Империя
Шрифт:
Пещера эта оказалась не так плоха, как можно было ожидать от жилища горца. В Империи бродило немало слухов о том, что эти варвары спят на ледяных кроватях, а укрываются... Корус даже не хотел вспоминать те безумные истории, рассказанные ему в столице. Несмотря на морозный ветер, гуляющий в горах, здесь было тепло и сухо. На земле лежали несколько бараньих шкур, а в центре горел небольшой костёр, дававший достаточно тепла, чтобы обогреть всю пещеру. А рядом с этим костром сидела незнакомая Корусу женщина.
– Тарга!
– крикнул ей вождь, заходя внутрь, - У нас гости!
– Вижу, - женщина, которую назвали Таргой, внимательно посмотрела на генерала, который так
– Имперцы..., - буркнул Ро, усаживаясь рядом с женой, - Бабам кланяются даже. Неудивительно, что вы такие слабаки. Чего встали? Садитесь у огня! Говорить будем, если вы за этим пришли.
– Тебе бы следовало кое-чему у них поучиться, Ро, - шепнула женщина с ехидной улыбкой, а затем посмотрела на двух имперцев. Первый, старик с иссечённым шрамами лицом, ей понравился. В нём чувствовалась сила и правда. Наверняка он был одним из вождей имперцев, и, судя по его прямой спине, этот старик не привык кланяться кому-либо. Он напомнил Тарге Хароудела.
Но второй, тот, что был одет в какую-то тёмную рясу, в которой он более всего походил на одного из этих странных проповедников, шаманке совсем не понравился. На лице имперца царила дружелюбная улыбка, а в глазах была теплота, но духи шептали ей... <<Чёрный человек, несущий смерть, берегись его! Не верь ему!>>
Она не стала сразу же говорить мужу о том, что шепчут ей духи, но позже, когда имперцы покинут их дом, она расскажет, а пока пусть говорит, а она будет смотреть и слушать...
– Садитесь к огню, - улыбнувшись, сказала Тарга, не отрывая взгляд от человека в рясе, - Вы замёрзли и вам нужно тепло.
– Разумное предложение, - Тагорн, опередив Коруса, подошёл к костру и неловко уселся на одну из шкур, и генерал последовал его примеру. Корус с нескрываемым удовольствием протянул замерзшие руки к огню, и не заметил, как Тагорн и женщина горца смотрят друг на друга. Если бы он обратил на это внимание, то, возможно, судьба империи пошла бы по совершенно другому пути. Но годы подточили внимательность Коруса, и сейчас он больше смотрел на костер, нежели на то, что его окружало.
– Этого зовут Корус, - Хароудел указал пальцем на генерала, - А этого... как тебя звать-то?
– Тагорн, милорд, - торопливо пробормотал бакортец, - И мы с моим другом пришли сюда, чтобы говорить с вами от лица Императора, - встретившись взглядом с вождём, он на секунду замялся, но, собравшись с силами, продолжил, - Его Императорское Величество, в своей милости и благосклонности...
– Так! Ты говорить не будешь, - поморщившись, сказал Ро, - Лучше ты рассказывай: зачем сюда припёрлись?
– он взглянул на Коруса.
– Мы пришли сюда с одной целью - заключить мир, - спокойно сказал генерал, глядя на огонь. Он и забыл, как приятно может быть обыкновенное тепло, - Но не такой мир, где оголтелые племена горцев рыщут по границам в поисках, что бы пограбить и пожечь, о нет! Больше вы не будете сеять хаос и разруху в Катарской Империи. Вы станете частью её!
– Что?!
– брови Хароудела непроизвольно поползли вверх.
