Гамильтон
Шрифт:
– Я не медик, - произнес Хуанито.
– Я тебя об этом не спрашивала, - резко сказала Клодия. Он только уставился на нее, явно недовольный.
– Я отдала тебе приказ. Выполняй, - повторила Клодия. Нечасто я слышала от Клодии приказы в таком тоне. Будь я на его месте, не стала бы медлить.
Хуанито подошел к стоявшему на коленях волку и принялся рыться в его мокрых кудрях. Впрочем, делал он это без особого энтузиазма. Вот Циско со своим напарником относились к своей работе куда серьезней.
Грэхем принес из ванной полотенце и принялся собирать
– Насколько серьезно ранен Джейк?
– спросила я у Клодии.
– Не очень, но нам бы не хотелось, чтобы кожа зажила поверх стекла.
– Такое часто случается?
– Да, частенько.
Я бросила еще один взгляд в ту сторону и заметила, что спина Джейка разглаживается, заживая прямо на глазах.
– Мне кажется, или он исцеляется чересчур быстро даже для оборотня?
– Тебе не кажется, - ответила Клодия.
– Я не знаю никого, кто исцелялся бы быстрее, чем Джейк.
Трое охранников суматошно искали стекло в его коже, стараясь опередить быстро регенерировавшую кожу, быстро затягивавшую порезы. Даже Хуанито взбодрился и теперь отчаянно шарил в темных кудрях неловкими пальцами.
– Я не успеваю вытащить все! Он слишком быстро исцеляется!
– То, что не вытащишь сейчас, будешь выковыривать потом, - заявила Клодия.
– Вот черт, - буркнул Хуанито и заработал быстрее.
За время всей этой экзекуции Джейк не издал ни звука. Он молча и не шевелясь терпел все, что с ним делали. Из меня бы вовсю сыпались проклятья, да я и дергалась бы, как от электрошока.
Грэхем, собрав с пола все осколки, вытер руки о полотенце и поднялся.
– Грэхем, ты носишь какой-нибудь освященный предмет?
– спросила я, надеясь на отрицательный ответ.
– Нет, - не разочаровал меня он.
От накатившего облегчения я поежилась. Меня знобило от мокрой одежды и запоздалой реакции на несчастный случай. А может, и не случай. Арлекин пытался меня убить. Мать их того. А я все не понимала, даже несмотря на то, что меня предупреждали все подряд, я никак не желала понять. Как ребенок, дразнила котенка палкой, а это вдруг оказался тигр.
– Расскажи нам, Анита, - попросила Клодия.
В комнате было слишком много народа, навряд ли все они знали об Арлекине. Как бы объяснить им так, чтобы не наговорить лишнего?
– Плохие парни довольно серьезно воздействовали на сознание Грэхема, а он даже не помнит этого.
– О чем это ты говоришь?
– тут же вскинулся тот.
– Никто на меня не воздействовал.
– Спросите у Клея, - мотнула головой я.
– Он тоже был тому свидетелем.
Клодия через наручную рацию попросила Клея подойти, как только сможет. Затем повернулась ко мне:
– А теперь с самого начала, Анита, в подробностях.
– Сначала мне нужно поговорить с Жан-Клодом.
– Хватит уже этих игр в плащи и кинжалы, сколько можно!
– Голос Фредо, стройного, невысокого и весьма
– Согласна, - сказала я.
– Но в первую очередь вам стоит послушать, что произошло с Грэхемом.
– Слушаем, - кивнула Клодия. Вид у нее был серьезный, почти угрожающий. Ей, видимо, тоже не нравилась вся эта секретность, и я не могла ее за это винить.
Я сжато поведала им о случившемся, слегка преуменьшив реакцию Грэхема, чтобы не слишком его смущать.
Клодия недоверчиво переспросила:
– Вампир, при свете дня, да еще на расстоянии, залез в сознание Грэхема?
– Да, - коротко подтвердила я.
– Как такое возможно?
– Днем, да еще на расстоянии, должно было быть невозможным.
– Хочешь сказать, что ты, истребительница вампиров, никогда с подобным не сталкивалась?
Я хотела было сказать, что нет, но затем кое-что вспомнила.
– Было несколько Мастеров города, вторгавшихся в мое сознание во сне, да и то на их территории.
– Но то было ночью, - произнесла Клодия.
– Верно, - пришлось согласиться мне, и мы уставились друг на друга.
– Хочешь сказать, эти типы… - она резко замолчала. Я подождала продолжения фразы, но, так и не дождавшись, сказала:
– Нужно в принудительном порядке заставить всех носить освященные предметы.
– Тебе это не слишком помогло, - заметила с сомнением Клодия.
– Это значительно снизило степень их воздействия на меня, особенно по сравнению с Грэхемом. Он ведь даже не помнит этого.
– Я понимаю, что ты не стала бы врать, - сказал Грэхем.
– Но ничего не помню, поэтому просто не могу в это поверить.
– Именно поэтому вампирские ментальные фокусы считаются настолько опасными, - ответила я.
– Одна из главных причин. Жертва ничего не помнит, значит, ничего и не было.
Раздался голос Джейка, в котором звучала лишь слабая нотка напряжения:
– Как ты заставила крест так подействовать?
– Никак, крест тут ни причем, - ответила я.
Я мельком заметила отблеск лезвия в руках ощупывавшего голову Джейка Хуанито. Наверное, собирался вырезать стекло. Мне страшно захотелось отвести взгляд, но я не могла себе этого позволить. Джейка ранило из-за меня. Я, как минимум, должна видеть процесс излечения.
– А что тогда?
– спросил он, зашипев от боли, когда кончик ножа вошел в кожу.
– Э-э… не знаю даже, как объяснить.
– Попытайся хотя бы, - произнес он сквозь сжатые зубы.
– Я хотела ударить их в ответ некромантией а им… ему, это очень не понравилось.
Хуанито стряхнул кусочек стекла на окровавленное полотенце, затем снова вернулся к своей неприятной работе.
– Ему?
– переспросила Клодия.
– Да, это точно был мужчина.
– Ты его видела?
– спросил Джейк, с шипением втянув воздух во время очередной процедуры.
– Не то, чтобы видела… скорее, почувствовала. Энергия явно принадлежала мужчине.