Чтение онлайн

Но Саула не следовало презирать по трем причинам. Во-первых, потому что его дал Бог: рассказывается в 1 Цар 9, 16, что Господь сказал Самуилу: «Завтра в это время Я пришлю к тебе человека из земли Вениаминовой, и ты помажь его в правителя народу Моему – Израилю, и он спасет народ Мой от руки Филистимлян; ибо Я призрел на народ Мой, так как вопль его достиг до Меня». И ниже, 10, 24: «Видите ли, кого избрал Господь? подобного ему нет во всем народе». Во-вторых, потому что Саул был дан при посредничестве святого пророка, который помазал его, как рассказывается, 1 Цар 10, 1: «И взял Самуил сосуд с елеем и вылил на голову его, и поцеловал его и сказал: вот, Господь помазывает тебя в правителя наследия Своего. И ты спасешь народ Его от руки врагов Его, окружающих Его» [527] . О святости же Самуила /f. 261b/ сказано, 1 Цар 3, 20: «И узнал весь Израиль от Дана до Вирсавии, что Самуил удостоен быть пророком Господним». А о помазании Саула и Давида в правители рассказывается, 1 Цар 10 и 16 и Сир 46, 16: «Возлюбленный Господом своим Самуил, пророк Господень, учредил царство и помазал царей народу своему». В-третьих, потому что было явление и существование Саула. О явлении Саула говорится, 1 Цар 10, 23–24: «И он стал среди народа и был от плеч своих выше всего народа. И сказал Самуил всему народу: видите ли, кого избрал Господь? подобного ему нет во всем народе». Рассказывается также и о существовании его, как телесном, так и духовном. И сначала скажем о телесном, как

говорит Апостол, 1 Кор 15, 46: «Но не духовное прежде, а душевное, потом духовное».

А телесное существование Саула было в том, что он был мужем неустрашимого сердца. Ибо он храбро нападал на врагов ради избавления народа своего, что явствует из первой и последней битвы. Ведь в первой битве, в которой он начал сражаться, «взял он пару волов, и рассек их на части, и послал во все пределы Израильские чрез ... послов, объявляя, что так будет поступлено с волами того, кто не пойдет вслед Саула и Самуила. И напал страх Господень на народ, и выступили все, как один человек. ... И сказали пришедшим послам: так скажите жителям Иависа Галаадского: завтра будет к вам помощь, когда обогреет солнце». И отряды Саула «проникли в средину стана во время утренней стражи и поразили Аммонитян до дневного зноя; оставшиеся рассеялись, так что не осталось из них двоих вместе», 1 Цар 11, 7, 9, 11. Люди Иависа, помня о его благодеянии, почтили Саула по смерти его, как повествуется в конце Первой книги Царств. Ведь они исполнили то, о чем говорит Апостол, Кол 3, 15 /f. 261c/: «И будьте благодарны». Ибо «неблагодарный в душе оставит своего избавителя», Сир 29, 19. На эту тему Мудрец говорит, Еккл 9, 14–15: «Город небольшой, и людей в нем немного; к нему подступил великий царь и обложил его и произвел против него большие осадные работы; но в нем нашелся мудрый бедняк, и он спас своею мудростью этот город; и однако же никто не вспоминал об этом бедном человеке». В последнем же сражении раскрылось величие сердца Саулова: ведь он знал, что должен был умереть, и тем не менее пошел в сражение и предал себя смерти за народ свой. Посему за это Иосиф различными способами восхваляет Саула [528] , говоря: «Саул же сознательно спешил навстречу смерти и храбро сражался. Ибо только мужественные презирают страшные обстоятельства. Такое мужество более всего подходит царям, которым в соответствии с их верховной властью нельзя быть не только плохими по отношению к подданным, но и умеренно хорошими». И Давид восхваляет Саула, 2 Цар 1, 22–23: «Лук Ионафана не возвращался назад, и меч Саула не возвращался даром. Саул и Ионафан, любезные и согласные в жизни своей, не разлучились и в смерти своей; быстрее орлов, сильнее львов они были».

