Чтение онлайн

— Ортодокс?

— Наш новый сотрудник, — быстро ответил Саймон. — Он из провинции.

— Вижу, вижу, — покивала Шейла, первой протягивая руку. — Будем знакомиться?

— С-сергей…

Сергей осторожно пожал тонкие теплые пальцы. Ему показалось, что через его руку пропустили слабый электрический ток. В ушах глухо запульсировала кровь, перед глазами поплыл розовый туман. Сергей стиснул зубы, пытаясь унять внезапно вспыхнувшее желание.

Шейла понимающе улыбнулась.

— Думаю, вы быстро у нас освоитесь. И забудете всю свою старомодную чепуху. Будет нужна помощь — звоните.

— Ага, — Сергей тупо кивнул.

Шейла махнула ему ручкой и танцующей походкой двинулась прочь. Сергей с трудом оторвал взгляд от ее… спины и посмотрел

на Саймона. Тот со вздохом потер подбородок.

— Н-да, с феромонами генотехники явно переборщили… — Он еще раз вздохнул и медленно пошел вдоль улицы. Сергей автоматически побрел следом.

— Я не понял… — через минуту он пришел в себя настолько, что смог говорить. — Вот эта… штучка, которая на ней надета, стоит кучу денег?.. Ну, вы говорили про какую-то новую модель, которую она купила.

— Она купила новое тело.

— Еще раз, — попросил Сергей, невольно остановившись.

— Новая модель — это не одежда, это новое тело, — терпеливо повторил Саймон. — Насколько я понял, это одна из последних разработок наших генконструкторов. Судя по внешним параметрам, что-то вроде «cynep-ceкси». Шейла, она вообще любительница… — Саймон неопределенно покрутил рукой. — Наверняка ускоренный метаболизм, сглаженный цикл, стабилизированный уровень половых гормонов, повышенное выделение феромонов, антицеллюлитная программа, усиленный иммунитет… ну и всякое такое…

— Человек может купить себе новое тело? — Сергей все еще не верил своим ушам. — А куда же девается старое?

— Никуда не девается, — Саймон пожал плечами. — Хранится в гардекорпе. Вы всегда можете в него вернуться.

— А если я захочу иметь не два, а три или четыре тела? — допытывался ошеломленный Сергей.

— Да хоть сто! Если, конечно, средства позволяют.

— Ну дела, — Сергей усмехнулся и поскреб макушку. — Выходит, вы научились менять тела так же, как в мое время меняли наряды?

— Ну, наряды мы тоже меняем. Хотя, когда можешь поменять тело, смена одежды уже не кажется таким уж увлекательным занятием.

— А откуда берутся эти новые тела?

— Их выращивают на биогенетических заводах. Технологи подбирают новые комбинации генов, создают опытную модель. Наиболее удачные варианты ставятся в серию. Примерно так, если вкратце.

— Клонируются, что ли? — блеснул эрудицией Сергей.

— Не совсем. Абсолютно одинаковые образцы выпускаются только по спецзаказам, а так неизменным сохраняется лишь базовое наследственное ядро, а мелкие несущественные признаки варьируются в случайном порядке. Или по желанию потребителя.

— Так что же, вы естественным путем теперь совсем не размножаетесь? — спросил Сергей, не скрывая разочарования.

— Отчего же? — усмехнулся Саймон. — Размножаемся мы как раз «естественным» путем. В основном. Выращивание тел — это ведь не размножение. Без интеллекта, без души новое тело — всего лишь кусок мяса, и не более того.

— Значит, выращивать в пробирке настоящих людей вы пока не научились, — не без удовлетворения отметил Сергей.

— Да, это оказалось не так просто, как представлялось в ваше время. Материнский организм не только защищает и снабжает питательными веществами развивающийся плод. Более важную роль играет психоэмоциональная связь между матерью и ребенком, которого она вынашивает. Отсутствие этой связи в начале жизненного пути невозможно скомпенсировать впоследствии ни воспитанием, ни обучением, ни каким-либо иным способом. Человеческие существа — даже «чистые» клоны, — которые развивались в «искусственной матке», вырастали психически неполноценными, агрессивными и крайне эмоционально ограниченными личностями. Так что реальной альтернативы естественному способу размножения пока не существует.

