Играя с судьбой
Шрифт:
Покачав головой, я развернула выписку скопированную из канцелярской книги, которую сумел раздобыть Дон. Сухая отметка о собственноручно подписанном Ордо приказе была единственным следом, указывающим, где нужно искать Да-Дегана.
Полчаса назад я показала эту выписку Аторису и получила в ответ потрясающую реакцию: до такой степени явного недоумения, настолько сильного удивления мне на его лице видеть никогда раньше не приходилось. Да и я сама не смогла до конца поверить бумаге, которую сумел отыскать Дон. Ну не мог Аторис, будучи в здравом рассудке, отправить в форт Файми воспитателя своих детей.
Не прошло и пяти минут, в мои руки лег лаконичный приказ: "Заключенного Да-Дегана
– Если Дагги попал в Файми, то вряд ли он выжил.
– Ты сомневаешься?
– Я надеюсь, что в книги закралась ошибка. Не помню, что подписывал подобный приказ. Да я бы и не подписал, ты же знаешь... Но убедиться необходимо.
– Кого пошлешь?
– Тебя. Ты не станешь врать, и... Фори, я знаю, ты сделаешь все, что необходимо, даже больше того, - чиркнув зажигалкой он закурил и совсем тихо добавил: - Тебя не было на Рэне в дни бунта. Пожалуй, я только тебе я могу довериться. Поэтому прошу, сделай это. Когда это будет тебе по силам - вытряси правду из коменданта. Я должен знать...
Зажмурившись, я отогнала воспоминание, нащупала в кармане плотный конверт с приказом и снова взглянула в зеркало. Оправив подол шерстяного платья, накинула на плечи теплую шаль и случайно обратила внимание на желтовато-зеленый глазок кибердиагноста, обвившего запястье: Вероэс нацепил его на меня для страховки, заправив несколькими ампулами с лекарствами, да еще и вручил Дону аптечку - на всякий случай.
Только увидев свое отражение в зеркале, я поняла, с чего так нервничал медик, собирая меня в дорогу. Старика разрывало беспокойство за мое здоровье и судьбу друга. Но когда я решила, что еду немедленно, что не собираюсь тратить зря ни минуты, он не посмел со мной спорить.
– Фори, я понимаю, если Дагги попал в форт, он вряд ли выжил, - прошептал свекор.
Я твердо посмотрела в его глаза и слегка улыбнулась.
– Мы же с тобой это точно не знаем...
Я не хотела ему ни лгать, ни обнадеживать. Я не хотела обнадеживаться сама: где находится Файми, я знала достаточно хорошо. Но не попытаться ободрить свекра я не смогла.
Да, то что Дагги Раттера не значился в списках узников, умерших в заключении, могло быть простой ошибкой, недобросовестным ведением списков. Тому можно было найти сотню причин. Но у меня закололо сердце, когда на миг подумалось, а вдруг ошибки нет? И, похоже, Вероэс, рассуждал так же. Взглянув на свекра, я попыталась ему улыбнуться и почувствовала, как у левого угла рта дернулась жилка: тик.
Впрочем, не впервые за четыре истекших дня я поражалась, ужасалась и была готова устроить истерику: к положению дел на Рэне после бунта, я была не готова. Изучая документы, пытаясь понять насколько сильны изменения и что можно сделать для нормализации обстановки, я часто ловила себя на том, что слезы непроизвольно катятся по щекам. И хоть прежде в своей работе, я сталкивалась ситуациями и хуже, в этот раз мне часто становилось нестерпимо больно: ведь это была не чужая планета, а Рэна, которую я любила.