Духовное же существование, которое было в Сауле и которое Бог больше всего отыскивает в человеке, обозначается в 1 Цар 15, 17: «Не малым ли ты был в глазах твоих, когда сделался главою колен Израилевых, и Господь помазал тебя царем над Израилем?» Ибо великое смирение Саула проявляется в том, что он ходил искать ослиц отца своего, и тогда было дано ему царство, и по получении царства, он сохра/f. 261d/нял то же смирение, которое было у него и прежде, когда он был частным лицом. Ведь он ходил позади волов, когда утром возвращался с поля, как повествуется в 1 Цар 11. И потому «очи Господа призрели на него во благо ему, и Он восставил его из унижения его и вознес голову его, и многие изумлялись, смотря на него», Сир 11, 13. Об изумлении многих из-за возвышения его рассказывается, 1 Цар 10, 11: «Все знавшие его вчера и третьего дня, увидев, что он с пророками пророчествует, говорили в народе друг другу: что это сталось с сыном Кисовым? неужели и Саул во пророках?»

Обрати внимание, что и смирение некоторых лиц является примером для гордых, дабы они научились не высокомудрствовать, но смирились «под крепкую руку Божию», 1 Пет 5, 6. Ибо «лучше смиряться духом с кроткими, нежели разделять добычу с гордыми», Притч 16, 19. И первым был Авраам: когда было ему обетование о Христе, об умножении семени его и о благословении, как рассказывается в Книге Бытия 17 и 22, то от этого не вкралась недобрая мысль о том, чтобы надмилось сердце его, но он сказал, Быт 18, 27: «Я решился говорить Владыке, я, прах и пепел». Вторым был Гедеон, которому Господь сказал, Суд 6, 14–16: «Иди с этою силою твоею и спаси Израиля от руки Мадианитян; Я посылаю тебя. [Гедеон] сказал ему: Господи! как спасу я Израиля? вот, и племя мое в колене Манассиином самое бедное, и я в доме отца моего младший. И сказал ему Господь: Я буду с тобою, и ты поразишь Мадианитян, как одного человека». Третьим был Саул, который вел себя весьма смиренно, когда Самуил обещал ему великое, 1 Цар 9. Ибо Самуил сказал Саулу: «И /f. 262a/ кому все вожделенное в Израиле? Не тебе ли и всему дому отца твоего? И отвечал Саул и сказал: не сын ли я Вениамина, одного из меньших колен Израилевых? И племя мое не малейшее ли между всеми племенами колена Вениаминова? К чему же ты говоришь мне это?» (1 Цар 9, 20–21). Четвертым был Давид, который выказал великое смирение, когда Саул хотел сделать его зятем своим, дав ему в жены старшую дочь свою Мерову. «Но Давид сказал Саулу: кто я, и что жизнь моя и род отца моего в Израиле, чтобы мне быть зятем царя?», 1 Цар 18, 18. И в другой раз Давид смирился пред Господом, когда Господь обещал ему упрочить царство его, дав ему сына, который после него будет царем и построит дом Ему, 2 Цар 7. Но сказал Давид, представ пред лицем Господа: «Кто я, Господи [мой], Господи, и что такое дом мой, что Ты меня так возвеличил! И этого еще мало показалось в очах Твоих, Господи мой, Господи; но Ты возвестил еще о доме раба Твоего вдаль. Это уже по-человечески. Господи мой, Господи! Что еще может сказать Тебе Давид?» (2 Цар 7, 18–20). Подобным образом и блаженная Дева смирилась пред Господом, когда Ангел Гавриил возвестил Ей, что у Нее по воле Господней родится Сын Божий. Ибо сказала Она, Лк 1, 38: «Се, Раба Господня; да будет Мне по слову твоему».

