Чтение онлайн

Леди Лайна также оживилась и лично занялась осмотром комнат невестки и ее сыновей. Иллару самому пришлось тащить по ее поручению букеты цветов из королевского сада. При этом садовник готов был срезать все цветы. И предусмотрительная Лайна, каждый раз посылая Иллара в сад просила его напомнить садовнику, чтобы тот за раз срезал не все цветы. И только Интар на общем фоне сумасшедшей суматохи выглядел как обычно спокойно и невозмутимо.

Корн с Алаиной выехали дочери навстречу. На этот раз Иллар не стал скрываться. Ему в самом деле было интересно посмотреть на женщину, которая вызвала такой переполох в огромном степенном замке. Тем более, что с ней должны были приехать Стенли с Тарлином. А Тарлин был единственным человеком, с которым Иллар согласился бы встретиться без

угрозы своему душевному спокойствию.

Кавалькада всадников ворвалась во двор королевского замка как ураган. С передней белоснежной кобылы соскочила изящная женщина в амазонке и, швырнув через плечо шляпку, от чего ее роскошная грива волос рассыпалась по спине, звонко крикнула:

– Я наконец дома!

И тут же на нее обрушился шквал цветов.

– Ой, - рассмеялась она, - я больше в жизни никуда не поеду.

– Как же, - засмеялся рядом с Илларом Латин, незнамо когда очутившийся рядом с ним.
– Вот увидишь, через десять дней она будет ругаться и жаловаться, что здесь скучно.

А Талина в это время уже успела обняться, о ужас, со всеми конюхами, забиравшими у нее и ее спутников лошадей, потом стражниками, стоявшими в почетном карауле на парадной лестнице. При этом, как заметил с удивлением Иллар, каждого она называла по имени, что-то спрашивала, отвечала на шутки.

– А это кто?
– не удержался и спросил Иллар Латина, показывая на высокого человека, в обычном костюме путешественника, шедшего за Талиной и с улыбкой наблюдавшего за ней. Он тоже здоровался со стражниками, называя их по именам, его били по рукам, по плечу, смеялись, и он отвечал шутками.

– Это Старк, ее муж. А вон смотри, Стенли с Тарлином.

Но Иллар их уже заметил. Они шли чуть позади, довольно улыбаясь и светясь от счастья. И только Иллар заметил, как они изредка бросали взгляд в толпу встречающих их мать людей, словно ища кого-то. Кого, Иллар не сомневался. Ему почему-то стало от этого приятно.

Навстречу Талине выскочила девчушка, вырвав руку из руки Лайны, и вот уже Талина подхватила племянницу на руки и весело ее защекотала. Потом передала ее мужу, а сама кинулась в объятия невестки, завертев ее на месте. Иллар впервые увидел, как мать улыбается не просто вежливо и ласково, а радостно. И тут же оставив Лайну, Талина повернулась к брату. К нему она не бросилась, а просто прижалась к его груди, а он обнял ее и, наклонившись, что-то шепнул. Она подняла голову, и он поцеловал ее в щечку. После этого она рассмеялась, отскочила от него и бросилась в замок.

Иллар еще только заметил, как Интар со Старком обменялись крепким рукопожатием, как волна народа оттеснила его во двор. И тут его перехватил Тарлин.

– Как ты?
– взволнованным шепотом спросил он.

А другой голос добавил:

– Не уезжаешь?
– и в голосе Стенли не было обычной его язвительности, а искренний страх и беспокойство.

– Потом, - только и смог ответить Иллар, и толпа опять разделила их.

Следующие дни были как в тумане. Весь замок ходил ходуном. Неугомонная Талина, казалось, была везде. И в подвалах с вином и в башне у старого Карлита. И на кухне и на Королевском Совете, где она, как слышал Иллар, доказывала преимущество улиских тканей перед заморскими, идущими через Бахру и слишком дорогими. И в конюшне и на балу, тут же устроенном в ее честь. При этом на балу были отнюдь не знатные особы. Вернее в бальном зале танцевали лорды и леди. Но танцевал весь замок, и Талина была везде.

За все дни Иллар сбивался с ног от усталости. Что по сравнению с этим тренировки на тренировочном плацу. Здесь же пажам приходилось за день пробегать по несколько лиг вверх - вниз по лестницам. И даже оруженосцы, свысока поглядывающие на пажей, хотя сами несколько лет назад были такими же, также носились по замку с поручениями своих лордов. Стенли с Тарлином не были исключением, им даже доставалось больше всех, ибо они были при самой непоседливой особе при дворе - своей матери. Иллар встречался с ними несколько раз на лестницах или в коридоре, но им некогда было даже перекинуться парой слов.

