Чтение онлайн

Иностранец с сожалением улыбнулся и покачал головой, явно вспомнив собственную историю окопной войны.

– Всё, что я могу сказать - помните о том, что должны выполнить, и выполняйте сообразно обстоятельствам. Если вам приходится что-то отложить, откладывайте; но никогда не забывайте, что у вас ещё не сделано. Тяжело решить, что следует сделать немедленно, а что можно вот прямо сейчас можно отложить. Вы ведь знаете о существовании генералов? Ну а вы - капрал. Генералы выигрывают войны, но победу в боях добывают капралы. Помните об этом. А ночное упражнение было выполнено очень даже неплохо.

Монгкут отсалютовал и ушёл, довольный собой. А наставник сделал пометку в толстой папке, которую повсюду носил с собой.

– Из него можно сделать доброго унтера. Мне нравится, как он говорил. Мы должны поощрять такое, понимаете? Любой манёвр армии основывается на унтерах [224] .

Нужно учить их думать самостоятельно.

– Но...

Пехотный лейтенант пытался охватить умом концепцию, не включающую слепое повиновение приказам - которое, как он до сей поры думал, было идеалом.

– Задумайтесь об этом вот с какой стороны. Вы ведёте подразделение и определяете задачу для него. Но исполнение задачи лежит на унтер-офицере, и решить, как её выполнять, приходится ему. На месте. Этот капрал хорошо и быстро учится. Нам следует иметь его в виду и помогать расти. Он мог бы стать сержантом однажды.

– Или офицером?

Лейтенант хотел пошутить, но немец-советник глубокомысленно кивнул.

– Возможно. Время покажет.

Австралия, Канберра, правительственная резиденция

– Соверен?
– Томас Уайт [225] спросил так, как будто сам и ответил. Двое других, присутствовавших в кабинете, кивнули.

Фадден [226] пожал плечами.

– Очевидно, требуется проработать ещё много деталей, как с нашей стороны, так и со стороны империи, прежде чем новая валюта развернётся и начнёт работать. Но, как я уже сказал, в основном всё понятно. Единственное, что мы неспособны сделать, это обратить время вспять. У неё не будет тыла в виде британской имперской экономики, Банка Англии и Уайтхолла. Стерлинг стоял на собственных ногах, что пока нельзя сказать о соверене. Ранее он не обращался на широком рынке иначе как через Лондон, таким образом, отсутствует мера его стоимости, а без этого критерия он может растаять как снежный ком.

Таким образом, мы должны установить стоимость фунта относительно соверена. Простая привязка его к золоту утихомирит страхи и дельцы снова займутся бизнесом. Но это решение, которое для нас имеет решающее значение. Независимо от того, какой курс мы установим, неизбежно наступим на чьи-нибудь ноги, так же как наступят и нам. Если мы обойдём киви [227] , хотя более вероятно, что они нас; индийцев или малайцев, да с кем бы мы ни соревновались, начнётся дипломатическая грызня, чтобы найти, как уязвить друг друга. То есть у нас не будет Лондона, который утихомирил бы всех и сразу. Думаю, правильным способом решить данный вопрос было бы создание банка целенаправленно для эмиссии соверена. Он закупал бы золото от производителей, чеканил монету, устанавливал курсы и ставки, выпускал какие-нибудь ценные бумаги, в общем, был бы занят настоящим делом.

– Но?
– у Локока была догадка, к чему ведёт Артур.

– Но, - вздохнул Фадден.
– Такой банк получил бы настолько огромное влияние на нашу экономику и экономические системы всех остальных, что стал бы настоящим политическим монстром, и откровенно говоря, нежизнеспособным, насколько я понимаю. Всё же, нам нужно решить, какими средствами можно всё это выполнить, играя сообща; это будет интересным. Вообще говоря, единственная альтернатива банку - рынок. Хотя я всего лишь бывший бухгалтер, но недавно проконсультировался в Казначействе и Банке Содружества, придя к двум вариантам: нас ждёт либо хаос, либо ряд серьёзных ограничений. Это дошло и до южноафриканцев, но они решили почему-то, что их золотодобыча оставит решающее слово за ними. Бог знает, откуда они это выдумали. Как только золото попадает на открытый рынок, оно уходит в торговые страны, обращающие его в деньги. Это значит, всё уйдёт к канадцам, которые станут управлять нами, или, второй вариант, в Индию. Ключи к банковскому делу в этой части мира у тайпанов. Мы знаем, что японцы разевают пасть на Гонконг, следовательно, они будут куда-то

перебазироваться. Уже есть слухи, что они переедут в Китай или Индию. На мой взгляд, последнее более вероятно. С ними уйдёт и любой выполнимый шанс создания Центрального банка, вместе с влиянием на экономику.

