Чтение онлайн

Маршал Плек подумал над её логикой и нашёл, что смысл в этом есть.

– Так что порекомендует ваше высочество?

– Фельдмаршал, ваша работа по модернизации армии должна быть ускорена. Мы получаем разработанное немцами оснащение, в основном сделанное по лицензии в Лопбури [24] . Оно должно поступить в эксплуатацию без задержек. Немецкие советники, которых мы наняли в начале 1930-х, творили чудеса с нашими силами, и мы должны отталкиваться от этого. Мы должны превзойти наших учителей, фельдмаршал, а времени на это мало. Надо принять новые пути, ибо мир вокруг нас изменился, и в нём старые пути ведут в никуда. В ВВС есть один офицер, комполка [25] Фуен, у него имеются идеи, как организовать воздушную поддержку наземных войск. Они замечательные, по сравнению с тем, что я когда-либо слышала на эту тему. Полагаю, они достойны рассмотрения. Но нам надо обратить внимание на политическую и экономическую

силу. Именно поэтому мы предложим крупным торговым группам Гонконга подумать о перемещении своих головных контор в Бангкок. После сдачи Британии немцам Гонконг быстро приберут к рукам японцы. Торгаши будут искать новый дом. Мы должны заполучить их. Для этого потребуется множество изменений. Наши телеграфные линии замкнуты в пределах страны и есть всего одна исходящая - в Сингапур. Мы должны потратить все деньги, какие только найдём, чтобы сделать телеграф таким же качественным, как и везде в мире. Британия вылетела с доски, Индия с Австралией теперь значительно отдалятся. Мы можем стать мостом между ними.

– Когда в одной деревне есть рыба, но нет риса, а в другой есть рис, но нет рыба, богатство достанется не деревням, а человеку, который построит мост между ними, - фельдмаршал Плек глубокомысленно произнёс тайскую пословицу. Он понимал, к чему ведёт принцесса.

– Но это зависит от Индии и Австралии. Останутся ли они в войне.

– Совершенно верно. Это и есть первое препятствие, которое мы должны преодолеть. Но, если они остаются, то центр силы Индии будет здесь.

Её палец указал на карту.

– В Сингапуре. Индия должен удержать цитадель Сингапура. Крепость беззащитна против атаки с суши. Если враг захватит Малайский полуостров, она падёт. Передний край обороны Сингапура не в Джохорском проливе [26] , но здесь.

Палец переместился и ткнул в реку Меконг [27] .

– И это делает нас весьма ценным союзником для индийцев. А этот союзник снова свяжет нас с американцами.

– Если Индия останется в войне.

– Так точно, фельдмаршал. Если Индия останется в войне.

Индия, Калькутта, Правительственная резиденция, зал совещаний

– У кого-нибудь есть хоть какие-то мысли, что происходит?

Виктор Александр Джон Хоуп, 2-й маркиз Линлитгоу и наместник Индии с 18 апреля 1936-го, находился в изрядном замешательстве. Он был движущей силой внедрения планов по развитию местного самоуправления, воплощаемых согласно акту Правительства Индии от 1935 года. Своевременная предусмотрительность привела Партию Конгресса к власти в пяти из одиннадцати областей Индии. Он заслуженно гордился этим успехом, достигнутым, когда его призыв к единству перед лицом объявления войны с Германией привёл к отставке министерств Конгресса. Он добился того, чтобы Индия объявила собственную войну Германии, но ценой этого стало выставление напоказ трудов всей его жизни и местами - ущерб собственной гордости. Теперь Британия сдалась, и никто даже не потрудился сказать ему, что вообще случилось и почему. Это было поистине монументальное оскорбление, а маркиз Линлитгоу был не из тех, кто оставляет оскорбления без возмездия.

– Ваше превосходительство, из Лондона нет никаких вестей. Как будто там напрочь забыли о нас. Я получил сообщение из Австралии, от премьер-министра Роберта Мензиса [28] . Австралийцы тоже ничего не знают, и им это нисколько не нравится. Их Национальная партия дорого заплатила за присоединение к войне на стороне Британии, а их столь недобросовестно оставили в тёмном чулане. Милорд, они оскорблены.

Голос Джеральда Таррэнта, личного секретаря наместника, был печален.

– Они узнали точно так же, как и мы - по мировой трансляции Би-Би-Си, в выпуске новостей.

– Возмутительно. Сэр Мартин, вы уже распространили заявление среди Партии Конгресса?

