Чтение онлайн

Подмастерье только кряхтел, не пытаясь защищаться — знал, каналья, что виноват.

Коренастый Вартус разъяренно повернулся на оклик, буравя подходящих взглядом носорожьих глазок. Однако, увидев императорскую стражу, присмирел, только сопел недовольно.

Алекс щелкнул пальцами, писец услужливо подал деревянный планшет с листком пергамента. Фломастером быстро набросал эскиз, протянул мастеру:

— Скажи, Вартус, ты сможешь сделать такую отливку?

Драчливый одобрительно повертел лохматой головой, перетянутой ремешком, серебряная серьга в ухе закачалась.

—

Ты рисуешь почти так же хорошо, как наш художник. Дело это ненадежное — слишком длинный канал, могут быть раковины.

— Ох, вот этого никак нельзя допустить.

Вартус долго сопел, уставив могучий нос в эскиз. Потом покряхтел:

— Государь, а что, если отливку сделать цельную, а канал потом высверлить?

— А есть чем?

Мастер поманил его за собой. В глубине обширного сарая возвышалось некое сооружение. Положив руку на каменный фундамент, Вартус горделиво задрал бороду и важно изрек:

— Дивная и небывалая механика! Гляди, государь.

Алекс с юмором подумал: «Черт возьми, гении во всех мирах одинаковы». Однако очень внимательно осмотрел подобие гигантского сверлильного станка: на верхней площадке кабестан с подвешенными к спицам каменьями закреплен на вершине железного вала.

— Чем сверлишь, мастер?

Вартус взял с полки насадку — в кусок бронзы вплавлены две стальные пластины, отточенные до бритвенной остроты.

Алекс покачал головой:

— Ты молодец, Драчливый, но это не годится.

Вартус заносчиво задрал бороду:

— Это почему же?

Алекс потряс вал, вставленный в отверстия деревянных балок:

— Сильно болтается, можно испортить отливку. Сделай так, — стал набрасывать эскиз, — здесь закрепи бронзовые вставки с отверстиями, наплавь внутри них олово и обильно смазывай во время работы.

Мастер ревниво сопел, потом, пересилив себя, неохотно сказал:

— Воистину ты из Вышних, государь. — И вздохнул с сожалением: — Я бы до этого никогда не додумался.

Алекс, засмеявшись, хлопнул его по плечу:

— Успокойся, друг мой. Ты и так один из великих механиков в своей стране.

Вартус раздулся от гордости, словно гриб после дождя, носорожьи глазки засверкали: шутка ли — сам император назвал его своим другом.

Корсу, зашипев досадливо, зашептал на ухо:

— Государь, ты очень неосторожен, разве можно называть человека низкого происхождения своим другом?

Алекс насмешливо улыбнулся:

— А ты сам высокого происхождения?

Он обвел присутствующих жестким, государственной строгости взглядом:

— Кто еще не слышал: старший мастер Вартус, по прозвищу Драчливый м, — мой личный друг. А ты, мастер, постарайся, сделай для меня то, о чем я прошу. Я в долгу не останусь — ты будешь богатым человеком.

Прикрылись носорожьи глазки, лицо свирепого Вартуса помягчело, расплылось в мечтательной улыбке:

— Домик на террасе у залива, пониже храма светлоликой Ассаи. С садиком. У меня есть на примете. Много вина, хорошей еды и красивая рабыня. И никаких печей, никаких остолопов и бездельников. — Мастер пнул оцепеневшего подмастерья.

Тот и уйти боялся, и стоять дальше невмоготу было: а ну как еще плетей всыплют да за испорченную отливку вычтут?

Алекс предупреждающе поднял палец:

— У тебя будет не домик. Небольшой дворец я тебе обещаю. У тебя будет вдоволь вина и хорошей еды, рабынь — сколько осилишь. Но о покое не мечтай, ты мне нужен здесь. Такие изделия вскоре придется делать сотнями. И каждое должно быть изготовлено наилучшим образом. Кроме тебя этого не сделает никто.

Мастер вздохнул:

— Я горд твоим вниманием, Посланник, хотя иметь высоких друзей дело хлопотное и опасное. Не знаю, зачем эти болванки нужны, но чувствую, что дело государственное. А ты ведь из тех, кто щедро дарит, но и спрашивает жестоко, верно?

— Верно, мастер, верно. Сейчас же принимайся за работу. — Он повернулся к Корсу: — Проследи, чтобы ни в чем недостатка не было. Сегодня этот человек важнее всех наместников вместе взятых. Ибо на их место найдется множество людей, а этого не заменит никто.

Похолодало. С моря тащило низкие — вот-вот за макушку зацепятся — облака. Многочисленные суда в гавани, подпрыгивая, мотались на швартовах, моряки бездельничали. Ночью стражникам разрешили развести костры — было необычно холодно для этой поры.

Дворцовая челядь закуталась в синие казенные плащи. Алекс велел расставить везде медные жаровни с углями, вокруг них кучками тряслись слуги, грели руки. Государь же блаженствовал, наслаждаясь прохладой. Он чертил за рабочим столом. Рядышком сопел Драчливый, ревниво вглядываясь в появляющиеся линии. Он действительно был гениальным механиком и мгновенно разбирался в разрезах и проекциях. Бурчал:

— Это просто, я бы и сам смог додуматься.

Алекс проговорил рассеянно:

— Ага, лет через двести.

Мастер не обратил на его слова никакого внимания.

— Можно обточить железный вал… — И торжествующе: — А чем ты будешь резать железо? Никакой булат его не возьмет, это тебе не бронза.

— Возьмешь у Корсу пару небольших алмазов и велишь дворцовому гранильщику обработать их вот так — пирамидкой. Будет резать как масло.

Драчливый разочарованно взмахнул рукой:

— У тебя на все готов ответ. Легко тебе рисовать, а вот по-пробуй-ка сделать все это.

— А я тебя зачем главным механиком назначил, может, мне еще самому кувалду взять? Могу показать, тебе же стыдно будет, император молотом машет — мастера учит.

— «Механик», слово-то какое выдумал, чистое ругательство. Не бывает таких слов.

— Теперь будет. Ну-ка вали отсюда, ступай работать, а то вот прикажу палачу, он тебе живо кожу с задницы обдерет. Сам почувствуешь, каково быть битым, — Алекс засмеялся.

Вартус, неохотно оторвавшись от чертежей, закосолапил к выходу.

В углу кабинета над жаровней дрожал Корсу, закутанный в плащ — один нос торчал.

— Что, Корсу, замерз? Погоди, мы вот на север сплаваем, с ледяных гор на щитах нагишом покатаемся. Ух, здорово!