«И слава Богу!» — подумал Сергей, а вслух спросил: — А как вы… переноситесь из одного тела в другое?

— Если не вдаваться в технические подробности, которые вы вряд ли поймете, то можно сказать, что существуют специальные аппараты перехода. Полчаса глубокого сна — по субъективным ощущениям, —

и вы в новом теле.

— Черт возьми, — восхищенно выдохнул Сергей. — Как же вы до такого додумались?

Саймон со скромной улыбкой пожал плечами.

Минут пять они шли в молчании. Полчаса назад Сергей был уверен, что не сможет оторвать глаз от мира будущего; теперь, погруженный в свои мысли, он его почти не замечал.

— Странно, — пробормотал он, нарушая молчание. — Как же вы тут живете?

— А в чем дело? — удивился Саймон.

— Если человек вот так запросто меняет тела, как же тогда узнать, кто есть кто? Как убедиться, что я — это я, а не самозванец, который выдает себя за другого?

— Ну, это-то как раз просто! Существует метод менталоскопии, идентификации личности на основе особенностей индивидуального психополя. Метод гораздо более точный и надежный, чем те, что использовались для тех же целей в ваше, Сергей Анатольевич, время. И кстати, более быстрый и простой. Так что сейчас выдать себя за другого намного труднее, чем четыреста лет назад. Кроме того, у нас очень хорошо развита интуиция и, как сказали бы в ваше время, «сверхчувственное восприятие». Близкого человека мы, как правило, узнаем в любом облике и без всякой идентификации. Так что сложности на самом деле не так уж и велики. Зато подумайте, какие преимущества! Ведь даже одежда влияет на нашу самооценку и самочувствие, а представляете, каково это — сменить тело? Огромное количество людей в ваше время было недовольно своими внешними данными и от этого страдало. Изнурительные диеты, мучительные операции, разочарование их результатами — теперь все это в прошлом. А медицина? У нас все еще есть неизлечимые болезни, но теперь нам совсем не обязательно с ними бороться. А подумайте, какие возможности смена тел открывает перед людьми творческих профессий! Да что там, о преимуществах свободного обмена тел можно говорить часами! — горячо закончил Саймон.

— Впрочем, справедливости ради надо сказать, что не всем текущая ситуация видится в столь радужном свете, — добавил он после паузы. — Те же ортодоксы, например, ратуют за ограничение свободы перемещения из тела в тело. Они выступают за традиционную семью, за запрет на смену тел для несовершеннолетних, для политиков, для высших чиновников…

— А что такое традиционная семья? — поинтересовался Сергей.

— Это строго моногамный союз. По мысли ортодоксов, каждый человек должен иметь только одно полностью полноценное в сексуальном плане тело.

— Ну, это уж они, пожалуй, перегибают, — подумав, заметил Сергей. — А почему Шейла решила, что я ортодокс?

— Видите ли, дело в том, что ортодоксы предпочитают жить в том теле, которое досталось им по рождению. Больше в знак протеста, нежели из каких-то практических соображений. А врожденные тела, как правило, выглядят не так хорошо, как покупные. Особенно если пользоваться ими постоянно. Довольно трудно поддерживать в хорошем состоянии тело, которое используется на все случаи жизни.

— Вот как… — Гордость Сергея была уязвлена. Он-то как раз считал, что его тело в очень неплохом состоянии. Впрочем, если сравнивать с местными богоподобными красавцами, то наверное…

— А вот скажите… — Сергей умолк на полуслове и замер с открытым ртом. Окружающая действительность заставила-таки его обратить на нее внимание. И сделала это самым неожиданным способом.

Последние полсотни шагов они с Саймоном шли вдоль решетчатого забора, по меньшей мере, десятиметровой высоты. За забором раскинулся фантастический, прямо-таки неземной пейзаж. Гигантские деревья вздымали к безоблачному небу раскидистые перистые кроны, незнакомые Сергею кустарники и деревца поменьше сплетались в непроходимые заросли. Листва деревьев и кустарников была какого-то неестественного, сине-фиолетового с красноватым отливом цвета. На примыкавшей к забору голой рыжей «поляне» не росло ни единой травинки. За забором не слышно было пения птиц и не видно ни одной бабочки. Но не эта странность огороженной территории привлекла к себе внимание Сергея.