Чтение онлайн

— Почему не помыла личико Перворождённой?

— Помада и тени официально не запрещены, — прохладно ответила Связующая.

Присмирённый декан сменил тему:

— Тут с полсотни неофитов. Боюсь, мне никто не достанется.

Промолчавшая Сильвия узрела стоящего у дверей аудитории щупленького белокурого студента.

— Лучший на курсе, — прошептала собеседнику Связующая. — Анри.

Завидевший высокопоставленных магов Анри убрал за спину книгу и чинно поклонился.

— Чего читаем? — с ходу атаковал Оз.

Слегка смущённый неофит явил книгу:

— «Слова Идры».

Жёлтая кожаная обложка полнилась трещинками, название с трудом угадывалось.

— Неужто собираешься в монахи податься? — изумился

декан.

— Да нет, конечно. Просто хочется побольше узнать про Церковь. Святого Писания мало.

— А ты что, его уже читал?

— Раз пять, — гордо изрёк Анри. Узрев холодок во взгляде некроманта, начал оправдываться: — Чтение не шло в ущерб обучению. Можете спросить у Связующей.

Сильвия стояла точно статуя. Оз продолжал диалог:

— Коль жаждешь постигнуть замысел Триединой Церкви, достань «Смысловед».

Ошеломлённый неофит аж отшатнулся. Связующая накинулась на декана:

— Совсем что ли из ума выжил? Зачем молодёжи голову всякими байками забиваешь?

— А может, и не байки, — ухмыльнулся Оз.

— Попридержи язык, если жизнь дорога. Неофиты могут не посмотреть, что ты декан, вот возьмут и настучат Гофману, а там уж и Инквизиция к нам пожалует.

— Перед Гофманом я грехи замолю. Бутылочку хорошего бренди поставлю.

— Я серьёзно, а он дурачится.

— И я серьезно. Все прекрасно знают, что декан Огня обожает выпить. Сказывается гасфаргское происхождение.

— Выпить он любит, — не стала спорить Сильвия, — но и Инквизицию уважает.

— Да ну тебя, — махнул рукой Оз и отворил дверь в аудиторию.

— Удачи тебе, Анри, — по-матерински пожелала Связующая и шагнула за некромантом.

Ступенчатая аудитория почти пустовала. Доску вытирала смуглая темноглазая неофитка, уроженка предместий Хаар Дана. Насколько помнила Сильвия, той завтра предстояло выступить перед деканом факультета Воды. У окна на столике в хрустальной вазе торчала кроваво-красная роза — символический намёк на цвет факультета Огня. А за первым рядом столов сидело пятеро представителей этой стихии. Красные мантии и увенчанные радужными стеклянными шарами чёрные посохи роднили чародеев. Слева — пара седобородых. Справа — дуэт относительно молодых: тщательно побриты, юношеское непостоянство осталось в глазах. Одному из этой парочки пришлось походить в неофитах у Сильвии, когда та только заступила на должность. В центре сидел Гофман. Если бы декан встал, то уж никак бы не скрыл низкорослость: и пяти с половиной футов нет. Нечёсаная шевелюра и спутанная каштановая борода сложили визитной карточкой Гофмана. Впрочем, неряшливость компенсировалась чрезмерной педантичностью в работе. Зачастую остальные деканы уже спали после многочасовых совещаний, а он всё сидел над бумагами, анализировал рабочие программы, редактировал перечень экзаменационных вопросов.

— Удачного дня любителям Огня, — расхлябано пожелал Оз.

Гофман что-то сварливо буркнул, морщины заметно углубились.

Некромант фыркнул в ответ и занял место во втором ряду. Сильвия села обок.

— Гляди какой важный, — Оз зашептал на ушко соседке. — Вроде и забыл, что мы с ним брагу хлебали.

Пошутить дальше не получилось, растворилась дверь, и вошёл ректор. Маги вскочили по стойке «смирно», а неофитка со страху чуть не шлёпнулась на вазу с розой.

Семифутовый голубоокий Зельминдер обладал непоколебимым авторитетом. Сивая окладистая борода до пояса, но старость в глаза не бросалась. Могучая комплекция ректора пуще б подошла кузнецу или трактирному вышибале. Длани широченные — как вёслами можно загребать. Почему цвет лоснящегося плаща главы Академии должен быть жёлтым, по прошествии более чем девятисот лет от основания учреждения никто не помнил. Это казалось необычным, ведь в Аркадии имелся огромный архив, где хранились списки всех выпускников, но вот документов объясняющих выбор жёлтого цвета не было. Согласно тех же традиций ректорский

посох передавался из рук в руки.