Фадден покачал головой. В его уме рисовалась картинка, которую он толком не смог бы и описать - жуткое чувство, будто он бредёт сквозь тьму и слышит где-то в отдалении пугающий волчий вой.

Локок позвал его.

– Артур?

– Ох...
– Фадден вернулся в действительность, но ощущение, словно его преследует неведомый хищник, осталось.

– Понимаете, я не уверен, будет ли это интересно канадцам. По моим наблюдениям, американцы обманывали их долгие годы. Поэтому, если они учуют, как извлечь пользу из всего этого, то пойдут на риск даже при большой вероятности проигрыша... Нам нужно немедленно связаться с Оттавой!

Что за беспорядочное мышление, далеко не в первый раз подумал Локок. Оно на самом деле было беспорядочным. Однажды из-за этого Фадден уже лишился места. Хотя, как предполагалось, он всего лишь держал кресло тёплым, пока серые кардиналы проработали приемлемое разрешение гонки на перепутьях. Проблема свелась к численности - у них, в конце концов, демократия. Если бы лейбористская партия удержалась на несколько дней дольше, Уайт получил бы поддержку и преодолел давление партии, но уже в роли лидера оппозиции. Однако слишком многие хотели сделать из Уайта мальчика для битья для правительства. Тогда страну фактически возглавил бы Кейси, а сам Локок оказался среди меньшинства. Хьюз уступил, оставив Уайта доверенным лидером партии. Без собственной многочисленной группировки он не рискнул выдвинуться на должность премьер-министра, хотя имел на это право, и уже утром они могли сформировать правительство…

Локок не тешил себя иллюзиями. Он был удобен, уместен и открыт для компромиссов. Про себя он уже засомневался, успеет ли справиться с работой, сделав доклад для сэра Эрла Пейджа [228] за 20 дней. Тут ещё Кейси отправляется в Канаду, а Фадден неплохо к нему относится... Ну, надеяться на лучший исход можно, а работу следует делать.

– Нужно отправить кого-нибудь толкового в Чили, - настоял Фадден.
– Они покупают наш уголь.

– Вы правы, Артур. Чили есть в моем списке, но очевидно, мы должны заняться и Аргентиной, а то они обидятся, - Уайт извлёк обрывок бумаги.
– Я уже размышлял, что Филипины нам нужны только если кооперироваться в местном масштабе с янки. И если мы разместим посольство в Сингапуре, то это перевесит остальное…

– А что насчёт Бангкока и Батавии? Я пока мало знаю о тайцах, но и с датчанами мы дел имели немного.

Снова в его уме возникла картина холодной, заснеженной равнины, сверкающей во тьме, и страшных волчьих завываний.

– Генерал-губернатор много лет был нашим связным с британскими разведслужбами. Как, чёрт возьми, мы собираемся следить за нашими друзьями и их деньгами, если у нас нет глаз, чтобы смотреть?

– Это больше похоже на уши, чтобы слушать, - неохотно вздохнул Фадден. Ему показалось, что он в третий раз слышал волка, воющего в темноте. Непонятное предчувствие вернулось - угроза, которую ещё никто не видел, но её признал бы настоящей любой, кто её узрит.

– Полагаю, пора с этим разобраться. Сейчас самый подходящий момент.

– Хорошо - хорошо, - согласился Фадден. Но, по моим прикидкам, есть еще один момент, прежде чем мы созовём правительство. Что нам делать с войсками, дислоцированными в Египте?

Индия, Калькутта, правительственная резиденция, 17 сентября 1940

– Я только что получил сообщение от генерала Уэйвелла, из Египта. Четыре итальянских дивизии, под командованием генерала Родольфо Грациани [229] , пересекли ливийскую границу по направлению в Египет и продвигаются на Сиди-Баррани [230] . Итальянцы провели артобстрел передовых позиций генерала Уэйвелла и пытались бомбить цели в Египте.