Чтение онлайн

Побежала по ярко освещенным коридорам, но тут передо мной опять встала Ора.

– Я не могу его бросить! – выдохнула я.

– Знаю, – скрипнула зубами белка. – Иди за мной! В этих коридорах тебя точно поймают.

– Куда мы идем? Ты знаешь, где Буран? – наконец решилась спросить я после того, как мы, наверно, полчаса поплутали по мрачным коридорам.

– Он в башне, где-то над нами. Если бы держали в подземельях, мы не услышали бы крика, – не оборачиваясь, ответила Ора.

Мне ее логика показалась

железной, так что остаток дороги молча следовала за белочкой.

Может быть, это покажется удивительным, но на протяжении всего пути мы не встретили ни одной живой души. Наверное, это потому что Ора пробиралась очень хитрыми, одной ей ведомыми тропками. Она время от времени останавливалась и прислушивалась. А один раз вдруг застыла и стояла на задних лапках, не двигаясь и вообще не подавая признаков жизни, минут десять. Я уже хотела ее потормошить, хотя и считала, что магам лучше не мешать, когда они думают. Но она вдруг встрепенулась, опять понеслась по извилистым коридорам и быстро довела до лестницы, явно ведущей в башню.

Я медленно ступила на первую ступеньку, хотя стоило бежать, ведь там Буран… Но, как всегда в критических и других, совершенно не подходящих для этого ситуациях, моя фантазия начала личную бурную деятельность.

Очень живо представила себя принцем на белом коне, победившим злого дракона ради спасения прекрасной принцессы, томящейся в башне.

– Я иду, моя принцесса! – гаркнула я, пускаясь вскачь по лестнице, и, оглянувшись на застывшую от удивления Ору, важно продолжила: – Вперед, мой храбрый оруженосец! Нас ждут слава и почет!

Белочка глянула полными ужаса глазами (спятила девка, не иначе!) и медленно пошла вперед, а я не унималась и все подгоняла ее, размахивая воображаемым мечом:

– Умри, презренный раб главного злодея повествования! Я спасу дочь короля Бурашу и получу в награду ее руку!

И тут же застыла, пораженная новой игрой воображения: я, в цветных рейтузах и куртке с рукавами фонариком, стою пред светлыми очами Государя, отца моей прекрасной Бураши, и требую исполнения уговора. Король согласно кивает, вздыхает и вдруг достает из-за спины отрубленную руку принцессы.

– Фу, гадость какая! – передернуло меня. – Нужно сразу уточнять, что просто жениться на красотке хочу!

Я оглянулась на белочку и, к удивлению, никого не увидела.

– Ора? – неуверенно позвала я, и тут же мне на голову обрушилось рыжее создание и стало хлестать по щекам маленькими лапками, приговаривая:

– Очнись, очнись! Приди в себя!

– Да все со мной в порядке! – с трудом выдохнула я, отдирая от себя обезумевшую белку. – Это просто защитная система организма так работает, когда нервничаю!

Ора недоверчиво глянула на меня и вдруг успокоилась. Теперь уже я с опаской глядела на нее, на всякий случай держа белочку на вытянутых руках.

– Ну что, пойдем дальше? – спокойным голосом спросила хвостатая.

– Ага, – согласилась я и, опустив Ору на пол, двинулась вверх.

Мы поднялись по винтовой лестнице и оказались перед металлической дверью с маленьким окошком, забранным решеткой. На стене справа висела небольшая картина, изображающая важного старца с козлиной бородкой.

Мельком глянув на произведение искусства, привстала на цыпочки и заглянула в окошко.

Там, прикованный цепями к, возможно, стальному стулу, привинченному к полу, сидел Буран в человеческом облике. Глаза его были закрыты, лицо мертвенно-бледное, правую щеку пересекал свежий порез, из которого сочилась кровь.

– Ора, – хриплым от страха голосом сказала я, – Ора, нужно открыть дверь! Скорее!

– Я что, по-твоему, волшебник? – хмуро глянув, проворчала белка.

– Да! – почти заорала я.

– Ладно, отойди, – сразу согласилась Ора.

Я отошла подальше, насколько позволяла небольшая площадка перед дверью, и стала ждать чуда.

Белка тем временем встала перед дверью, расставила лапки в стороны, глубоко вдохнула и громко хлопнула. Потом потерла звериные ручки и хлопнула снова.

– Ора! – разозлилась я, – Сейчас сюда вся стража сбежится! Колдуй давай!

Белочка искоса посмотрела на меня и обиженно «цокнула» вполголоса. А затем рыжей молнией метнулась к картине, запрыгнула на голую каменную стену и, держась за гладкую поверхность аки Спайдермен, слегка приподняла край тяжелой рамы.

Спустившись вниз, шестой Хранитель Предела Ора протянула мне железный ключ.

– И это все колдовство прославленных Хранителей? – скептически подняв брови, спросила я.

– Не нравится – давай обратно, – мрачно огрызнулась та, потянувшись за ключом.

– Нет, такого чуда я еще не видывала за свой короткий век! – поспешно заверила я сердитую белку.

Вообще, из всех пока что знакомых мне Хранителей Ора обладала самым скверным характером. Я уже с тоской вспоминала вечно сверкающую белоснежными зубами Фариту и жизнерадостного Маргуса. А также странную, но удивительно притягательную Сухву. Хоть она и не относилась к этим великим магам, я к ней испытывала в высшей степени дружеские чувства.

– Ты спасать своего ненаглядного волка собираешься? – прервала мои размышления белка.

Красно-синий бумеранг! Буран!

Я быстро вставила ключ в замочную скважину. Если честно, логика (которая, как говорят, у женщин не идеальна) шептала мне, что он не подойдет – какой идиот станет хранить ключ от темницы за картиной перед дверью этой самой темницы?! Но тот легко повернулся с тихим щелчком. Не обращая внимания больше ни на что вокруг, бросилась к Бурану. Он не шевелился и, похоже, даже не дышал.

– Буран, Буран! – зарыдала я что было сил, тряся его за плечи.

– Саша? – услышала удивленный голос.

– Живой! – еще пуще зарыдала, размазывая слезы по куртке волчонка.

Тут почувствовала, что меня обхватили сильные руки, и испуганно дернулась. Оказалось, пока я занималась полезным делом (заливала слезами горя, а потом радости грудь Бурана), Ора успела снять с него цепи, и теперь волчий маг нежно прижимает меня к груди и гладит по грязной голове грязными руками.

Осознав весь этот ужас (грязь, милостивые Боги, грязь!), быстро отстранилась от друга и, неуверенно улыбаясь, высказала предположение, что нам нужно побыстрее отсюда топать. Ора и Буран согласно покивали, и мы втроем покинули темницу.