А прелаты нашего времени, когда они получают власть над подчиненными, тотчас считают себя достаточными, и надмевается сердце их пред братьями их, что запрещается Господом, Втор 17, 20, и правят ими с насилием и жестокостью, что Господь полагает злом, Иез 34, 4, и думают, что владеют музыкальным орудием, как Давид, пьют из чаш вино, мажутся наилучшими /f. 262b/ мастями и не болезнуют о бедствии Иосифа, Ам 6, 5–6; и не хотят прелаты следовать тому, чему учит их Писание, Сир 32, 1: «Если поставили тебя старшим на пиру, не возносись; будь между другими как один из них». Образ их показан в Сауле, который в начале царствования своего вел себя смиренно, но с течением времени возгордился, не повиновался Богу, умертвил священников Господних, с насилием правил царством вопреки воле Господней, коварно и без вины преследовал Давида до последнего дня своей жизни, нарушил мирный договор и клятву, данную Гаваонитянам

Иисусом Навином, более того, истребил их, хотя и не безнаказанно, Нав 9 и 2 Цар 21. Саул даже обращался за советом к волшебнице, что запрещалось законом, Лев 19, 31: «Не обращайтесь к вызывающим мертвых, и к волшебникам не ходите, и не доводите себя до осквернения от них». И поскольку он совершил вышеупомянутое зло, с ним и произошло то, о чем написано, 1 Пар 10, 13–14: «Так умер Саул за свое беззаконие, ... за то, что не соблюл слова Господня и обратился к волшебнице с вопросом, а не взыскал Господа. За то Он и умертвил его и передал царство Давиду, сыну Иессееву». Сие явно было прообразовано в сосуде с елеем, из которого, как сказано, 1 Цар 10, 1, Самуил помазал Саула, что означало, что царство Саула не будет продолжительным и быстро падет. Ибо сосуд – глиняная ваза, которая легко разбивается. Отсюда то, что Самуил сказал Саулу, 1 Цар 15, 28: «Ныне отторг Господь царство Израильское от тебя и отдал его ближнему твоему, лучшему тебя».

А Давид был помазан из рога, полного елея, в ознаменование того, что царство его будет вечным, 1 Цар 16. Посему Господь говорит, Пс 88, 25: /f. 262c/ «И истина Моя и милость Моя с ним, и Моим именем возвысится рог его». Также во 2 Цар 7, 16, Господь обещает Давиду: «И будет непоколебим дом твой и царство твое на веки пред лицем Моим, и престол твой устоит во веки». И неудивительно. Ибо царство Давида было прообразом царства Того, о Ком говорится, Лк 1, 32–33: «Даст Ему Господь Бог престол Давида, отца Его; и будет царствовать над домом Иакова во веки, и Царству Его не будет конца». То же, Ис 9, 7–8: «Умножению владычества Его и мира нет предела на престоле Давида и в царстве его, чтобы Ему утвердить его и укрепить его судом и правдою отныне и до века. Ревность Господа Саваофа соделает это. Слово посылает Господь на Иакова, и оно нисходит на Израиля». О том же, Ис 16, 5: «И утвердится престол милостью, и воссядет на нем в истине, в шатре Давидовом, судия, ищущий правды и стремящийся к правосудию». Об этом говорится, Иов 36, 7: царей «навсегда посаждает ... на престоле, и они возвышаются». То же, Дан 4, 14: «Дабы знали живущие, что Всевышний владычествует над царством человеческим, и дает его, кому хочет, и поставляет над ним уничиженного между людьми».

И заметь, что рог считается то знаком гордыни, то знаком царской власти, как сказано, Пс 74, 11: «Все роги нечестивых сломлю, и вознесутся роги праведника». О первом читаем, Ам 6, 13: «Не своею ли силою мы приобрели себе могущество?» [529] . О втором, Лк 1, 69–70: «И воздвиг рог спасения нам в дому Давида, отрока Своего, как возвестил устами бывших от века святых пророков Своих». Также, Сир 10, 8: «Владычество переходит от народа к народу по причине несправедливости, обид и любостяжания», как случилось с вавилонянами, царство которых было дано мидянам и персам, о чем повествуется в книге Даниила, 5, 30–31: «В ту же самую ночь Валтасар [530] , царь Халдейский, был убит, и Дарий Мидянин принял /f. 262d/ царство, будучи шестидесяти двух лет». То же случилось и с Персидским царством, которое было дано македонянам, так как Александр [531] завоевал его, что еще раньше предсказал Даниил, 8.