– Каждый горец, сложивший оружие и принявший наше предложение, получит в дар свободу, пищу, кров и землю. Впервые у вас есть шанс стать свободными гражданами Империи, и для этого от вас требуется только одно - сложить оружие, - Корус смотрел прямо в глаза Хароуделу, - Вы сможете оставить эти пещеры и жить как люди. Вы сможете выращивать пшеницу и пасти
скот. Ваши люди не будут погибать от холода и голода. И ваши же задницы будет защищать та самая армия, с которой вы, уже чёрт знает сколько, воюете.Тарга, видя, что её муж уже готов послать имперцев в одно известное место вместе с их предложением, положила руку ему на плечо. "Не пори горячку", - сказала она ему взглядом. Хароудел хотел спасти свой народ, и сейчас Корус, вождь имперцев, предлагал им спасение.
– Хм..., - пробормотал Ро, переглянувшись с женой, - Не скажу, что твои слова приятны мне. Честно сказать, они мне совсем не приятны... Меня просто воротит от одной мысли о том, что клан Чёрных черепов станет собачками этого вашего Императора! Но я подумаю над твоим предложением, Корус Ватар. Подумаю...
* * *
На большее они и не рассчитывали. Тот факт, что им удалось заинтересовать Хароудела, уже был огромным успехом. Теперь же оставалось только дождаться, пока вождь примет решение. Тарга, жена вождя, сказала, что тот даст ответ следующим утром, а на эту ночь двоих имперцев поместили в одну из пустующих пещер, которая была явно меньше той, в которой жил вождь, но при этом тоже была устлана шкурами, и в центре её горел костёр. Это весьма порадовало генерала, который совсем не хотел проводить ночь на морозе.
Имперцы улеглись напротив костра и уже готовились ко сну, когда Корус неожиданно сказал:
– Знаешь, а я ведь воевал с ними почти всю жизнь. Первую свою битву, еще будучи простым легионером, я принял именно в этих горах. Тогда страной правил Шарил Восьмой. Он был первым из Императоров, кто так близко подошёл к тому, чтобы навсегда выкорчевать этих варваров. Мы штурмовали эти горы два года и потеряли столько людей, сколько может жить в крупном городе! Солдаты умирали от болезней и холода, горцы устраивали обвалы, засады и прочую хрень, которая косила наши ряды. Мы проливали столько крови для того, чтобы победить их, а теперь... Элхарт всего за несколько дней, почти без всяких потерь, дошёл до того, что горцы сами радостно кинутся жать ему руку. А всего-то потребовалось поговорить с ними.
– В Империи редко когда говорят с теми, кого считают ниже себя, - хмыкнул Тагорн, - Так уж заведено у нас.
– Но это ведь безумие! Если бы мы тогда, тридцать лет назад, выслали к горцам парламентёров, то, возможно, и не было бы столько крови. Мы могли бы решить все это миром!
– Не пойми меня превратно, Корус, - Тагорн посмотрел на генерала, лежащего на шкурах, - Но... солдат, жаждущий мира?
– Удивлён?
– улыбнулся генерал, - Я много лет воевал, дружище, сначала за Шарила, который, честно говоря, был настоящей бабой, потом за Харлета, которого теперь все называют не иначе как Узурпатор, а потом и за Элхарта. Я воевал, Тагорн, убивал десятки людей и проливал кровь, но делал я все это ради мира.
– Не понимаю...
– Ты помнишь, какой была жизнь при Узурпаторе? Тебя могли убить просто за то, что у какого-то из его лакеев было дерьмовое настроение. То время считалось миром, но это была неправда. Мы воевали, Тагорн. Мы сражались за свои жизни каждый божий день, пусть и не понимали этого. Мы жили в мире, но при этом вели самую страшную войну из тех, что знала Катарская Империя, - на секунду Корус замолчал, погружаясь в те страшные воспоминания, что до сих пор приходили к нему ночами в виде кошмаров.
– Я захотел прекратить эту войну, и чтобы сделать это, мне пришлось вывести её в реальную плоскость. Начать восстание, которое позже переросло в то, что тебе известно как "гражданская война".