Каэхон
Шрифт:
Кетхе быстро опустился на колени, приложил ладони к земле, и вот, вокруг нас и служителей Ледяного бога выросла каменная решетка. Артистичный взмах руки Экке — и враги хватаются за горло. Едва мороз начал подбираться к нам, как в бой вступила Жани. Маги противника, что сумели уберечься даже от враждебного воздуха, попросту заморозив его вокруг себя и не дыша, схватились за головы и дружно скорчились от боли. Я не успел даже обнажить клинок.
— Все, — отряхнул руки Кетхе. — Неожиданность — наше главное преимущество. А они пока слишком далеко от своего бога. Тогда,
— Посланника?
— Так в Абатте было принято называть человека, который впустил в себя сознание бога, — пояснила Жани охотно. — Если хочешь, Каэхе, я потом прочитаю тебе лекцию — очень познавательную. Есть еще снизошедшие, как, к примеру, Мурре деГах: это когда бог сам принимает человеческую форму. Но в случае нашего демиурга это не совсем верно, так как до сих пор непонятно, бог ли он.
— Жани, не время для лекций! — оборвал ее Экке. — Лекции хорошо читать за кружечкой подогретого вина.
— Вино не пьют из кружек, сколько раз тебе повторять, болван!
— Сама такая, — обиделся Экке.
— Тише, — рассмеялся Кетхе. — Нам осталось всего лишь найти тот самый артефакт… Каэхон, попробуешь? Или еще не готов?
Но я был занят. Что-то показалось мне подозрительным. Слишком много аур. И две ауры без особой тревоги, самоуверенные, одна — харакорского мага, судя по всему, другая — мага неместного. Я провел по направлению к ним рукой. Так и оказалось, два человека немного в стороне обходили нас. Недоуменно почесав многодневную щетину, что уже претендовала на звание бороды, я спросил Кетхе:
— А это кто?
— Где? — не понял кхае.
— Да вон, — чуть раздраженно указал я.
— Каэхе, там никого, — улыбнулся Кетхе. — Что с тобой?
Тогда я наконец понял… Потом долго корил себя за свое
тугодумие. Разумеется, это был всего лишь морок: если северяне один раз уже использовали иллюзиониста, почему бы не сделать это во второй раз? Рассердившись на всех, на непонимающего Кетхе, на себя, я крикнул Тифке:
— Быстро, кинжал! Там двое под иллюзией, не стойте так!
Тем временем Ледяной и иллюзионист поняли, что их обнаружили, и резко прибавили шагу. Кхае наконец все поняли, но, не видя противника, сложно с ним что-то сделать. Кетхе присел, положил руки на землю, пытаясь поставить преграду на пути у нашей добычи, но промахнулся. Я понял, что быстрее разобраться со всем самому, и кинулся вслед за врагом. Следом за мной побежала Тайсама: видимо, врага почувствовала и она. Хоть девушка и не тренировалась долгое время, технику «зрения руками» она сохранила на достаточном уровне.
Потом резко похолодало: мы уже почти догнали беглецов… Я метнул нож. Навыки никуда не делись, харакорец упал на землю. Но иллюзионист лишь ускорился. Внезапно Тайсама остановилась и, резко дернув меня за руку, повлекла назад.
— Что такое? — негодующе спросил я, но девушку послушался.
— Дурак! — бросила на бегу воительница. — Там толпа харакорцев, неужели не чувствуешь?
Я прислушался к эмоциям: отголоски холодной уверенности магов, безумной отваги
воинов севера действительно ощущались, но на фоне погони не слишком хорошо. Все перебивало собственное напряжение. Поблагодарив про себя Тайсаму, я побежал быстрее: слишком живы были воспоминания о терзающем душу холоде…— Быстрее сюда! — крикнул Кетхе откуда-то со стороны.
Тай кивнула, указала мне на отвесную скалу, в которой кхае сотворил проход. И снова — камень кругом, какие-то пещерки. Мы не особо говорили по дороге: Кетхе был задумчив, Экке и Жани, как обычно, переругивались, Тайсама просто была не в настроении. Лишь Тифка, указав мне на тащивших своих плененных сородичей северян, пояснил:
— Что-то у них вполне может быть, даже если это «что-то» не искомый артефакт. Не зря же они так защищались…
— Или нам просто очень хочется в это верить, — пробурчал я.
Тифус пожал плечами:
— Надейся на лучшее, готовься к худшему. Просто пока рано расслабляться! Вот демон, — ругнулся он, вовремя не заметив камень под ногами. — Все, хватит болтать. Иначе я убьюсь здесь, к Спящим богам…
Через некоторое время мы добрались до убежища. Оно располагалось прямо в толще скал и не имело никаких входов и выходов: без Кетхе все оказались бы просто замурованы. Если, конечно, не смогли б просочиться по вентиляционным шахтам, в которые еле пролезала рука.
После того как пленников заставили самолично выложить все вещи, их тщательно связали. Даже харакорские маги, эти фанатики, не смогли сопротивляться воле Жани. Сила опытных, старших кхае все больше меня поражала, а вот себя я начинал чувствовать каким-то ущербным на их фоне. Заметив это, Экке успокоительно пояснил:
— Кхае живут долго, Каэхе. А умирают не своей смертью… И пока мы живем, сила наша растет постепенно, по капле. Разумеется, если не стоять столбом, а тренироваться, изучать магию, пользоваться ею.
— Как ни странно, он говорит дело, — усмехнулась Жани, закончив с пленниками. — Благодаря нашему демиургу народ кхае получил могущество. — Она вздохнула. — Заплатив за это низкой рождаемостью. Нас никогда не будет много, в этом суть баланса.
— Я все понимаю, — аккуратно влезла в разговор Тайсама, — но Кетхе и Экке — стихийные маги, ты псих… В смысле психический маг, — поправилась она торопливо, но Жани лишь улыбнулась. — Каэхон вообще маг Смерти, если судить по классификации нашей Обители.
— Ты хочешь спросить, почему у тебя нет способностей? — понимающе спросил Экке. — Считается, что все кхае маги, но это не так, разумеется. Около четверти из нас не обладает такими способностями. К примеру, Нерре. Он не волшебник, однако назвать его беспомощным и слабым я лично не могу. Дело в том, что наше пресловутое могущество не магия. Скорее, талант! И главное, найти себя в этом таланте. Возможно, Тайси, ты уже сделала это. Победить в бою тебя сложно и опытному мужчине. А ведь тот же Каэхе тренируется не меньше тебя… Просто он может достигнуть своего потолка в развитии боевых качеств — ты же нет. Но это лишь предположения, — добавил Экке. — Возможно, у тебя другой талант.