Самое удивительное, что при всей этой суматохе в замке

оставались-таки три человека, которые были спокойны и сохраняли хладнокровие. Естественно, это был сам принц Интар. С ним почти не расставался Старк. Они вместе проводили время в кабинете Интара, вместе выезжали в город и за его пределы. И еще один человек - королева Алаина. Она, в отличие от мужа, а король Корн, помолодев лет на тридцать, участвовал во всех мероприятиях дочери, строго следила, чтобы замок окончательно не превратился в балаган. Она напоминала поварам, что нужно готовить, а не расставлять мебель в комнатах, конюхам, что нужно заниматься конюшней, а не украшать башни замка цветами, писцам - не готовить, дамам - не прибивать самим гобелены, лордам - не заниматься сапожным делом, соревнуясь, кто сделает своей даме туфельку красивей. Она же следила, что бы Овета вовремя легла спать. Ибо рядом с тетей всегда спокойная девочка была возбуждена, и матери было невозможно увести ее в свою комнату. Тетушке тем более. Один раз Иллар увидел, как обессиленная Алаина вышла из комнаты и вернулась с сыном. Тот запросто подхватил сестру на руки, сверху усадил счастливую дочь и таким образом унес их в комнату Оветы. По дороге он им что-то тихонько рассказывал и когда донес до детской, Овета уже спала.

Прошло дней семь, прежде чем замок начал успокаиваться. При этом, происходить это стало, как только Иллар заметил, что его мать начала уставать. Только что она улыбалась, а тут незаметно прижала руку к сердцу. Иллар испуганно вскочил, ища Витиву, чтобы сказать ей об этом, если она сама не заметила, но вместо нее увидел напряженный взгляд Интара, не спускавшего глаз с жены. После этого он под каким-то предлогом увел ее, а на следующий день жизнь замка начала возвращаться в свою колею.

Все было вроде также. Также Талина была везде и была шумна, но все равно стало гораздо тише. В караульной уже можно было не видеть повара, режущегося в какую-то новую карточную игру, что привезла Талина, а на кухне - дворян, украшавших кремом шляпки своих дам. Все встало на свои места.

Кроме того, что случилось с Илларом.

Произошло это в тронном зале, где обычно проходили балы и принимались высокие гости. Был именно такой прием, и все шло, как обычно. Кроме того, что уже по окончании церемонии, в зал вбежала Овета. Девочка была увлечена новым подарком тети - разукрашенным ветриком, который развивался разноцветными ленточками, когда она с ним бежала. Вначале ее никто не заметил, но когда она споткнулась и, растянувшись на полу прямо около Иллара, разревелась, все глаза устремились на нее и на пажа, который, вопреки простому человеческому чувству, не бросился поднимать маленькую девочку, а, наоборот, отшатнулся от нее. И многие успели заметить выражение брезгливости и отвращения на его лице, прежде чем он взял себя в руки и лицо его не стало таким же, как обычно, ничего не выражающим.

Те, кто был рядом, бросились поднимать девочку, когда к дочери подбежала леди Лайна и, прижав ее к себе, оглянулась на своего пажа.

– Ты чудовище, - крикнула она ему, - я не желаю больше видеть тебя около себя и моей дочери.

Иллар ничего не понял. Он оглянулся, но увидел вокруг себя испуганные лица, которые поспешно отступали от него. И тут до него дошло, что слова леди Лайны, его родной матери, были обращены к нему. Он побледнел и зашатался. Но Лайна уже уходила прочь, унося дочь. А к нему подходил сам лорд Интар. Глаза его были холодны и непроницаемы. Он бросил только:

– Следуй за мной.

И у Иллара не возникло желания перечить ему. Он только оглянулся на трон, где сидели Корн с Алаиной. Ему надо было, чтобы кто-то объяснил, что происходит, но Алаина закрыла лицо руками, а Корн был суров и печален. И тут до Иллара дошло, что его неприязнь к сестре вылилась наружу.

Он внезапно успокоился. Его сейчас выгонят, он спокойно уедет в Торогию и вернется к своей матери только как победитель. Победитель ее врага, ее ужасного мужа.

Перед ним расступались, как перед прокаженным, и только на выходе из зала его догнали Стенли с Тарлином.