Далее, и царство, и священство передавалось от дома к дому. Как мы сказали выше, царство – от дома Саула к дому Давида, 1 Пар 10, 14: «умертвил» Господь Саула «и передал царство Давиду, сыну Иессееву». О передаче священства говорится, 3 Цар 2, 27: «И удалил Соломон Авиафара от священства Господня, и исполнилось слово Господа, которое сказал Он о доме Илия в Силоме». И ниже, в той же главе: «Садока священника поставил царь [первосвященником] вместо Авиафара» (2, 35). И заметь, что передача священства была двоякой: одна – от дома к дому, о которой мы только что сказали, другая – от обряда к обряду, то есть от одного жертвоприношения к другому. Первый вид жертвоприношения существовал по установлению Аарона, когда приносили в жертву животных; второй – по установлению Мелхиседека, когда приносили в жертву хлеб и вино, как было прообразовано в Быт 14. Посему Апостол говорит, Евр 7, 12: «Потому что с переменою священства необходимо быть перемене и закона». Так должно происходить и с переменою прелатов, особенно, когда их находят несостоятельными и плохими.

Итак, поскольку мы начинаем в этой главе говорить о добронравии прелатов, то продолжим начатое. Но нужно заметить, что в Библии мы читаем о трех мужах, кротких нравом. Один из них был Ония, первосвященник Иудейский. О нем повествуется в конце Второй книги Маккавейской, 15, 12: Маккавей «видел Онию, бывшего первосвященника, мужа честного и доброго, почтенного видом, кроткого нравом, приятного в речах, из детства ревностно усвоившего все, что /f. 263a/ касалось добродетели, – видел, что он, простирая руки, молится за весь народ Иудейский» и т. д.

Вторым был Елеазар, «из первых книжников, муж уже достигший старости, но весьма красивой наружности» (2 Мак 6, 18), считавшийся отцом тех семерых братьев, которых Антиох умертвил, подвергнув различным мучениям за то, что они не отступили от отеческих и божеских законов. О них рассказывается во 2 Мак 7. Когда его принуждали поступать против закона (ибо посланные от Антиоха хотели, чтобы он ел свиное мясо), «он, утвердившись в доброй мысли, достойной его возраста и почтенной старости и достигнутой им славной седины, и благочестивого издетства воспитания, а более всего – святаго и Богом данного законоположения, соответственно сему отвечал, и сказал: немедленно предать смерти», нежели совершить ему такое. «Посему, мужественно расставаясь теперь с жизнью, сам я явлюсь достойным старости, а юным оставлю добрый пример – охотно и доблестно принимать смерть за досточтимые и святые законы. ... И так скончался он, оставив в смерти своей не только юношам, но и весьма многим из народа образец доблести и памятник добродетели». Об этом повествуется во 2 Мак 6, 23, 27–28, 31.

Далее. Третьим был фарисей Гамалиил, «законоучитель, уважаемый всем народом». О нем повествуется в Деян 5, 33 и сл. Он был учителем апостола Павла. О нем Иероним в Первом прологе к Библии говорит так [532] : «Апостол Павел похваляется, что он научился закону Моисееву и пророкам при ногах Гамалиила, чтобы, вооружившись духовным оружием, потом с уверенностью учить». Об этом говорится в Деян 22. Апостол Павел сделал то, чему учит сын Сирахов, 18, 19: «Прежде, нежели начнешь говорить, обдумывай». Эту тему достаточно развивает блаженный Бернард в проповеди на Книгу Песнь Песней [533] , взяв за основу стих: «Имя твое – как разлитое миро» (Песн 1, 2). Ибо он говорит: