Чтение онлайн

– Что это ты задумал?

– Тебе нужно покормиться от меня, Анита.

– Я разозлена и разобижена, и не способна думать о сексе.

– Я могу тебя оставить, но это ничего не изменит. Даже без меня ты не сможешь сконцентрироваться на сексе, разве нет?

С его логикой было трудно поспорить. Я едва не брякнула: «Остальные-то поменьше тебя будут, а в такой ситуации это предпочтительнее», но благоразумно промолчала. Мне не хотелось ранить его так сильно. Еще я знала, что если мы с Ричардом не придем к взаимопониманию, то однажды наши отношения лопнут.

Он всегда будет подвластным зверем Жан-Клода, будет связан с нами триумвиратом силы, но при этом будет сломлен. Все равно, что поддерживать отношения с тем, с кем уже развелся, но не можешь никак порвать окончательно. Маленький личный ад, вот что это такое.

Ричард встал на колени напротив меня, и вода доходила

ему до пояса. Кончики его волос были мокрыми, но макушка еще сухая, и на ней осталось немного той липкой дряни, которая брызнула на нас, когда перекинулся Тревис. Откровенно говоря, слегка растрепанный вид нисколько не портил его внешность, а вот ссора - это да. Жалобы на все подряд и стойкое нежелание быть оборотнем были весьма непривлекательны. Я смотрела в его лицо, такое красивое, почти до остановки дыхания. Достаточно красивое, чтобы разбить сердце в выпускных классах. Но все же, красота и мощное оснащение не дают ему права делать мне так больно. Я смотрела на него, и впервые за все время мое сердце не пыталось выпрыгнуть из груди, и либидо не зашкаливало. Я устала от постоянных ссор. Устала от его неспособности принять свою сущность. Он не верил в то, что я суккуб. Он думал, что с этим можно бороться, забрав меня подальше от Жан-Клода. Неужели он не понимал, что это невозможно для нас обоих? Судя по тому, что он сказал, - действительно не понимал, и сознавать это было печально.

Ричард поднялся на ноги. Он стоял, и капельки воды стекали по нему вниз. Мой взгляд уперся в определенную часть его тела, украшенную каплями воды. У нас у всех есть свои слабости, а одна из моих слабостей - вода. Ричард встречался со мной достаточно давно, чтобы знать об этом. Он наверняка был уверен в том, что вид его, голого и мокрого, способен отвлечь меня от питаемой к нему злости. У меня было мгновение, чтобы решить, придерживаться ли этой злости, смешанной с печалью, или делать то, что хотелось. Делать то, о чем напомнил резко участившийся пульс на шее. Я почувствовала, как Натаниэль сползает по стене. Тогда я опустилась на колени, положила руки на теплые, мокрые бедра Ричарда, и склонилась к его телу.

Я слизнула с него воду кончиком языка. Облизала его пока ненапряженный член, собрав языком большие капли, собравшиеся на яичках. И я продолжала вылизывать его, пока он не затвердел. Теперь я не смогла бы дотянуться до кончика без того, чтобы не обхватить его руками и не оттянуть вниз, к своему рту. Ричард издал серию тихих звуков, и я перевела взгляд вверх, встретившись глазами с янтарными волчьими. Секс обычно предполагает потерю контроля, но ликантропы не могут позволить себе потерять его полностью, это привело бы к превращению. Почти каждый год случалось такое, что новичок-оборотень терял контроль и задирал своего партнера во время секса. Иногда такие жертвы выживали, иногда нет, а иногда сами впоследствии покрывались мехом.

Я заглотила член так глубоко, что дотронулась губами до собственной, сжимавшей его, руки. Рукой я тискала и поглаживала его вдоль, а еще старалась не допустить, чтобы он вошел в мой рот полностью. Вообще-то, я бы смогла это сделать, но нынешняя позиция не слишком для этого подходит, особенно, учитывая размер Ричарда. Можно было бы вызвать ardeur и наплевать не неудобства, но все же…

Я оторвалась от тела Ричарда настолько, чтобы суметь произнести:

– Я бы вызвала ardeur и удовольствовалась минетом, но ты слишком силен. Ты впустишь меня в свое сознание только во время полового акта.

Он бросил на меня слегка огорченный взгляд.

– Делай все, что посчитаешь нужным.

– Ты опустишь щиты, чтобы я могла покормиться?

– Попытаюсь.

Я покачала головой, одновременно слегка сжимая его член. Ричард запрокинул голову, а его руки принялись шарить в воздухе, словно стараясь за что-то уцепиться. Он всегда хватался за что-нибудь во время подобных игр. Однако ему не удалось ничего нащупать; он посмотрел вниз, на меня, и по всей длине его тела прошла легкая дрожь. Я почувствовала эту дрожь рукой, и это было так здорово, что из меня вырвалось:

– Боже, Ричард, господи боже мой!

Ричард наклонился, подхватил меня за руки и поднял меня из воды. Когда он выносил меня на руках из ванны, мне пришлось его отпустить. Ричард бросил меня на мрамор, которым был выложен пол вокруг ванны. Он был холодным и жестким, и из меня тут же вырвался протестующий звук. Ричард нашел пальцами вход в мое влагалище и запустил внутрь палец.