Замечание было адресовано сэру Мартину Шарпу, заместитель секретаря по внутренним делам и протеже маркиза. Официальные

обязанности сэра Мартина состояли в обеспечении обычной деятельности своего отдела. В действительности же его работа заключалась в поддержке отношений с индийскими политиками Партии Конгресса. Это был вариант неофициального, закулисного канала общения, в чём британцы вообще преуспевали. А этот наиболее подходил для индийской среды. В безумные часы, прошедшие с момента новостной передачи, сэр Мартин пообщался - совершенно неофициально, разумеется - с пандитом [29] Джавахарлалом Неру, лидером Партии Конгресса [30] . Спокойствия ему разговор не добавил.

– Ваше Превосходительство, я могу предсказать первоначальную реакцию Партии Конгресса на эту встречу. Настолько, что заранее процитирую: "Вы проиграли войну, которую сами навлекли на нас, теперь можете проваливать, а мы заключаем мир. Совсем скоро, вот прямо на следующей неделе". Потом они предлагают помощь в упаковке чемоданов и доставке на вокзал.

– Проклятые наглецы, - прорычал в никуда Таррэнт.

– Джерри, они обязаны так сказать. Иначе собственные товарищи по партии порвут их на клочки. Реальная позиция заключается в границах двух слов: "следующая неделя". Они хотят понять, что же, чёрт возьми, происходит, прежде чем согласиться.

Лорд Линлитгоу, нахмурившись, смотрел на сэра Мартина, подбирающего слова, но дал ему договорить. Все были расстроены и раздражены от понимания, что в движение пришли такие значительные силы, а им ничего об этом не известно.

– Предполагаю, они однозначно потребуют мира. В первую очередь потому, что никогда не хотели участвовать в этой войне.

– Это верно, они не хотели встревать в войну, ваше превосходительство. Честно говоря, ваше решение принять нас было почти столь же оскорбительным для них, как и отношение Лондона к нам. Мнение, достаточно мягко высказанное Неру - "Кармическая Справедливость".

По комнате раскатился смех. Лорд Линлитгоу покачал головой:

– У них просто пунктик на этом. Но, если оглянуться, думаю, объявление войны Индией было не из лучших моих шагов.

Частным образом сэр Мартин считал так же, но озвучивать не собирался.

– Тем не менее, Индия в войну вступила. Подозреваю, обнаружив себя в таком состоянии, она не захочет подчиняться управлению и командам сомнительного лондонского премьер-министра. Она решит закончить войну самостоятельно, с высоко поднятой головой. Принять диктат Лондона значило бы для них пресмыкаться как побитым собакам. Они тоже оскорблены, ваше превосходительство. Их предложение помочь нам упаковать вещи и добраться на вокзал вполне понятно с этой точки зрения. Это не проверка, Джерри. Так они дают нам понять, что после нашего отъезда они намерены работать с нами, а не против нас.

Те, кто сидел за столом, закивали. Тонкие значения, приложенные к очевидно несущественным словам - как мясо и выпивка для тех, кто понимает, о чём речь. Всё-таки тут собрались весьма опытные люди.

– Это подводит нас к следующему пункту, - Гарольд Хартли, известный всем как ГХ, задал очевидный вопрос.
– А мы действительно находимся в состоянии войны с Германией?

– По крайней мере на это я могу ответить, - твёрдо сказал лорд Линлитгоу.
– Индия - доминион [31] , а не колония. Мы объявили войну собственным решением; закончим её мы тоже собственным решением. Раз Лондон соизволил оставить нас в одиночестве, мы берём инициативу в свои руки, хотя решение было принято там, а не здесь. Ответ определённо "да". Мы находимся в состоянии войны с Германией, и пока мы или наши преемники не решим иначе, так и будет.

– Австралия в таком же положении, ваше превосходительство. Премьер-министр Мензис говорит, что у Австралии были свои причины для объявления войны, и сдача Британии не обязательно их изменит, - Таррэнт поведал эту новость с некоторым смакованием.

– Абсурд, - сэр Ричард Грэм Кардью, секретарь Кабинета, покраснел.
– Если Министерство по делам Индии приказывает, наше дело - подчиняться. Окончательное решение принимается там, а не здесь.

Кардью был одним из самых старых людей за этим столом. Его опыт за прошедшие 30 лет сформировал мнение и твердокаменной отношение к вопросу.