Вцепившись пальцами в шаль, я поспешила отвернулась от Вероэса, надеясь, что свекор не заметил, как у меня перекосилось лицо. Я безумно хотела увидеть Да-Дегана живым, и не корить себя за то, что, быть может, сама поспособствовала его гибели. Это я, глупая женщина нашла детям Аториса наставника. И я же порекомендовала Да-Дегана координатору, когда стало ясно, что сам тот с близнецами не справится: мальчишкам были нужны внимание, забота и твердая рука, которых вечно занятый делами отец дать им просто не мог. Да-Деган, этот
длинновязый парень, более всего похожий на бледную, бесцветную моль, непостижимым образом умел договориться с самым капризным и непослушным ребенком, расположить к себе и заставить слушаться.Если быть до конца откровенной, он не очень-то был мне по душе - этот высокий, задумчивый, слегка нескладный соседский парень. В отличии от большинства ровесников он казался лишенным жизненных сил, и, признаться, в юности меня это изрядно злило. Потом злость прошла, и осталось лишь удивление: четыре года назад, в день моего отлета с Рэны он выглядел совершенно так же как и двадцать семь лет назад, в день, когда я увидела его впервые. Дагги словно навеки застрял в одном возрасте - казалось, ему чуть больше двадцати. А еще я безумно любила, когда он улыбался: улыбка преображала скучное бесцветное лицо, в холодных серых глазах словно зажигались звезды, маска неудачника и зануды слетала, обнажая душу мечтателя. Но он очень редко улыбался кому-то кроме своих воспитанников.
Заслышав шаги в коридоре, я обернулась к двери как раз в тот момент, когда в комнату вошел Дон с охапкой теплых вещей.
– Вот, - проговорил он, вытерев выступивший на лбу пот.
– В этом ты не должна замерзнуть.
Переобувшись, я накинула на плечи шубку, а шапку, не решившись ее надеть, взяла в руку. Обернулась к Вероэсу.
– Ну, пожелай мне удачи, - попросила я старика, перепрятав приказ в глубокий карман шубы.
– И чтобы Судьба не чинила препятствий.
Медик кивнул. Вместо слов махнул рукой. Я вцепилась в руку сына и вместе с ним вышла из комнаты.
За дверями к нам присоединилась небольшая толпа - пятеро мускулистых, крепких парней, которых Аторис приставил мне в качестве личной охраны. Я гнала от себя мысли о том, приставлены они не защищать, а присматривать за мной, чтобы я не сбежала, понимая, что вооруженные люди в форме порой могут оказаться более весомым аргументом, чем гербовая бумага.
Наши шаги гулко прозвучали в тишине заснувшей резиденции. Шел второй час ночи. Даже фонари во дворе полупритушены и горят вполнакала. И только окна в кабинете Ордо - в противоположном крыле на втором этаже - ярко освещены.
Стоило выйти из дома и пройти несколько шагов, как неизвестно откуда налетел ледяной порыв ветра. Поежившись от холода, я подумала: "Вот лето и кончилось".
Сезон ливней всегда обрушивался на Амалгиру внезапно, безо всякого предупреждения. В какой-то момент на остров налетал холодный и сильный ветер, а следом - через пару часов небо затягивалось низкими темными тучами.
Взглянув на небо, я не увидела звезд - видимо, и впрямь, ливни уже на подходе, и через несколько часов, по возвращении, я застану на острове серую хмарь, тихий шепот дождя, прохладу и скуку. Самая противная погода для здорового человека, но самое то для меня: ничто не помешает сидеть тихо в своих покоях, не заставит перечить врачу, покорно принимая лекарства, ничто не позовет на свободу - к зелени трав, синему небу и солнцу. Целый месяц над городом будет висеть серый занавес туч, и туманы будут клубиться в низинах. Затяжные дожди убьют всякое желание бродить по улочкам Амалгиры.
По возвращению я стану послушной пациенткой. Буду слушать ворчание Вероэса, и соглашаться, не споря с ним. Может быть, возьму колоду карт, и мы с Лией будем играть в одну из тех игр, что не возбраняются в высшем обществе. Может быть, я сбегу еще раз - мое присутствие на переговорах выставлено Арвидом Эль-Эмрана обязательным условием, но это станет последним нарушением режима.
Одинокая капля упала мне на щеку, как обещанье дождя. Коснувшись пальцами лица, я стерла слезинку, слетевшую с неба и пошла к флаеру.