После орального секса я была уже достаточно влажной, но из-за воды все еще слишком тугой. Даже палец казался слишком большим. Он принялся вводить и выводить его, поворачивать по-всякому, и вскоре из меня вырвался крик наслаждения.

Ричард, прикрыв глаза, теперь уже двумя пальцами принялся сосредоточенно нащупывать внутри меня ту самую точку, размером не больше пятицентовой монетки, что располагалась совсем неглубоко, почти у самого входа. Наконец, искомое было найдено, и он принялся поглаживать и теребить это славное местечко. До полного оргазма, конечно, было далеко, прелюдия была недостаточной, и все же это было так приятно, просто здорово. Я раздвинула ноги пошире, устраивая бедра так, чтобы ему было удобней. Он понял намек правильно, погрузив пальцы еще глубже и двигая ими все быстрее и сильнее. Удовольствие было так велико, что с моих губ сорвалось его имя.

– Ты влажная, - заметил Ричард голосом, дрожавшим от желания.

Я, не в силах совладать с дыханием, только кивнула.

Он начал было пристраиваться ко мне, но я предупреждающе коснулась ладонью его груди.

– Презерватив.

– Черт, - буркнул Ричард, но все же принял сидячее положение и принялся рыться в куче сложенных позади полотенец. Везде, где я могла остаться наедине с мужчинами, были припасены презервативы - и в спальнях, и в ванных комнатах, во всех тех местах, где я бывала. Подозрение на беременность в прошлом ноябре отучило меня полагаться только на противозачаточные таблетки.

К тому времени, как Ричард натянул презерватив, он уже начал сдавленно чертыхаться себе под нос, но когда снова повернулся ко мне, был все так же готов и преисполнен желания. Один только взгляд на него и мысль о том, чем мы намерены заняться, заставили низ моего живота сжаться в предвкушении. До сути дела еще не дошло, а я уже ловлю микро-оргазмы.

Даже несмотря на то, что я была влажной и готовой, ему пришлось потрудиться, чтобы проникнуть внутрь. Он вводил в меня член, и меня от этого ощущения сводило судорогой и выгибало дугой. Мои глаза устремились вверх, встретились с волчьими глазами, в то время как он пробивал себе путь внутрь меня, поддерживая свой вес руками так, что его тело нависало надо мной, позволяя видеть, как это происходит.

– Кормись, Анита, пожалуйста, кормись.

Подобная просьба обычно означает, что мужчина близок к тому, чтобы кончить. Я призвала к жизни ardeur. Призвала, словно уговаривая маленькую искорку разгореться в огонек, затем в огонь, и, наконец, в бушующее пламя. Сила всколыхнулась во мне, прошла насквозь и влилась в Ричарда. Ardeur окутал нас двоих теплым облаком силы. Я раскрылась навстречу Ричарду, чтобы он мог двигаться во мне. На зеркальных стенах мелькало наше отражение - его тело над моим, вверх - вниз, туда - обратно. Ричард знал, что под воздействием ardeur’а ему не нужно сдерживаться, вот и не сдерживался. Он всаживал в меня свой член на всю длину, так быстро и глубоко, как только мог. Подхватив мои бедра, он приподнял меня над мраморной поверхностью пола и придерживал своими большими руками, вбиваясь в меня таким бешеным темпом, что наши соединенные тела издавали влажные чавкающие звуки. Он входил в меня до упора и выходил за считанные секунды, так что его отражение в зеркале казалось мне смазанным. Ричард не был человеком, и его сила и скорость, соответственно, были нечеловеческими. Когда-то он серьезно опасался меня повредить, но вскоре мы выяснили, что и я сама уже не была такой хрупкой, как обычный человек. Теперь даже самый жесткий секс в исполнении Ричарда не мог причинить мне особого вреда. Поначалу он двигался, как обычно, но вскоре перешел на еще более быстрый темп, словно раньше всегда сдерживался, а я просто не знала об этом. Быстрее, сильнее, так, что отражение в зеркалах стало смазанным пятном, Ричард вбивался в меня, пока я, наконец, не закричала в оргазме, судорожно извиваясь под ним на полу. Я почувствовала, как его тело содрогнулось во мне, и он замер. Всякое движение остановилось; голова Ричарда, с закрытыми глазами, запрокинулась назад. Его пальцы впились в мою задницу, прижимая нас друг другу в тот момент, когда его тело глубоко внутри неудержимым потоком изверглось в меня. В это застывшее мгновение, когда наши тела сплелись в экстазе, ardeur поглощал энергию. Я кормилась. Кормилась энергией Ричарда, питалась одновременно и от человеческой его половины, и от звериной. Я питалась от него всего, впитывала его восхитительную силу до самой последней капельки, так же, как приняла в себя все его восхитительное тело до последнего сантиметра. Когда Ричард вот так давал себе волю, от него можно было получить потрясающее количество энергии.