Фру Великая
Шрифт:
– И почему за столько лет вы не населили мир какими-нибудь существами? – спросила Фру, недовольно оглядываясь. – Здесь весело как после чумы.
– Мы воевали с оборотнями! – напомнил Малькольм с отвращением. – Они могли прийти в любом обличии, открыться далеко не сразу – любили поиграться со своей жертвой. И мы ждали их, знали, что они придут обязательно. Вы не можете себе представить, какого это, подозревать каждого: почтальона, молочника, соседа, лучшего друга. Кошка с забора посмотрит на тебя косо, и ты уже в панике. Вы спрашиваете, почему здесь пусто? Каждый, каждый мог оказаться врагом!
– Или другом! – пискнул Ивар, радостно делясь своим личным опытом.
– Так где в этом мире вы бы прежде всего искали свою жену? – спросила кирати.
–
– Конечно, – ответила Фру, ничуть не смущаясь негодующего взгляда несчастного вдовца.
– Тогда далеко идти не надо, это здесь. – Малькольм медленно перешел улицу и направился к зданию напротив. Кирати подозрительно посмотрела по сторонам.
– Не хотелось бы погибнуть шмакодявкой в расцвете лет под копытами коня-призрака! – проговорила она и, решившись, рванула через улицу прямо в открытую Малькольмом дверь.
Георг пожал плечами, но стоило ему ступить на мостовую, как снова послышался цокот копыт. Маг отпрянул и мимо него пронесся черный, словно сотканный из клубов дыма экипаж, по ощущениям запряженный самой смертью.
– Наверное, он очень спешил, – предположил Георг, вставая с тротуара. – План по задавленным не довыполнил.
Фру нетерпеливо махнула ему рукой. Еще и ножкой притопнула для острастки.
По крутой лестнице Малькольм поднимался первым. Следом за ним лез Ивар, Фру услужливо подталкивала его ногой, если у него не получалась вскочить на следующую ступень с первого раза. Впечатленный Георг замыкал, все время оглядываясь на случай, если конь-убийца все же ковыляет следом. Но, похоже, тот так и не смог протащить на узкую лестницу свой экипаж.
Поднявшись, наконец, в комнату, Малькольм остался стоять в дверях. Тяжело дышащий Ивар пролез мимо него в первый ряд и тут же перестал дышать вообще, стараясь прикрыть глаза ушами. Фру подвинула обоих, за нею прошел и Георг.
Перед ними во всей своей сюрреалистической красоте предстал демон. Очертаниями он походил на женщину, сгорбившуюся в кресле. Распущенные волосы женщины патлами свисали по плечам, оплывшее лицо с безгубым ртом, двумя провалами на месте глаз, резко очерченными надбровными дугами и длинным носом было обращено к ним. Тонкие старушечьи руки упирались в подлокотники кресла, как будто она хотела встать, но на это не хватало сил. Больше всего женщина походила на восковую фигуру, вылепленную мастером, во время дружеских посиделок с "белочкой".
– Виточка! – позвал демона Малькольм так нежно, словно признал в нем свою жену. Фру с опаской покосилась на вдовца. Демон явно проявил интерес. – Я вернулся, Виточка. Это я – Малькольм, – продолжил вдовец, подходя ближе. – Ты узнаешь меня?
– Тебе не удастся обмануть меня, презренный! – ответил демон красивым женским голосом. – Мой муж погиб, сражаясь с вами! Лучше сразу убей меня, но знай, я постараюсь забрать тебя с собой! – Женщина вскочила, в ее руке оказался кинжал.
– Будь добор, вынь Агату из шкафа, – попросила Фру Георга, неотрывно следя за происходящим. Пока Малькольм отчаянно пытался убедить демона в своей истинности, маг подошел к гардеробной и осторожно приоткрыл дверцу. Агата сначала взвизгнула, но в следующую секунду вся в слезах бросилась Георгу на шею.
– Если ты и вправду мой муж, сыграй, сыграй так, как играл для меня, – предложил демон. Малькольм оглянулся. На столе лежал футляр из-под скрипки. Дрожащими руками он раскрыл его и достал инструмент. Он долго готовился, Фру в качестве моральной поддержки, все это время не сводила с него пристального взгляда своих голубых глаз.