Но не могли же ваятели прошлого знать, что когда-то появится такой высоченный глава Академии. Тёмно-зелёный посох с горизонтально лежащим диском на верхушке был маловат для Зельмиидера и даже не доставал плеча.

Таким вот образом «гвоздь», как его давным-давно за сходство окрестили студенты, больше смахивал па трость.

— Садитесь, — разрешил ректор и только после коллег скромно присел на крайний стул первого ряда. — Начинайте.

— Позови первого претендента, — Гофман повелел смуглой неофитке. Студентка до пола поклонилась и, словно бабочка, выпорхнула в коридор.

Ждать не пришлось. Розовощёкая толстушка уверенной походкой зашла в аудиторию и стала у доски.

Зельминдер протяжно вздохнул.

— Что-то мельчают нынче мужики. Вот и даму впереди себя пустили.

— Я сама напросилась, — выгородила однокурсников девушка.

— Имя? — требовательно вопросил Гофман.

— Дара... Дара Хейс.

Один из безбородых магов подал Гофману толстую тетрадь. На чёрной кожаной обложке — тиснение: цифра «три» в окружении звёздочек.

— Посмотрим-посмотрим... — забурчал декан факультета Огня. — Ага. «Дара Хейс. Шестнадцать лет. Уроженка деревушки Синие Воды, Иллизия. Рекомендована к обучению Баргом Кри». — Задумался. — Ага, вспомнил, ладный малый. — Продолжал читать: — «Память: «отлично». География: «отлично». История: «отлично». Контроль Силы: «отлично». Магия стихий: «отлично». Некромантия: «хорошо».

Оз поморщился. Гофман спросил студентку:

— Неужто не могла некромантию вытянуть?

— Не любы мне эти костяки, — опустила головку Дара.

— Не велика беда. Для Огня это несущественно. Кстати, коллеги, а есть расшифровка неофитки по магиям стихий?

— Конечно, — всё тот же безбородый волшебник протянул декану листок.

Гофман подслеповато прищурился, подытожил:

— Великолепный данные. Очень великолепные. Вы только представьте, контроль Силы по Огню превышает остальные стихии на пятьдесят процентов. Это же сущая находка!

— В мою-то молодость это был не показатель, — пригорюнился ректор.

Смущённый декан прекратил расхваливать, перешёл к делу:

— Пожалуйста, Дара, показывай.

Девушка прикрыла глаза, пухленькие губки прошептали несколько слов, в руке разгорелся цветок — точная копия стоящей в вазе розы. Лепестки сверкали, словно научились у угольков из камина.

Гофман хотел было поаплодировать, но представление не закончилось. Иллюзорная роза сморщилась, секунда — и засверкала с новой силой. Стебелёк превратился в тонкие птичьи лапки, бутон — в алого голубя. Птица изящно вспорхнула с девичьей ладони и сделала круг по аудитории, с кончика хвоста серебристым шлейфом ниспадали искорки.

Звучный хлопок Дары заставил голубя испариться сивой струйкой дымка.

— Потрясающе! — ликовал Гофман. — Превосходная иллюзия. Возможно, и на четвёртом курсе не все способны на такое. Это же просто великолепно. Уважаемые, — глянул на коллег по факультету, — вы чувствовали, как она умело удерживала поток? А Сила? Сила черпалась восхитительно! Холоднокровие неофитки заслуживает похвалы. — Захлопал. Коллеги поддержали.

— Был один изъян, — как бы ненароком заметил ректор.

Дара охнула.

— Махонький, правда, — спешно успокоил Зельминдер. — Во время трансформации в голубя поток на мгновение потерял стабильность. Следует подольше поработать с астралом.

Студентка выдержала взгляд льдисто-голубых глаз главы Академии, пообещала:

— Я буду стараться.

Гофман находился в неком конфузе, несмело поинтересовался у ректора:

— Так как, она прошла испытание?

— Ну конечно. К экзамену она допущена.

На личике неофитки расцвёл триумф.

— Зови следующего, — повелел Зельминдер строго, и Дара торопко побежала к выходу.