Каэхон
Шрифт:
Герен продолжал мое обучение, одаряя меня малопонятными постулатами. Обычно это происходило, когда я вкушал в трактире пищу.
— Пойми, Каэхон, — твердил он, — магия — это не использование своих сил, как в техниках Райдо. Это контроль различных внешних сил! И магические камни, по сути, полуразумные существа, духи, общаясь с которыми талантливые люди могут творить магию, изменять мир.
— То есть маги сами по себе ничего не могут? — уточнил я.
— Нет, маги могут работать с камнями. Это требует большого умения, концентрации, да и устаешь тоже. Узнаешь сам, Каэхон.
—
— Как ты это понял? Неужели уже тогда технику «зрения руками» настолько развил?
— Нет, — рассмеялся я. — Просто ты так активно махал, что меня ветром чуть не сдуло.
— Ну, — усмехнулся Герен, — ты прав: основной способ управления камнями — различные знаки, фигуры рук. Не просто помахать, конечно, там много тонкостей…
— Ясно, — кивнул я, — на сегодня, думаю, хватит: слышу, ты уже засыпаешь.
— И то верно, — миролюбиво согласился Герен. — Удачной ночи!
По большому счету я вскоре приобрел репутацию нелюдимого человека. Меня это вполне устраивало. Тяги к общению у меня не было, хватало постоянных встреч с Гереном. Но однажды волею случая я завел знакомство.
Тогда шел снег. Зима началась. Стояла ночь: как сказал Герен, когда мы выходили из трактира, беспросветная. Мне было наплевать на сей факт. Маг пошел домой, а я побежал, как обычно, в небольшой лесок неподалеку от города. Снег мешал ориентироваться, но самую малость, и для меня это было всего лишь еще одной тренировкой. К тому времени я уже легко «видел» на пять шагов без рук, просто телом. Что мне особенно нравилось — обзор был полным, со спины ко мне подкрадываться было бесполезно.
В тот день я хотел потренироваться в метании ножей: с этим у меня всегда было плоховато. Приходилось пользоваться руками, чтобы «увидеть» цель, определить до нее расстояние. А этот метод был медленнее. Но дальность обзора намного увеличивалась, да и вблизи четкость была гораздо выше! Мелкие детали можно было «рассмотреть» лишь «руками».
— Так, если промажу, опять потом демон найдет эти ножи, — пробормотал я. В начале моих тренировок люди утром постоянно находили в листве, потом в снегу мои ножи. Но возвращали далеко не всегда — приходилось тратить деньги на новые. Пять ножей, пять деревьев, на бегу — противник-то на месте стоять не будет!
Я побежал, кинув сначала один нож, потом второй… Затем внезапно почувствовал чье-то присутствие, рефлекторно провел левой рукой, обнаружив цель, и кинул нож. Почти тут же раздался звон, и я застыл, переводя дух.
— Извини, — произнес я. — Случайно нож сорвался. Не думал, что по ночам я тут не один.
— Знала бы, что по ночам тут такие злодеи тренируются, — раздался насмешливый женский голос, — продолжала бы свои занятия дома. Осторожней надо, я еле отбила твой нож! И как ты так точно кинул? По звуку? Я так сильно шумела? — недоверчиво поинтересовалась девушка.
Я усмехнулся: реакция у нее была просто великолепной. Наверняка собиралась поступать в Обитель и стать воином. Найдя ножи, которые кинул раньше, я подошел к девушке, по пути раздумывая, зачем ей тренироваться ночью. Днем
здесь всегда есть люди, которые помогут с тренировками, подскажут. Компания опять же! Ладно я — мне не особо все это надо. А девушка, молодая, наверняка красивая — и зачем-то тренируется ночью?— Просто ужасно сильно, — сообщил я. — Шучу, я тебя не слышал. Не видела, куда полетел мой нож?
— Куда-то полетел, туда, кажется, — указала она рукой. Мне это не слишком помогло: ножик наверняка провалился в снег, а исследовать каждую ямку на ощупь…
— Можешь подать?
— Конечно, — недоуменно сказала девушка. — Темно, ничего не видно, — выругалась она. — Только и спасает, что снег белый… А сам что не достал? — спросила незнакомка с подозрением.
— Мне тяжеловато найти, — честно ответил я.
— Ну а ты повязку снимать с глаз пробовал? — ехидно спросила она. — Говорят, помогает видеть!
— Я вообще-то слепой, — усмехнулся я.
— Конечно, — протянула девушка. — Верю. Слепые не могут так хорошо метать ножи, бегать по лесу… Меня зовут Тайсама.
— Нездешняя? — поинтересовался я и представился: — Каэхон.
— Можно сказать и так, — задумчиво сообщила она. — А с другой стороны… Впрочем, неважно. Зачем ты тренируешься по ночам?
— Не люблю толпы народу, — пожал я плечами. — Шумят, мешают. А мне все равно когда тренироваться — днем или ночью, все одно не вижу.
— Да врешь ты, — повторила Тайсама. — Видишь ты все.
Я не стал ее переубеждать:
— Конечно, вру. А сама почему ночь выбрала? Ты что, хочешь поступить в Обитель, к воинам?
— Угадал. Ночь? Ну… — помялась она. — Во-первых, тоже не слишком люблю, когда шумно кругом. Во-вторых, тренирую ночное зрение, слух — все это полезно. Еще достали все меня уже, — возмущенно сказала девушка, — открой лицо, открой лицо!
— Оно у тебя что, закрыто? — удивился я. Мелкие детали вроде лица у меня не получалось еще различать на большом расстоянии, пришлось подойти почти вплотную и, не обращая внимания на явно удивленный взгляд, поводить перед ее лицом рукой. — Шаль, что ли? Что это за тряпка, которой ты лицо закрыла?
— Эй, парень, ты и впрямь слепой? — с большим недоверием спросила Тайсама. — Сними-ка свою повязку! Сейчас факел зажгу. Да, я лицо закрываю.
— Прячешься от кого? — усмехнулся я, снимая повязку.
— Еще чего! — фыркнула она и тут же воскликнула: — Боги! Да у тебя вообще глаз нет!
— Ни одного, — подтвердил я. — Так что скрываешь-то? Или, как обычно, это не мое дело? — Повязка вновь заняла свое место: зачем зря девушку смущать. — Обет какой?
— Знаешь, — честно сказала она, — мне хочется кому-нибудь довериться, рассказать. Но первому встречному вроде тебя…
— Секрет за секрет? — предложил я. Мне-то особо скрывать было нечего: все равно мою историю знал Райдо, хоть и не совсем до конца. Подозреваю, что и Наставница этой Обители знала. — Мне тоже есть что скрывать. Но, в отличие от тебя, я не боюсь рассказать.
— Я ничего не боюсь! — вскинулась она. — Я просто хочу жить.
— Я бы тоже не отказался, — согласился я. — Согласна на «обмен тайнами»?