Илония
Шрифт:
– Если бы он был без хозяина, то да, но мы вернули бы его хозяину.
– Вы не поверили, что он мой.
– Опять ты за свое! Да я и сейчас не верю. У служанок нет своих лошадей, да еще таких красивых.
– А я не служанка, - воскликнула Алаина.
– Да что ты говоришь, конечно, ты у нас принцесса, не меньше. Только принцессы, да будет тебе известно, не ходят в таком виде и умываются, если ты знаешь, что это такое.
От стыда Алаина закрыла лицо руками. Что с ней такое, что на нее смотрели так странно, и теперь говорят такое.
А принц продолжал:
– Нормальная не прыгает с такого обрыва и нормальная не кидается
– А вы ударили меня. Меня никогда и никто не бил.
– Да ты что? Тогда ты точно переодетая и заколдованная принцесса. Даже принцев и то наказывают.
– Этого не может быть.
– Алаина недоверчиво взглянула на принца.
– Может, - хмуро подтвердил Корн и замолчал.
Походив в молчании по комнате, он опять остановился около девушки. Та опять дернулась.
– Послушай, я не хотел тебя ни напугать, ни обидеть, ни забирать твое сокровище по кличке Арик. Все это получилось глупо и случайно. И я прошу у тебя за это прощение. Ты слышишь меня?
Алаина кивнула.
– Теперь я тебя прошу, помоги мне снять сапоги. Мне действительно самому их не снять, они слишком высокие. Вообще, мне без разницы, я могу и в них лечь на пол. Но утром придет отец и если мне получать выволочки привычно, то тебе советую не испытывать на себе его гнев. Потом мы с тобой уберемся, ты возьмешь гребень, расчешешь волосы и умоешься. Мне кажется, ты не такая уж и страшная. И если тебя привести в порядок, не будешь кидаться на людей. Ну, а дальше можешь спать, а у меня весь сон прошел из-за тебя, посижу в кресле. Ты согласна?
Алаина пожала плечами. Выбора у нее не было.
Вместе они еле-еле сняли сапоги, ибо те оказались действительно очень высокими и никак не хотели сниматься. С трудом, но с сапогами было покончено, и, намочив водой из приготовленного здесь кувшина одно из полотенец, Алаина вытерла грязный пол. После этого принц решительно протянул ей гребень и подвел к зеркалу. Взглянув на себя в зеркало, Алаина в ужасе отшатнулась. Волосы торчали в разные стороны, лицо было расцарапано, на некоторых царапинах виднелась засохшая кровь, одна щека была красная и распухшая, вдобавок, на пыльном лице видны были светлые дорожки от слез. Теперь понятно было удовлетворение на лице госпожи Сватке и непонятная реакция окружающих.
– Ты что, никогда в зеркале себя не видела, - принц заметил, как она потрясена.
Неопределенно мотнув головой, Алаина нерешительно опустила руки в тазик с водой. Под молчаливым наблюдением принца, она тщательно умылась. Умываться пришлось долго, оттирая засохшую кровь. А прохладная вода так приятно охлаждала распухшую щеку. Напоследок принц взял кувшин и полил ей на руки, чтобы она сполоснула лицо чистой водой. Расчесывая волосы, Алаина подумала, что может не стоит ничего делать со своей внешностью, ведь утром опять на нее будут глазеть, а в таком страшном виде она не будет привлекать внимание. Но как объяснить такое стоящему рядом принцу? Он явно дал понять, что пока она не приведет себя в порядок, он не успокоится.
С волосами пришлось тоже повозиться, но и с ними Алаина справилась. Наконец она взглянула на себя в зеркало. Результат ее удовлетворил. Хоть и чистое, лицо все равно было неузнаваемым из-за распухшей щеки, и теперь главное было - не поворачиваться ни к кому здоровой щекой. Завязав волосы в хвост, Алаина искоса взглянула на принца. Он задумчиво смотрел на нее, и Алаина порадовалась,
что он стоял со стороны раздувшейся щеки.– Ты знаешь…, - прервал, наконец, молчание принц
Но вдруг прислушался к шороху со стороны двери. Подскочив к двери, он с удивлением увидел, как под ней появился ключ.
Взяв его, он подошел к Алаине.
– Ну, и что все это значит?
Алаина с вызовом посмотрела на него.
– Ложитесь спать, принц, ничего страшного не произойдет.
– Нет уж, пока я не узнаю, что тут происходит, я не отдам тебе этот ключ.
– Хорошо. Вашей матушке понравились мои пирожные и мне надо спечь их к завтраку. Как только я их сделаю, я вернусь, чтобы не разгневать вашего батюшку, - и Алаина протянула руку за ключом.
– Ладно, но я иду с тобой, - усмехнулся принц и направился к двери, - только не уверяй меня больше, что ты не служанка. По-моему, благородные девушки не занимаются по ночам стряпней.
Алаина вспыхнула, но решила промолчать. Может, это к лучшему. Так ничего и не сказав, она пошла за принцем, уже отпиравшему дверь.
Принц осторожно открыл дверь и выглянул наружу. Никого не было. Только тишина и темнота. Все успокоились. Они вышли и заперли за собой дверь. Тут принц спохватился, что он без сапог.
– Эх, ну да ладно, тише будет, а теперь веди меня, - прошептал он.
Было смешно красться потихоньку, напрягаясь от малейшего шороха, но они всерьез боялись, что их заметят. Зато, когда они добрались до кухни, то, взглянув друг на друга, невольно рассмеялись. Повар Втоки посмотрел на них и тоже заулыбался.
– Мы тебе все приготовили, девочка моя, вот там, на столе, так что ты быстро управишься. Тем более, что ты с помощником.
Алаина смутилась, а принц опять рассмеялся:
– А что, я однажды пробовал, но мне потом пришлось самому съедать все, что я сделал. Никто не хотел рисковать угощаться, - и он первым кинулся к указанному столу.
Алаина поспешила за ним, радуясь, что красной щекой по-прежнему находится к принцу, а нормальной к повару, а то тот бы непременно спросил, что с ней случилось.
Занявшись привычным делом, Алаина начала обретать душевное спокойствие. Руки проворно месили тесто, вырезали кружки и ромбики. Принц немного помогал, выкладывая готовые кусочки на противень, и все время что-то рассказывал. О том, какой повар у них в замке, что готовят у них, и даже попутно вспомнил несколько рецептов, которые тут же выложил Втоки. Пока пирожные стояли в печи, он тоже все время рассказывал смешные истории из жизни их замка. Алаина слушала и не могла удержаться от смеха. Принц Корн знал в своем замке все и всех, от сокровищницы до выгребной ямы, от главного министра до мальчишки-поваренка. И рассказывал он обо всем интересно, показывая в лицах то одного, то другого.
Когда пирожные вытащили из духовки, он уже не балагурил, а, внимательно изучив, как Алаина выкладывает кремом узоры, взялся попробовать сам. Испортив несколько и тут же их съев, он все-таки успел сделать пару штук нормальных. Наконец Алаина объявила:
– Все!
– Ну, все, так все, - Втоки подошел и полюбовался, - иди теперь отдыхай, немного до утра-то осталось.
Так же тихонько вернулись Алаина и принц назад в комнату. Закрыв дверь, они как бы огородились от того веселого настроения, что охватило их на кухне. Здесь было темно, и только луна заглядывала в окно, освещая комнату синеватым цветом.