ФАНТОМ
Шрифт:
Книга Сочтенных Теней была магической книгой. Чтобы прочитать и запомнить хоть единое слово из ее содержимого, требовался дар. Не имея дара, Ричард не мог прочитать книги волшебства или, точнее, удержать в памяти слова достаточно долго, чтобы осознать, что в книге вообще что-то написано. Для не имеющих дара, магические книги казались пустыми. Теперь его память о Книге Сочтенных Теней покрыл мрак.
И теперь же он провалил испытание, о котором даже не подозревал. Он даже не совсем понимал, в чем состояло это испытание. И тем не менее, он не прошел его.
Он чувствовал себя так, словно он подвел Кэлен.
Он
Он жалел, что рядом нет Зедда, или Никки, или Натана - никого, кто мог бы помочь ему понять все это. Он остановился и спросил себя, сколько раз в этот вечер он хотел получить ответ, получить помощь, чтобы какие-нибудь спасатели пришли и выручили его. Ни одно желание не исполнилось. Он понял, что это всего лишь желания, и не более того.
Он осознал, что тратит ценное время впустую, жалея самого себя. Он не должен был сидеть без дела, а задуматься, не надеясь, что появится кто-то, кто будет думать за него.
Он откинулся назад на камень и стал вглядываться в нависающие ветви, листья и звезды над ними. Он улыбнулся, поддразнивая себя, подумав, что возможно падающая звезда исполнит его желания. Он отодвинул раздумья о своих желаниях, и погрузил свои мысли в задачу, стоявшую пред ним.
Он сотню раз обдумал факты, но все никак не мог уловить в них смысл. Барах, через послание, оставленное им сильфиде, сообщил, что у него не было решений, которые спасут Ричарда. Тем не менее, Барах полагал, что у Ричарда будет все необходимое, чтобы достичь успеха. Барах передал Ричарду наказ верить в себя, и хотел, чтобы тот знал, что он верит в Ричарда, хотя и не называл непосредственно имени Ричарда.
Послание, как понял Ричард, предназначалось для того, кто будет рожден с обратной стороной дара, об этом позаботился Барах, освободив магию Храма Ветров, но Барах не знал имени этого человека, не знал точно, кем он окажется. По крайней мере, так считал Ричард. Становилось более понятным, почему Барах обращал свою речь прямо, непосредственно, лично, не называя имени. Сообщение было достаточно понятным, и не нуждалось в имени человека, который когда-нибудь его услышит. Оно звучало, как прямая речь.
Как это могло быть испытанием? Как Ричард смог его провалить?
Он расстроено вздохнул, вытянул длинную травинку, выросшую на месте выкрошившегося скрепляющего раствора у края настила. Разминая мякоть травяного стебля между зубами, он обдумывал проблему.
Не мог ли Барах дать сильфиде какую-то силу, подобную той, которую он ей дал для действий в опасной ситуации, чтобы она смогла понять, есть ли у Ричарда то, что нужно для успеха? Может быть, это понимание сказало сильфиде, что Ричарду чего-то не хватает?
Причина. Разглядывая звезды, Ричард обдумывал эту мысль. Он сказал сильфиде, что он раньше слышал эти слова от Шоты и затем, внезапно, сильфида прервала свой разговор с ним.
Может быть, Сильфида знала Шоту? Может быть, с точки зрения Бараха, Ричард не следовало связываться с ведьмой. Возможно, причина неудачи Ричарда заключалась в том, что действовал не в одиночку, опираясь не только на свои силы. Он скорчил рожу самому себе. Он едва мог представить, что Барах был бы против того, чтобы он действовал
совместно с другими людьми в поисках решений, решая задачи.Он перебирал в памяти слова, стараясь вспомнить их как можно точнее.
Мне жаль. Я не знаю ответов, которые спасут тебя. Если бы они у меня были, пожалуйста, поверь, я дал бы их тотчас же. Но я знаю, в тебе есть добро. Я верю в тебя. Я уверен, что в тебе есть то, что нужно для успеха. Будут времена, когда ты станешь сомневаться в себе. Не сдавайся. Помни, что я верю в тебя, я знаю, что ты сможешь исполнить свой долг. Ты редкий человек. Верь в себя.
Знай, я верю, что ты - единственный, кто может это сделать.
Сильфида сказала, что именно это и было сообщением Бараха. Ричард, тем не менее, помнил, что не так давно, эти же самые слова ему сказала Шота, в их последнюю встречу, как раз перед расставанием.
В действительности, Ричард не верил в совпадения. И, особенно, в данном случае. Шота не могла случайно сказать те же самые слова, которые Барах поручил сказать сильфиде. Слишком уж длинным и подробным, наполненным характерными особенностями, было это сообщение.
В таком случае, если это не было совпадением, а Ричард был уверен, что это не так, тогда, почему Шота воспользовалась теми же самыми словами, что и Барах? Было ли это каким-то посланием? Пыталась ли она ему что-то сообщить? Предупредить его о чем-то?
Если ведьма хотела помочь ему, то, почему она не предупредила его об испытании, и не сказала ему? Если она не могла подсказать ему ответ, она могла, хотя бы сказать ему, какое испытание ему предстоит. Зедд, однако, часто говорил, что ведьма никогда не скажет тебе того, что ты хочешь узнать, не рассказав то, чего ты знать не хочешь. Может быть, в этом дело? Он сомневался в этом, так как ее рассказ обо многих ужасных событиях в тот день - обернулся тем, что это помогло ему наконец понять, как ему поступить с армией, вместо того, чтобы позволить ей вступить в последнюю схватку с Джеганем.
Кроме того, в нем зудела мысль о том, что в сообщении было несколько необычных фраз: ответы, которые спасут тебя; дал бы их тотчас же; я знаю, в тебе есть добро; в тебе есть то, что нужно для успеха; верю, что ты - единственный. Все они были немного необычными образцами человеческой речи. Отличие не было решающим, но они были несколько необычными, почти по-детски простыми, и в то же время были формально упрощены. Ричард вздохнул. У него не было чувства, что ему что-то стало понятно, но в языке этого сообщения, в том, как его использовали, отчетливо было заметно что-то нетрадиционное.
Ледяным душем на него обрушилось осознание, и он вспомнил.
Он вспомнил, почему, когда Шота произнесла эти слова, в их звуке послышалось что-то тревожно знакомое. Было это потому, что эти самые слова он уже слышал раньше.
Это были в точности те слова, которые произнесла Мерцающая в ночи вечером того первого дня, когда Ричард встретил Кэлен.
Они находились под покровом приют-сосны. Кэлен спросила, не боится ли он магии и затем, удовлетворенная его ответом, она достала небольшой перевязанный флакон, в котором находилась Мерцающая в ночи. Мерцающая в ночи, Ша, провела Кэлен через границу, но теперь она умирала. Мерцающая в ночи не могла жить далеко от своей родины и себе подобных существ. У нее не оставалось сил, чтобы еще раз пересечь границу.