Чтение онлайн

— Сейчас, подожди секунду, — буркнул я, заметив, как приподнялись ее брови.

Скинув с себя такой тяжелый, меховой плащ, которыми обзавелся весь Легион, и, оставшись лишь в толстой кофте, подошел к Вейсе.

— Хотелось бы кое-что прояснить, — произнес я, после чего, сделав еще шаг, протянул руку и, обняв девушку за талию, замер.

Вейса, посмотрев на мою руку, перевела взгляд на мое лицо. Ее взгляд оставался все таким же холодным, но попыток освободиться она не предприняла. Тогда я обнял ее второй рукой, слегка подтянув ее к себе, после чего снова замер, ожидая какой-нибудь реакции. Однако Вейса лишь молча смотрела мне в глаза и все. Никакой другой реакции я так и не дождался. Вздохнув, подспудно ожидая нечто вроде удара коленом в пах, притянул ее к себе, слегка склонив голову. Мои губы замерли буквально в миллиметре от ее губ, но никакого

удара так и не последовало. Скосив глаза, встретился с ней взглядом, давая последнюю возможность оттолкнуть меня, а когда она ей не воспользовалась я, наконец, поцеловал ее. Легонько, едва касаясь, пытаясь дождаться хоть какого-то отклика на мои действия, и дождался. Губы Вейсы слегка приоткрылись, кончик ее языка пробежал по верхней губе, слегка смачивая, и я принял это за приглашение. На этот раз поцелуй длился до тех пор, пока Вейса мне не ответила. Серые глаза все так же лучились холодом, но не даром я столько внимания уделял психосенсорике, одним лишь взглядом меня было не провести. На следующий поцелуй Вейса мне ответила сразу. Поцелуй становился все глубже и глубже. В какой-то момент я почувствовал, как руки девушки заскользили по моей груди, поднялись до шеи. Одна ее рука оказалась на моей спине, а пальцы другой зарылись мне в волосы. Если вначале я сам прижимал к себе Вейсу, то вскоре она уже сама со всей силы прижималась ко мне. Спустя некоторое время мои руки тоже сменили положение. Одна рука легла в ложбинку между ключицами, а вторая замерла на пояснице. Поцелуй потерял последние остатки пристойности. Я, что есть мочи прижимающий к себе Вейсу, и она сама, что есть силы вжимающаяся в меня. Вскоре она уже просто лежала на моих руках, вот-вот грозя и вовсе утянуть меня на пол. Весь момент испортил тихий, удивленный присвист со стороны входа. Я тут же выпрямился, поднимая Вейсу, но, не разжимая своих рук. В палатку заглядывали трое — Карст, Арвард и Шун, последний явно уже отошел от недавнего разговора.

— Да вы продолжайте, продолжайте, — ухмыльнулся капрал. — Такое зрелище не каждый день увидишь. Столько страсти, я прямо свою молодость вспомнил!

— А я ведь говорил, что наша Вейса не просто так в него ножики кидает, — хохотнул Арвард. — Видно, знала, чем все может закончиться.

— Фига себе! — хмыкнул Шун. — Избавляться от соблазнов такими жесткими методами, Крис, дурак, ты на кого запал?

Я наклонился в поисках чего-нибудь тяжелого, но они, почуяв явную жажду крови, дружно захохотав, заблаговременно скрылись. Демоновы ублюдки! Ох и зол же я был в тот момент, но, почувствовав движение рядом с собой, тут же остыл. Вейса попыталась отстраниться от меня, однако я считал, что наш с ней "разговор" еще не закончен.

— Ну уж нет, — ухмыльнувшись, покачал головой, — так просто я тебя теперь не отпущу.

И я снова склонил голову для поцелуя.

У короля Тиринского Царства было весьма своеобразное хобби для человека, занимающего столь высокий пост. Он любил возиться в собственном саду. Естественно, все придворные люди не одобряли подобного увлечения, ведь прямо какое-то крестьянское занятие, но по вполне понятным причинам свое мнение держали при себе. Пусть нынешний король Тирина и не был скорым на расправу, но рисковать никто не хотел… да и зачем? Хочет король возиться в земле, так и пусть возится, тем более после своего сада Его Величество всегда пребывал в приподнятом настроении, чем многие беззастенчиво пользовались.

Вначале, когда Кантос только-только начал привыкать к короне на своей голове, многие, сочтя подобное положение дел слабостью Его Высочества, попробовали воспользоваться этой чертой короля. Дело закончилось тем, что после того, как небольшая делегация помогла королю в пересадке кое-каких растений, уже предвкушая свой успех, Его Величество с истинно отеческой улыбкой вынес всем помощникам смертный приговор. После этого случая пользоваться "слабостью" короля желающих не находилось. Ведь одно дело разбить вазу в покоях короля и просить снисхождения, и совсем другое дело — пытаться всучить Его Высочеству бумажку на подпись для выдачи большой суммы денег под весьма сомнительное дело. Прошло не мало времени, прежде чем властолюбивые люди сообразили, с каким человеком они имеют дело. Просто Его Величество очень умело прикидывался совершенно не тем, кем он являлся на самом деле, из-за чего не один мятежник потерял свою голову на Площади Казни перед Дворцом Справедливости.

