Каэхон
Шрифт:
— Противник — с севера, либо из Харакора, либо еще откуда. Здоровый, настоящий бык. Щит и топор. У нее опять копье. Какие шансы, Каэхон? Я бы поставил на северянина.
— Ставлю кружку эля на Тайсаму, — согласился я. — Посмотрим, но такие здоровяки хороши больше строй ломать да против обычных солдат. Мы таких парней всегда ценили в замке Клена. Они многим головы при той осаде сломали. Но тут — Тайсама.
— Хм, ладно, — неуверенно произнес Герен. Ему не хотелось проигрывать и в результате лишиться дармового эля, но, с другой стороны, оставлять спор было также не в его правилах. — Начинают. Ага, северянин
— Интересно, — пробормотал я.
— Вот это да! — восхитился Герен. — Настоящее зрелище! Она начала бегать вокруг него и поднимать в воздух песок и пыль! Пыльная туча просто стоит в воздухе. Но она так быстро выдохнется… И зачем это делает, она же сама не видит!
— Она привыкла работать в темноте. Возьму прием на заметку.
— Северянин пытается выскочить из этой ловушки… Эх, не успевает. Плакал мой эль. Какая красивая подножка. А могла просто в спину стукнуть.
— Победила? Ну тогда я не должен тебе эль, — усмехнулся я, аплодируя. — Все же она могла и не использовать такую технику боя, раскрыла ее только… Но ладно, ее дело. Тайсама никогда особо не озадачивается будущим.
— А почему она прячет глаза? — поинтересовался Герен. — Насколько я знаю, даже самой Наставнице не открыла!
— Мне тем более, — пожал я плечами. — Все? Больше боев не будет?
— С ней — нет… плакал мой эль…
— Страдай! — патетично воскликнул я, потихоньку покидая насиженное место.
Уже отходя от арены, я заметил Тай, довольную, спешащую ко мне. Похвастаться, что же еще. Да ей больше некому хвастаться, кроме двух-трех подруг. Счастливая, просто лучится. Я улыбнулся: такое ощущение, что часть ее настроения передалась и мне.
— Прошла?
— Да! Поздравь меня, Кай.
— Поздравляю. Какое испытание следующее?
— Все, — немного недоуменно ответила она. — Должно было быть собеседование, но мне просто задали пару дурацких вопросов и сказали, что я принята на предварительное обучение. Там потом что-то еще будет.
— Что за вопросы? — заинтересованно спросил я.
— Почему именно эта Обитель и цель обучения. На первый вопрос — просто ближайшая, так и ответила. На второй — стать сильнее. Кажется, им не очень понравился этот ответ, но все равно меня взяли. Сказали лишь, что Обитель будет моим домом и что я должна задаться новой целью — жить ради Обители.
— Глупо, — пожал я плечами и улыбнулся. — Но с какой-то стороны верно. В общем, я за тебя рад!
— У тебя завтра испытание? — спросила Тайсама. — Первое?
— Да. Думаю, — я усмехнулся, — для меня это будет просто. Всех-то дел показать, что я способен к магии. Проще простого. Да и второе, собеседование, ты прошла, а я не собираюсь быть хуже тебя!
— Хвастун, — хмыкнула скептически Тай.
— А как же, — легкомысленно отмахнулся я. — Ладно, в трактир — и по домам, надо выспаться.
— До встречи! Надеюсь, через несколько дней встретимся по ту сторону стен Обители, — сказала девушка. — Удачи тебе.
Уже на ходу я молча кивнул, и мы разбежались.
Настроение у меня было паршивое с самого утра. Мало того что я проснулся рано — это уже плохой признак,
так еще и голова немного болела. Хотелось почесать глаза. Вроде и немного вчера выпили с Тай в трактире.— Старею, — вздохнул я. — Либо надо прекращать пить, либо, обучившись магии, составить заклинание от похмелья. Интересно, это область мага-стихийника или нет?
Кое-как я поднял свое бренное тело на ноги, заставил сделать пару приседаний, отжиманий, тому подобной чепухи, «осмотрел» по привычке комнату «руками», вздохнул угрюмо. Подумал, хорошо бы поделать дыхательные упражнения, погонять энергию по всему телу, но было лень. Вспомнился Райдо: тот бы заставил, гад этакий!
— Надо идти, — зевнул я, путаясь в застежках. — Дурацкий камзол. Стану магом, найду старую, потрепанную мантию вообще без застежек, буду в ней ходить. Убить портного мало! Знал же, слепому шьет. Только попадись он мне…
С грехом пополам одевшись, обувшись, я выскочил на улицу, пытаясь понять, сколько сейчас времени — не опоздал ли еще? В городке при Обители жители трепетно относились к точности, постоянно следили за большими часами на высокой башне Времени. Такое громкое название, а на деле — просто колокольня с часами. Нет, я не спорю, великое изобретение, у нас в замке только по солнечным часам и ориентировались.
Спрашивать у прохожих не хотелось, а «руками глядеть» было слишком далеко. Поэтому я решил совместить приятное с полезным и зашел в трактир перекусить и поинтересоваться, который час. Ни то, ни другое не смог сделать. Дурацкий день: мое настроение просто падало и падало… Меня, голодного и злого, обнаружил там Герен и сказал встревоженно:
— Что же ты тут делаешь, Каэхон! Уже почти все началось!
— Поесть зашел, — хмуро сообщил я.
— Быстрее! Опоздаешь! Как я перед Райдо отчитываться буду, а? Что ты просто опоздал на испытание?
— Не мои проблемы, — честно ответил я и зевнул. — Ладно, пошли.
— Теперь уж побежали! Демон тебя раздери!
— Не надо никому меня раздирать, я и так неважно себя чувствую, — пробурчал я. — Раскомандовался.
— Сейчас тебя магией скручу, — пообещал Герен. — Не посмотрю ни на Райдо, ни на то, что это запрещено в городе.
— Иду, иду.
Всю дорогу я зевал и молчал, размышляя о бренности земного, о том, какие все негодяи кругом и каким образом можно всех убить. Идея не приходила, я расстраивался еще больше. Мы подошли к большому зданию, отличавшемуся скругленными стенами и огромным количеством мелких Деталей, статуй и прочей чепухи, что раздражает меня и по сей день.
— Какое мрачное здание, — пробормотал я.
— Очнись, Каэхон! — воскликнул Герен. — Это самое красивое здание города! Самое светлое, изысканное! Это Дворец истории магии!
— О боги. Ну и что? Мне он не нравится. Тут и будет проходить испытание?
— Иди-иди, не бойся, — хмыкнул Герен. Пришлось идти.
…Определенно этот дом меня угнетал. Даже когда мы оказались внутри. Какие-то загроможденные статуями коридоры — не понять, люди это или просто куски камня, деревья… Слава богам, было не слишком много народа — даже Герена попросту выставили вон. Вдруг я заметил, как вышел и старик из пустыни, наш знакомый по трактиру. Значит, парень тот, с трудным именем, тоже будет поступать. Как, впрочем, он и говорил.