Наконец, Малькольм начал играть и сам остановился, с ужасом глядя то на скрипку, то на демона. Прекрасные звуки сложились в столь чудовищную комбинацию, что ей, пожалуй, можно было убить.
– Этого следовало ожидать, – сказала Фру бесстрастно.
– Ты не мой муж! – выкрикнул демон с отчаянием. – Вы, оборотни, пришли за мной! Но вы просчитались, вы никогда не выберетесь отсюда!
Агата зарыдала.– Малькольм, извини, но нам нужен ключ, – крикнула кирати и подошла к демону. Георг ринулся ей на помощь. Маг вырвал у женщины кинжал и держал ее, чтобы она не порвала Фру на кусочки. Кирати же схватила ее за руку и подключилась к демону, на несколько мгновений оторвавшись от всего остального.
Единственный способ получить ключ от мира, это понять его создателя. Демон не стал закрываться от Фру. Если сама Виталина пыталась сбежать, укрыться от всего и от всех, то смысл существования ее демона наоборот заключался в том, чтобы рассказать, поделиться всей болью и одиночеством своей хозяйки. Чувства несчастной женщины нахлынули на Фру столь бурным потоком, что чуть не смыли ее собственное сознание.
Виталина была очень мнительна и панически боялась смерти. Чем больше она узнавала про оборотней, про то, что они делают с людьми, как добиваются своего, тем больше она замыкалась в себе, отказываясь доверять кому-либо, кроме своего мужа. Ему единственному она верила безоговорочно. Ей уже было не важно, оборотень человек или нет, все равно она видела в нем врага. Снедаемая постоянным ни на минуту не отпускающим страхом, Виталина искала убежище. Она думала, что они укроются в нем вместе с мужем, и она сможет, наконец, вздохнуть спокойно. Но когда убежище было готово, Совет объявил охоту и Малькольм ушел. Она осталась одна. Потом ей передали, что он пропал, пропал после нападения на Логово, что шансов найти его живым нет. Она и этому не поверила. И поверила одновременно. Она осталась одна, наедине со враждебным миром, желающим ей зла и смерти. Укрытая лишь тонкой оболочкой своего убежища. И никто не смог разубедить ее в этом, даже вернувшийся муж. Она пыталась снова жить, вышла из своего мира. Но взращенный, выпестованный в нем страх, держал ее как на цепи и тащил обратно.
Только смерть могла вырвать Виталину из ее убежища. С трудом Фру удалось вырвать свое сознание из тяжких объятий чужого безумия, забрав лишь драгоценную крупицу понимания. Зря она сетовала на отсутствие местной фауны – словно из воздуха в комнате образовались два темных пятна, пугающе быстро трансформирующиеся в огромных псов. Под громогласное слаженное рычание последних они скатились вниз по лестнице, вылетев… в узкий столичный переулок, где двое неприятного вида громил как раз угрожали ножичком вжавшемуся в стену прохожему. Оба бандита с некоторым удивлением повернулись к ним, но сказать, а тем более, сделать ничего не успели, потому что кирати им ласково улыбнулась и сообщила радостно:– А теперь мы будем вас грабить! – и подняла повыше тоненько, зато грозно зарычавшего Ивара.
Не сговариваясь, бандиты рванули прочь, но, вырвавшись на улицу, столкнулись с неожиданным препятствием в виде проходящего мимо Микиты. Они бы его, может, и обогнули, но тот, видимо, задумался, и чисто рефлекторно сбил их на землю. Фру в припрыжку подбежала к ним.
– Посмотри, Ивар, какие вкусные разбойники! Дня на два тебе хватит, как ты думаешь?
Один из бандитов приподнялся и просипел:– Сумасшедшие! Я буду жаловаться! В Управу!
– Не уверен, что рассмотрю вашу жалобу! – надменно возразил пришедший в себя прохожий и поочередно пожал руки своим спасителям. – Благодарю за содействие. Я позову стражу!
Вошедший во вкус Ивар снова зарычал и сделал страшные глаза. Как были, всей толпой они завалились в спальню, то ли охраняя Агату, то ли утешая. Малькольм сразу отошел к двери, ведущей в мир его Виточки. Ивар вытащил из-под подушки недогрызенное пирожное и презентовал Агате, но ее и это не успокоило. Ей хотелось знать правду.