Впрочем,

со временем некоторые все же наловчились пользоваться хорошим настроением короля — естественно, лишь в мелких, незначительных для Его Высочества делах. Правда, наряду с положительной стороной присутствовала и отрицательная, однако, по большей части, лишь для непосредственных подчиненных короля. Дело в том, что насколько Его Величество любил возиться в земле со своими растениями, настолько же сильно он любил о них говорить. По этой причине, если докладчик приходил к Его Высочеству непосредственно в сад, он практически всегда был обречен выслушивать целую лекцию о том или ином растение. Мазохистов находилось немного, но сегодняшний день являлся особенным.

Командир Королевской Службы Безопасности, она же Королевская Гвардия, она же КСБ, Михоук Далишан и сам сегодня пребывал в хорошем настроении. Именно поэтому, направляясь к Его Величеству непосредственно в сад, он не испытывал по этому поводу ни малейшего беспокойства. С другой стороны, Михоук и без этого был одним из тех немногих везунчиков, кто с легкостью мог отмахнуться от нудной лекции в исполнении короля. Поэтому ему не о чем было беспокоиться и без дополнительных причин. Только вот причины все-таки были, и весьма хорошие, а от того и сам командир пребывал в соответствующем настроении. Из-за чего и без того вечно хищное выражение лица Михоука и вовсе приобрело откровенно демонический вид, будто он и не человек вовсе. Вдобавок Далишан, сам по себе высокий и худощавый, имел привычку одеваться в черные просторные одежды, а вкупе с его длинными темными волосами и глазами подстать… скажем так, неудивительно, что все попадающиеся на его пути люди старались слиться со стеной и не отсвечивать. Тем более, внешний вид Михоука полностью соответствовал его внутреннему миру.

— Ты знаешь, я заметил, что Сильвия тебя боится, — произнес король, покосившись на буквально ворвавшегося в сад Далишана. — Смотри, — Его Величество указал в сторону большого, красивого цветка, который скукоживался и чернел буквально на глазах. — Этот цветок известен как раз тем, что прячется, чувствуя для себя опасность. Искусники, кстати, нашли в нем странные энергетические потоки, которые и предупреждают цветок о приближающейся опасности. Закрывается он, что примечательно, только при тебе.

— А я терпеть не могу цветы, — произнес Михоук, смотря на полностью "спрятавшийся" цветок. — Спрятался, гад… выглядит, будто куча дерьма.

Кантос смерил своего подчиненного укоризненным взглядом, после чего пошел набирать воды в лейку. Михоук проводил Его Величество несколько рассеянным взглядом, больше интересуясь окружающей обстановкой. Просто в последний раз он был здесь больше трех месяцев назад, поэтому многое успело измениться, вот он теперь и отмечал эти изменения. А благодаря различным экспериментам хозяина здешней флоры, изменилось многое, и весьма.

— Маньяк Вы, Ваше Величество, — произнес Далишан, когда понял, что изменилось практически все.

Мужчина удостоился еще одного укоризненного взгляда карих глаз:

— Зачем пришел?

— Доложить.

— Так докладывай, только… короче.

— Ладно, — кивнул Михоук. — Я по поводу наемников и золота. Значит так, застава устояла, все наемники мертвы, потери золота всего десять процентов.

Закатив глаза, будто требуя дать ему сил, Его Величество, тяжко вздохнув, вынул полную лейку из бочки. Поставил ее на землю, после чего, сполоснув руки и лицо все в той же бочке, вытерся висящим рядом полотенцем.

— Вы сами сказали докладывать кратко, — невозмутимо произнес Далишан, причем на его лице не дрогнул ни единый мускул.

— Мы оба прекрасно знаем, что я имел в виду.

Подойдя к Михоуку, Кантос протянул руку в сторону папки в кожаном переплете.

— Здесь все до мелочей, — расплылся в улыбке командир Королевской Гвардии.

— Говори.

— Сказалась экономия на Видящих, будь их на пару человек больше, и застава бы пала. Впрочем, она и так бы пала, но Вы не поверите, кто пришел на помощь осажденным.

— Мертвый Легион? — король поднял взгляд от папки с документами. — Здесь написано именно так.

— На деле он оказался живее всех живых.

— Тут еще написано о каком-то сильном Искуснике.

— Все, кто хотя бы приблизительно соответствует зафиксированному уровню Силы, на момент инцидента были едва ли не в противоположном конце Империи. А сверх этой информации мои агенты ничего не смогли раскопать. Такое впечатление, будто и в самой Империи никто толком не знает, что же тогда случилось на самом деле.