не сможет себя проявить. У нас есть как минимум два дня. Отдыхай, Каэхе.
За день вынужденного безделья я отоспался, наелся и в достаточной мере восстановил силы. Мир духов вновь стал открываться мне охотно и легко, но делать там что-то серьезное было трудно решиться. Однако просто изучить предметы было не так сложно.
Камень Магии был из неизвестных в Обители Тумана, однако упоминания о нем я слышал. Он управлял тяготением. Узнал я это случайно, когда при помощи своих знаков приказал камню сфокусировать силу на огурце, что лежал у меня на столе… Тот взмыл вверх, как перышко на ветру, и словно прилип к потолку — так и висел, пока я не прекратил контакт с камнем.
Настоящий раритет, достойный места в музее магии. Надо бы придумать, к чему и как лучше его применить.
Медальон заинтересовал меня больше: мне показалось, что заключен там не дух, а душа простого человека. Заклинания, наложенного на этот предмет, я так и не обнаружил. Возможно, этот псевдоартефакт был подобен тому кинжалу, в который я заключал душу Астри, но выпускать душу мне пока что не хотелось.
Проще говоря, и камень, и медальон я забрал себе при полном отсутствии возражений. Деревяшку забрал себе
Кетхе на хранение, как самый старший и опытный. Я был не против, от этого безобидного с виду корешка буквально пахло древним могуществом и тысячелетней тоской. На миг пришла даже мысль, что там заключен бог!
Утром второго дня отдыха было решено выслать разведку. Изначально хотел идти сам Кетхе, напирая на свои способности проходить в толще скал. Но Экке и Жани его отговорили: это отнимает много сил и, по большому счету, слишком заметно. Она предлагала себя и мужа для этой вылазки: способности психического мага, помноженные на магию ветра, которую можно использовать для нераспространения звуков, — неплохая комбинация в разведке. На что я ей ответил, что моя с Тайсамой пара для разведки не хуже — бесшумность передвижений, быстрота реакции, мое обостренное восприятие эмоций. Меньший риск при меньшем расходе сил. Также с нами решил пойти Тифка: в его умениях смогли убедиться все, а знание харакорского могло здорово помочь.
Кетхе доставил нас в один из пустынных коридоров храма, сообщив, что встретит нас тут же через час, а затем станет приходить каждые полчаса. Впрочем, часов все равно ни у кого не было, а солнце в толщу гор попросту не могло проникнуть, так что рассчитывать пришлось лишь на собственное чувство времени.
Тайсама вела меня: пока я отдыхал, воительница предусмотрительно перерисовала карту Тифки. В нашу задачу входила лишь общая разведка, требовалось узнать, где хранится искомый артефакт и когда, собственно, будут приниматься попытки пробуждения Ледяного бога.
Коридоры были полупустыми, и мы легко уклонялись от ненужных встреч: храм был просто огромен, а людей было не очень много. Когда мы пробегали мимо какой-то очередной двери, Тайсама вдруг приостановилась и сообщила угрюмо:
— Здесь нас держали. Никогда не забуду это место. Этот проклятый холод…
— Хм, — глубокомысленно произнес я, — что-то не то здесь чувствуется. Ладно, неважно — Сердца Харакора там нет.
— Как-как ты его назвал? — удивился Тифка.